Адэмар Роханский – Эндор II (страница 9)

***

Судьба вечно приносит перемены в твою жизнь, когда их уже почти не ждёшь.

Стояла жаркая погода. На бледно-голубом, выцветшем почти до белизны небе не отыскать было ни одного облачка. Я, как обычно, тренировался во дворе. Тогда он и явился – без предупреждения, само собой – тот самый маг, который перенёс меня сюда, на остров. Флавий – глава круга воздуха. Мужчина стоял перед частоколом, приветливо улыбаясь. Глаза его светились мудростью, приходящей только с большим жизненным опытом, хотя гладко выбритое лицо казалось ещё молодым. Длинные, ниспадающие до плеч чёрные волосы ещё не тронула седина. Одет маг был скромно – в серую мантию под цвет своей стихии.

— Алексей Петрович! Как я рад видеть тебя в полном здравии! — искренне поприветствовал он, приближаясь.

— Я так понимаю, Флавий? — спросил я, пожимая его руку. Тот кивнул. — И я приветствую тебя! Не поверишь, как давно жду этой встречи.

— О, не сомневаюсь, что у тебя накопилось много вопросов, — произнёс тот благодушно и, взглянув куда-то мне за спину, громко и почтительно воскликнул: — Марониус Терберийский, учитель!

Обернувшись, я заметил стоящего на крыльце дома старика с задумчивым взглядом, в привычном уже костюме не мага, но лесника. Марониус всё-таки улыбнулся. Уже месяц я не видел этой улыбки: с того дня, когда все стихии отвергли меня.

— Флавий! Мальчик мой! — поприветствовал он прибывшего и горячо обнял, когда мы приблизились.

— Старый! — в свою очередь поздоровался я. Флавий, заслышав моё фамильярное обращение к его учителю, поразился, но промолчал.

— Молодой! — усмехнулся старик, обняв и меня, а потом указал на места за столом на крыльце. — Садитесь. А я сейчас, — и ушёл.

Белочка привычно подрёмывала на столе.

Флавий посмотрел на неё с жалостью.

— Время берёт своё…

Я вздохнул.

— Увы!

Вернулся хозяин дома с подносом. Чай и чашки с блюдцами. Мы сделали по глотку терпкого настоя.

— Горячий чай хорошо тонизирует в такую погоду, — заметил Марониус. Теперь он не хлюпал и не чмокал, а пил, как истинный аристократ. Не то что тогда. Понятное дело, он тренировал мою концентрацию, но всё же…

— Это да-а, — сладко протянул Флавий, делая очередной глоток и внимательно осматривая округу.

— Странно…

— Что? — поинтересовался Марониус, не сводя с него взгляда.

— Всё это… — Флавий окинул рукой раскинувшуюся зелёную долину. — А куда делись деревья? Здесь раньше был лес, если мне не изменяет память.

— Ну да, лес… — начал было Марониус, оглядываясь. В его глазах мелькнуло удивление. Он посмотрел на меня укоризненно.

— Ты что наделал? За один месяц вырубил все окрестности?

Я пожал плечами.

— Увлёкся…

Флавий заливисто рассмеялся.

— Неплохо ты увлёкся, Алексей.

Марониус молча буравил меня пронзительным взглядом. Но в глазах играли весёлые искорки.

— Надеюсь, не весь остров извёл?

— Там полно деревьев, — успокоил я его с улыбкой.

Старик кивнул и обратился к Флавию.

— Ну, рассказывай!

Тот сделал ещё глоток горячего напитка и начал:

— Дела плохи, мастер. Очень плохи. На континенте продолжается война. Готар на востоке своих владений загнал гномов в их крепость под горой. Те полностью закрылись от внешнего мира. На западе северяне отступают на юг, теснимые полчищами тьмы. Вопрос времени, когда Готар займёт весь север.

Флавий посмотрел на меня.

— После того поражения два месяца назад союзные расы распались. И каждый закрылся в своём городе. И, самое худшее, у всех пропало доверие к магам и самому Мидару. Только эльфы сохраняют к нам тёплое отношение.

— А что Корман? — спросил Марониус.

— Он больше всех возненавидел нас. Запретил наместникам империи идти с нами на контакт.

— Он всегда был чрезмерно горделив, — заметил Марониус. — А что слышно о Лемане?

— Неизвестно! Он прикрыл тогда наш отход, и, скорее всего, ценой своей жизни!

— Он, конечно, был старый дурак! — заметил Марониус. — Но, надо дать ему должное, всегда был верен Свету. В этом я никогда не сомневался. Да упокоит Свет его душу!

— После того, что он сделал? — удивился Флавий. — И вы так хорошо отзываетесь о нём!

Марониус отмахнулся и отпил чая. А я вклинился в разговор.

— А что он сделал?

— Давно ещё, когда в битве с Готаром умер Верховный маг Кород Мудрейший, Леман Виронский захватил власть, — он посмотрел на старика и, не заметив возражений, закончил, — и выгнал из башни Марониуса Терберийского.

— За что? — удивился я.

— За то, что был братом Готара и не заметил его предательство! — объяснил мне сам Марониус.

— А что же он тогда сам не уследил за предательством магов?! — я вспомнил, как на поле боя половина оставшихся волшебников перешла на сторону Готара.

Маги ничего не ответили. Оно и понятно. Риторический вопрос.

— А что насчёт землян? Как там мои друзья?

— Часть осталась в Сеосе, в северном городе империи. Их возглавляет Сигурд, — ответил Флавий и улыбнулся. — Этот человек силён. Он поклялся, что не успокоится, пока не найдёт Мартела и не обезглавит его.

Я тоже улыбнулся. Приятно слышать, что он жив. Хороший малый.

— А другие?

— Разбрелись. Но большая часть выбрала деревеньку восточнее Зурана под названием Зорька. Это та, где ты тогда набрал отряд и ушёл в пещеры времени, — напомнил мне Флавий.

— Хорошо, — протянул я задумчиво, — а мой отряд?

— Он тоже в Зорьке. Их возглавляет некий Чёрный Рон.

«А почему не Иваныч или Сергеич…» — удивившись, подумал я. Ну да ладно, главное, все живы и здоровы. А с остальным разберёмся.

— А что же они просиживают штаны в деревне, когда на границе идёт ожесточённая война? Вот Сигурд – молодец, помогает, как может.

— Я слышал что-то про обиды и про спокойные тренировки подальше от опасности…

— Тренироваться надо на враге! — я искренне не понимал этого.

Флавий скривил губы, пожал плечами – объяснений у него не было, и он перешёл к другому:

— Но знаете, что меня поразило большего всего? — он замолчал, повышая градус интриги.

— Говори уже! — усмехнулся Марониус.

— Земляне после ухода системы получили способности к магии. Они все уже выбрали профильные стихии и вовсю тренируются. А тебя, Алексей, какая стихия выбрала?