Аделина Жемчужева – Ноты соблазна (страница 52)

Но он не двигался. Его взгляд прожигал меня насквозь, и в нём было всё — гнев, страсть, мучение. Он склонился ближе, так близко, что я могла почувствовать его горячее дыхание на своей коже.

Его хватка ослабла, но он не отступил. Вместо этого он наклонился ещё ближе, так что наши лица разделяли считанные миллиметры.

— Ты понимаешь, что я делаю всё возможное, чтобы держаться подальше от тебя? — прошептал он. — Но ты… Ты меня не отпускаешь. Ты не даёшь мне шанса.

Его слова, его голос, его близость — всё это будто парализовало меня. Я хотела оттолкнуть его, кричать, ударить. Но вместо этого мои руки сами собой опустились к его груди, и я почувствовала, как под тонкой тканью рубашки напряжены его мышцы.

— Это неправильно, — прошептала я, но мои слова звучали неубедительно даже для меня самой.

— Да, — сказал он, и в его голосе мелькнула горечь. — Но ты хочешь этого так же, как и я.

Его губы сорвались с места прежде, чем я успела что-то сказать. Поцелуй был жёстким, горячим, властным. Я пыталась сопротивляться, но моё тело предало меня. Моё сердце кричало о том, что это ошибка, но каждое прикосновение его губ, каждое движение его рук заставляло меня забыть обо всём, что правильно и неправильно.

Его руки скользнули вниз, обхватив мою талию, притягивая меня ближе. Я почувствовала, как его жар проникает в меня, как всё вокруг перестаёт существовать. Он был слишком близко, слишком… необходим.

— Ты с ума сводишь меня, Селин, — хрипло прошептал он, когда его губы на мгновение оторвались от моих.

— Тогда почему ты не отпустишь? — прошептала я в ответ, а мой голос дрожал от эмоций.

Его взгляд потемнел, и в следующую секунду он поднял меня, и понес в спальню. Я обхватила ногами его за пояс прижимаясь к нему крепче.

Как же я давно этого хотела.

Его шаги звучали глухо по полу, пока он нёс меня в спальню. Я чувствовала, как его руки крепко держат меня за бёдра, как напряжены его мышцы под моими ладонями. Моя голова кружилась от близости, от того, как каждый его вдох и движение отзывались внутри меня жаром.

Он толкнул дверь спальни плечом, не отрывая своих губ от моих. Мы оказались в полутёмной комнате, освещённой только светом луны, пробивающимся сквозь занавески. Его шаги замедлились, и он мягко опустил меня на кровать.

Я тяжело дышала, лежа под ним, чувствуя, как его руки скользят по моей коже, вызывая мурашки. Арман навис надо мной, его взгляд был тёмным и полным желания. Его пальцы аккуратно коснулись моего лица, а потом опустились к шее, к ключицам, оставляя за собой горячий след.

— Ты знала, что всё к этому придёт, — хрипло произнёс он, его голос вибрировал в воздухе, заставляя меня задержать дыхание.

Я не ответила, только провела ладонями по его плечам, снимая с него рубашку. Он позволил мне это сделать, и ткань упала на пол, открывая его загорелую, рельефную грудь. Мои пальцы дрожали, пока я проводила по его коже, ощущая каждую линию его тела.

Арман снова наклонился, его губы коснулись моего уха, затем скользнули к шее, оставляя горячие, жадные поцелуи. Я задохнулась, чувствуя, как его руки скользнули по моей талии, приподнимая край моего топа.

— Селин, — прошептал он, останавливаясь на мгновение, его дыхание обжигало мою кожу. — Скажи мне, что ты хочешь этого.

Я посмотрела ему в глаза, чувствуя, как всё внутри меня дрожит от его слов. Моя голова туманилась от желания, от этого момента, который, казалось, был неизбежен.

— Я хочу тебя, — выдохнула я, и мой голос дрожал.

Эти слова стали последним барьером, который рухнул между нами. Его руки сняли с меня топ, оставляя меня только в шортах. Его взгляд задержался на моей груди, и я почувствовала, как румянец разливается по моей коже. Но стыд исчез в тот момент, когда он наклонился, его губы захватили мой сосок, и я застонала; его руки скользнули по моей талии, дальше вниз. Это было то, что мне нужно, то, чего не мог мне дать Гюстав. Он был лучше.

Арман языком сделал круговые движения вокруг соска, а потом всасывал. Также он сделал и со второй грудью.

— У тебя потрясающая грудь, — возбужденно произнес он, отчего мои щеки покрылись румянцем. Я закрыла глаза, полностью расслабляясь и позволяя ему наслаждаться мной. Это было что-то новое для меня, и я наслаждалась этим, прикусывая нижнюю губу.

— Боже… — прошептала я, чувствуя его язык на моих сосках. Затем он одной рукой сильно сжал мою грудь, и я застонала громче.

Арман поддался вперед, его губы снова прижались к моим, жадно и властно, не оставляя пространства между нами. Я чувствовала, как мои руки дрожат, но я не могла оттолкнуть его. Вместо этого мои пальцы скользнули по его груди, а затем обвили его шею, притягивая ближе.

Его руки исследовали моё тело, оставляя горячие прикосновения на коже. Он мягко, но настойчиво провёл пальцами вдоль моей талии, затем обхватил мои бёдра, притягивая меня ещё ближе к себе. Его движения были нетерпеливыми, словно он боялся, что я исчезну, если замешкается хоть на мгновение.

Я почувствовала, как его руки скользнули по внутренней стороне моих бёдер, приподнимая меня. Его горячее дыхание обжигало мою шею, губы оставляли влажные следы на коже, и я невольно выгнулась навстречу его прикосновениям.

— Ты сводишь меня с ума, Селин, — хрипло прошептал он, его голос дрожал от эмоций.

— Тогда докажи, — выдохнула я, сама не узнавая своего голоса.

Эти слова, кажется, сломали последние оковы, сдерживавшие его. Его губы снова нашли мои, в этот раз поцелуй был ещё более глубоким и страстным. Его руки сняли с меня шорты, и я почувствовала, как холодный воздух коснулся моей кожи. Он слегка отстранился и задержал взгляд в промежности, что у моих ног, и я, раздвинув их, обнажила перед ним всё.

— Ах, ты ещё и шалунья, — усмехнулся он, — покажи, как ты ласкаешь себя.

Я ответила улыбкой, едва коснулась своего рта, увлажняя пальцы, чтобы разжечь его желание ещё сильнее, и опустила их к своему клитору. На его глазах я начала круговыми движениями касаться себя. В его взгляде горел огонь, отражая удовольствие, которое я себе дарила. Я ускорилась, позабыв обо всем: о своем замужестве и любых запретах, стремясь лишь поделиться наслаждением вместе с Арманом.

Арман остановил мою руку, притянул мои пальцы к своему рту, пробуя их вкус, и я стала лишь более влажной. Его большой палец скользнул по моему клитору, и я вскрикнула от этого. Он потер большой и указательный пальцы друг о друга, распределяя между ними мое возбуждение.

Наши взгляды встретились; мы понимали в глубине души, что нарушаем запреты, но это было то, чего мы жаждали так долго.

Его большие пальцы, сверкая от моего влечения, скользили по набухшему клитору, и я, сжав простыню, попыталась заглушить крик.

— Хочешь, чтобы я оказался внутри тебя? — спросил он, сильнее давя на мою плоть.

— Да, прошу, сделай это!

— Я тебя ненавижу, — сказал он, — но ты вынудила меня к этому.

Арман выпрямился, пристально глядя мне в глаза, и стал расстегивать ремень. Опустив брюки и боксеры, он предстал передо мной во всей своей мощи, от чего я потеряла самообладание. То, что я увидела, было непривычно. Он наклонился ко мне, устроившись между моих ног, и я ощутила его в своей плоти.

Я обвила его плечи, в ожидании полного соединения. Он медленно вошел в меня, и, сделав резкий толчок, я издала крик, который сменился улыбкой. Никогда прежде не испытывала такого наслаждения. Умом не верила, что это Арман — может, это сон? Неужели всё так просто?

Мое тело словно заполнили тысячи искр, которые разливались теплом от каждой его новой волны движения. Я чувствовала его силу, его решительность, и в то же время нежность, с которой он касался меня. Это было нечто большее, чем просто физическое удовольствие — что-то глубокое, пронизывающее до самых глубин души.

Я впилась пальцами в его плечи, не желая отпускать ни на мгновение. Его дыхание стало чаще, горячее, и каждый звук, вырывающийся из его груди, заставлял меня терять контроль над собой.

Это не было сном. Это была реальность, такая острая и живая, что я могла ощутить её каждой клеточкой своего существования.

Его движения стали ещё более настойчивыми, но в них чувствовалась удивительная нежность, будто он боялся причинить мне боль. Каждое его прикосновение было наполнено страстью, а его взгляд — огнём, от которого невозможно было укрыться.

Я потеряла счёт времени, забыв обо всём, кроме него, его тела, его рук и губ. Каждый момент был пропитан жаром, каждым вдохом мы сливались всё больше. Комната, свет луны, звуки за окном — всё исчезло. Был только он. И я.

Он вышел из меня, грубым движением развернул к себе спиной и вновь вошел в меня своим членом. Я судорожно вцепилась в простыни, издавая неприличные стоны. Арман, словно дикий зверь в пылу страсти, со всей силой вонзал свои удары по заднице, ускоряя темп. Его искусство в постели было неопровержимым, о чем свидетельствовало неземное наслаждение, охватившее меня. Он нежно прикусил мочку моего уха, и я уловила его прерывистое дыхание и капли пота, что скатывались по моей спине.

— Боже… — вырвалось из меня, — Не останавливайся.

Я ощущала близость экстаза, ужасаясь мысли, что он может прервать этот момент, как это было с Гюставом. Но Арман, не зная покоя, стремился ко мне все быстрее.