Adi Riel – Лучший друг психолога (страница 1)
Adi Riel
Лучший друг психолога
Лучший друг психолога
Часть первая. Обычная жизнь
Гарри никогда не считал себя странным.
Двадцать четыре года, веб-дизайнер в небольшой, но амбициозной студии, съёмная квартира в тихом районе с хорошим интернетом и достаточно широким монитором, чтобы держать открытыми одновременно макет клиентского сайта и лаунчер любимой игры. Жизнь была устроена аккуратно, без лишних складок — как хороший интерфейс, в котором всё на своём месте.
Он вырос в обычной семье. Отец, Виктор, работал инженером на заводе — человек немногословный, надёжный, как советский холодильник: всегда на месте, всегда немного холодный внутри. Мать, Наталья, преподавала в школе математику и умела объяснить любую задачу, но редко спрашивала, как у сына дела — не из равнодушия, просто не приходило в голову, что задавать такие вопросы нужно намеренно. По субботам ездили на дачу. На праздники собирались родственники. Никто не пил лишнего, никто не кричал по ночам.
В университете Гарри нашёл троих друзей — Женю, Макса и Дениса. Не лучших друзей в мире, не самых глубоких людей, но настоящих: с ними было легко, можно было молчать без неловкости и смеяться без объяснений. Была ещё Аня — девушка, с которой он встречался почти два года. Она изучала маркетинг, слушала джаз, держала дома кактусы и говорила, что Гарри слишком серьёзный для своего возраста. Он не знал, комплимент это или нет. Наверное, и то, и другое.
А ещё была игра.
Meridian Online — стратегия с элементами ролевой механики, в которую он играл уже три года. Его ник — GH_Architect — стоял в мировом топе в категории градостроительных сценариев. Он строил виртуальные города: прокладывал дороги, рассчитывал логистику кварталов, думал над тем, где поставить рынок, чтобы жители не теряли времени на дорогу. Это было красиво. Это подчинялось правилам. Каждое решение имело измеримые последствия, и алгоритм честно показывал цифры: насколько счастливы жители, насколько эффективна инфраструктура.
В реальной жизни ничего подобного не было.
* * *
С Аней они расстались в феврале.
Не со скандалом, не с изменой — просто в какой-то момент она сказала, что чувствует себя одинокой рядом с ним. Что он всё чаще уходит — не из квартиры, а куда-то внутрь себя, туда, где она не могла его найти.
— Ты даже сейчас не здесь, — сказала она тогда, стоя в коридоре с сумкой. — Смотришь на меня, а думаешь про свои кварталы.
Он хотел возразить. Но она была права — в голове в тот момент действительно крутилась нерешённая транспортная развязка в северном секторе его города. Он промолчал. Она ушла.
В ту ночь он играл до рассвета.
А через несколько недель начал слышать голос.
Поначалу — почти неслышимо, как шёпот в соседней комнате. Короткие фразы, которые он списывал на усталость. Он оглядывался. В квартире никого не было. Тихий гул системного блока. Макет на экране.
Гарри закрыл ноутбук и долго сидел в темноте. Потом записался к психологу.
Часть вторая. Андрей Михайлович
Он нашёл его через агрегатор: оценка четыре и девять, семь лет практики, специализация на тревожных расстройствах и внутренних конфликтах. На фотографии — человек лет сорока пяти, в очках с тонкой оправой, с лицом, которое умело слушать. Именно так Гарри это и воспринял: не внешность, не должность — просто лицо, которое умеет слушать.
Звали его Андрей Михайлович.
Кабинет был небольшим и намеренно уютным: мягкое кресло, неяркий торшер, жалюзи на окне, сквозь которые просачивался рассеянный свет. Никакого медицинского запаха, никакой стерильности. Просто тихая комната, в которой было легко говорить.
— Расскажите, что вас беспокоит, — сказал Андрей Михайлович.
— Голос, — сказал Гарри. — Я иногда слышу голос. Когда один. Говорит что-то про усталость, про то, что я в порядке или не в порядке. Я понимаю, как это звучит.
— Звучит как человек, который слишком долго разговаривал только сам с собой, — спокойно ответил психолог. — Расскажите мне про свою жизнь. Не про голос — про жизнь.
И Гарри рассказал. Про работу, про игру, про Аню. Андрей Михайлович слушал, не перебивая, изредка делая пометки в блокноте.
— Вы создаёте пространства, — сказал он наконец. — В работе, в игре. Вы думаете структурами, системами. Это ваш язык. — Он слегка наклонил голову. — Скажите: люди в вашей жизни — они понимают этот язык?
Гарри задумался.
— Наверное, не всегда.
— Это важно. Запомните это. — Пауза. — Приходите на следующей неделе. Мы только начинаем.
* * *
Сеансы шли раз в неделю. Потом — раз в пять дней. Андрей Михайлович предложил встречаться чаще — для устойчивого прогресса, — и Гарри согласился.
Разговоры были долгими, неторопливыми, обволакивающими. Психолог умел задавать вопросы так, что ответы на них казались открытиями — будто ты всю жизнь знал что-то важное, но не мог сформулировать, и вот наконец кто-то помог найти слова.
— Про Аню, — сказал Андрей Михайлович однажды. — Она сказала, что чувствовала себя одинокой рядом с вами. А вы? Как вы себя чувствовали рядом с ней?
Гарри помолчал.
— Тоже иногда одиноко. Странно, да?
— Совсем не странно. — Психолог говорил мягко, почти бережно. — Это очень распространённая история для людей с богатым внутренним миром. Вы живёте на определённой частоте. Не все могут её поймать — не потому что они плохие, просто другие. Аня, судя по тому, что вы рассказываете, была человеком заземлённым. С другими запросами к жизни.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.