Адиль Гаджиев – Цикл: Игра судьбы (страница 24)

Просто ввёл код.

И на мгновение почувствовал: деньги – это воздух, если ты умеешь дышать.

Флоренцо заметил.

Он подошёл, чуть ли не бегом.

– Эй! Стой, стой, ты что делаешь?! – его лицо выражало искреннее удивление. – Ты же был моим гостем! Это безумие.

Я улыбнулся.

– В следующий раз, – сказал я.

– Я просто… хочу уйти сейчас.

Он не слушал.

Ухмыльнулся, положил руку мне на плечо.

– Нет. Ты сегодня не уйдёшь вот так.

Сейчас мы едем в другое место.

Там ты будешь моим гостем.

Обещаю – ты не пожалеешь.

– Спасибо… но я должен идти, – сказал я, отводя взгляд.

Я уже собирался повернуться,

сделать шаг прочь от этой вечерней магии,

выйти из зала, наполненного музыкой, золотым светом и ароматом сладкого алкоголя…

И вдруг – голос.

Не громкий.

Не зовущий.

Просто – тёплый.

Тихий.

– Останься.

Я обернулся.

Это была она.

Вероника стояла чуть в стороне, неуверенно,

словно сама не ожидала, что решится.

Но в её голосе было что-то такое,

что невозможно было игнорировать.

Что-то… настоящее.

Анжела, подруга, сразу же, конечно, не упустила момент для комментария:

– О, смотрите, наша принцесса заговорила!

Она смеялась, но без злобы.

Она просто удивилась – и дала этому форму.

Пусть громкую, пусть неуклюжую – но всё равно с теплом.

– Останься, Леон, – добавила она уже серьёзнее. – Если ты уйдёшь, Вероника останется одна. А она не бросит меня. Она будет сидеть здесь со мной до конца… даже если я напьюсь до беспамятства.

Так что… решайся.

Я посмотрел на Веронику.

Её глаза были чуть смущёнными,

но в них уже не было просьбы.

Была – вера,

что я пойму.

Что я – не просто прохожий.

И я понял.

Я не мог уйти.

Не после этих слов.

Не после такого взгляда.

– Хорошо, – сказал я.

Тихо.

Но так, чтобы все услышали.

Все разом заулыбались.

Флоренцо не дал шансу на паузу. Поднял бокал и почти театрально воскликнул:

– Поднимем бокалы за нашего нового друга, Леона!

Звон стекла. Смех.

Тепло – искреннее.

И в этот миг я почувствовал:

я остался не в клубе.

Я остался – в сердце этой ночи.

– Все выходим! – крикнул Флоренцо, словно капитан, звавший на борт своё сияющее судно. – Машина подъезжает.

– А куда мы идём? – спросил я, вставая с кресла.

– Это сюрприз, – подмигнул он, – доверься ночи.

Я огляделся. Нас было много – слишком много для одной машины.

– Нам нужно две. Мы не влезем, – бросил я в сторону.

Но, брат Энтони, всё ещё с бокалом в руке, только отмахнулся: