Адельфина Призрачная – Жизнь для смерти. Дампир (страница 2)

– Я понимаю, – Крис тянет руку для рукопожатия. – Если мы сумеем выжить и потребуется место для поселения, примете нас в горах?

– Конечно, сынок. Там есть маленькая деревенька. Добраться только сложно. Вам придется ждать рождения ребенка и наступления тепла. Я приму всех, кто готов жить в мире.

– Договорились!

Мужчины пожимают друг другу руки, а Дрейк вновь выглядит недовольным. Потери не проходят незаметно для мужчины. Он ожидал защиты со стороны Марка, но Предтеча обычный человек. Он даже не вампир, а ученый. Все, что мы о нем знаем, – работал в престижной лаборатории и стал одним из причастных к распространению вируса. Марк единственный, кто выжил, и он пытается найти способ повернуть время вспять.

– Как поступим? – переспрашивает Дрейк.

– Будем готовить выход, – Кристофер вновь смотрит в сторону Марка. – Сколько времени у нас есть?

– Около месяца. Я не прогоню вас, но следует учитывать погодные условия и готовность кланов наступать. С востока постоянно приходят незнакомцы. Они ведут слежку. Сильно вы насолили вампирам.

– Это связано только с дампиром? – уточняет Джина, пытаясь зацепиться за корень проблемы. – Или мы разворошили осиное гнездо?

– Аристократы не прощают дерзости. Они хотят забрать свое и предупредить бунт. За каждым революционным отрядом кто-то да пойдет. И да, насчет дампиров, – спохватывается Марк, – Кристофер, после рождения ребенка нужно сделать серьезный выбор. Сам понимаешь, защищать сына и супругу ты не сможешь. Если Эми останется фертильной женщиной, ее попытаются забрать. Ее и сына.

– Я думал об этом. Предтеча, прошу, оставим этот разговор для приватной беседы.

– Побеседуем. Это твоя ответственность, Кристофер. Вижу, ты понимаешь меня и, надеюсь, сделаешь правильный выбор. Если сумеете добраться до гор – вопрос снят. Но, выживая среди кланов, рано или поздно придется идти на крайние меры.

Крайние меры. Я предполагаю, о чем говорит Марк, но не могу озвучить. Вероятно, Крис никогда бы не заговорил со мной об этом, если бы разговор вышел за границы приватности.

Сейчас я отмалчиваюсь, но ближе к вечеру решаюсь заговорить с мужем, отвлекая его от позднего сбора с Дрейком. Ребята размышляют, что делать дальше, но пока к единому выводу не приходят.

Мы выходим на крыльцо с кружкой горячего чая. На небе приветливо мерцают тысячи звезд, а вдалеке все еще горит полоса сумерек.

– Как ты? Разговор с Предтечей не дал повода для оптимистических надежд.

– Разве? А перспектива добраться до гор и поселиться там? Летом дорога станет доступна.

– Если мы не погибнем раньше, – я поджимаю губы и поднимаю глаза к небу. – От лагеря осталось несколько человек и всего горстка вампиров. Нам будет сложно себя защитить…

Кристофер улыбается, тянет меня к себе под плечо и касается губами холодного носа.

– Не сгущай краски. Понимаю твое беспокойство. Обычно мы стараемся приукрасить исход, но Предтеча говорит прямо. У него своя цель, а проблемы вампиров стоят на втором месте. Отец добр ко всем расам, кроме зараженных. Он забрал бы и тебя с малышом, не будь ты так нужна аристократам.

– Значит, Предтеча не любит своих детей?

Вампир смотрит в небо и глубоко вздыхает.

– Скорее стыдится. Он хотел вылечить человечество от рака. И ему удалось получить вакцину. Вот только мы уже знаем, что вакцина спрятана в крови вампира, а сам инфицированный склонен к убийствам. Такова расплата за бесценное открытие. Мы можем излечить людей от рака, но убиваем гораздо больше, чем сама болезнь.

– Фатально. Может Марк найдет способ помочь нам?

– Ты о вакцине? – Кристофер касается рукой моего подбородка, смотрит мне в глаза и наклоняется, мягко прикоснувшись к моим губам поцелуем.

– Это мечты. Мы приспособимся к жизни, которая у нас есть. Я задумал много хорошего. Надо только вырваться. Но для начала пообщаться с одним вампиром.

– С кем же?

– С Николасом.

Кристофер так уверенно озвучивает имя главы Южного клана, что меня это пугает.

– Твои раны едва затянулись. По всему телу шрамы, а ты хочешь снова пойти устанавливать дипломатию? Разве аристократы уже не показали, на что способны?

– Эми, ты такая суровая!

Кристофер смеется, а меня раздражает новая попытка проверить свое доверие кланам. Я отставляю кружку в сторону, встаю с места и собираюсь уйти, но супруг успевает подхватить меня за талию, при этом сам едва удерживается на ногах.

– Стой, не злись! Ты должна выслушать меня. Николас наша большая надежда. Дик общался с ним, и он знает, почему Галия попыталась скрыть от нас его отказ в операции спасения.

– Не хочу этого знать, – отвечаю я сурово, но уйти не могу. Из домика доносится смех. Наверное, внутри давно перестали общаться на тему отъезда.

– Ты будешь удивлена, поскольку Николас не просто вампир. Он фертильный.

Фертильный вампир обязательно связан с кем-то. Это должна быть девушка, не обращенная, человек. Я перестаю сопротивляться и внимательно смотрю в черные глаза вампира.

– Это правда? Почему его не тронули и как же тогда сила рода? Разве он не нашел девушку, связанную с ним?

– Нашел, – сухо отвечает Кристофер. – Но он не был в подчинении главы клана, а о своей особенности узнал гораздо позже. В то время идеей дампиров аристократы охвачены не были. В первые годы и кланов не существовало. Особенно в наших округах. Здесь буйствовала война за кровь, в которой и появились территориальные разделения. Когда же Николас почувствовал непреодолимую тягу к девушке, аристократ принял единственное верное для него решение.

– Решение в отношении девушки? – переспрашиваю я, догадываясь о двух вариантах исхода. Но озвучиваю первый, зная, что дампиров в южном клане нет. – Он убил ее?

Кристофер не скрывает усмешки, но крепче прижимает меня к себе, поглаживая волосы.

– Ты зря думаешь, что нас с тобой связывает чувство, способное допустить убийство. Нет, он не убил девушку. Но выбрал морально тяжелый путь.

– Значит, глава клана обратил ее?

– Да. Так Николас защитил ее от посягательств вампиров на дитя. Обойти его появление крайне сложно.

Однажды Предтеча говорил со мной на тему беременности. Он хотел знать, как развивается малыш, прописал питание, максимально полезное и доступное в условиях нашего существования, и рассказал о физиологической неизбежности зачатия. Я много размышляла о том, что мы с супругом сами пошли на такой шаг, а могли бы поискать современные способы защиты. Но, как оказалось, почти все доступные варианты предохранения плохо работают в случае с вампиром. Процент погрешности велик, и любая фертильная пара должна быть готова к беременности.

– Об этом говорил Предтеча, верно? Он предупреждает тебя о будущем. Возможно, у нас и правда не останется выбора.

Больше всего на свете я не хочу повторить судьбу супруга. Меня не заманить даже возможностью жить дольше, чем обычный человек. Жажда крови будет сильной, и никто не сможет предугадать, кем я стану.

– Эмили, об этом рано говорить. Такой вариант я не рассматриваю и сделаю все, чтобы мы к этому не пришли.

– Я не хочу пополнять ряды зараженных. Прости, если задеваю твои чувства, но мысль о постоянной тяге к крови меня пугает.

Кристофер крепче обнимает меня, и мы стоим так долгое время, пока мороз не заставляет сдаться.

Следующая пара дней проходит в постоянном согласовании дальнейших действий. Участие в них также принимает Дик. Его внешность окончательно не восстановилась. Половина лица обгорела в пожаре, который он же и учинил, чтобы предупредить группу в новогоднюю ночь. Чужак спас нас, сделал все, чтобы вампиры Галии не перерезали всех людей. Ожоги белыми уродливыми дорожками избороздили кожу Дика до самого лба. Верх вампир теперь прячет под шапкой. Но с каждым днем увечий становится меньше благодаря регенерации.

Решением совета без участия Предтечи стала попытка направить делегацию к Николасу. Запланировали ее на утро будущего дня. Выход в пять утра с небольшой стаей волков. Трое мужчин: Кристофер, Джон и Дик. Больше брать не собираются, чтобы оставаться максимально незаметными.

Утром дня выезда я просыпаюсь самой первой в полчетвертого. Большая комната наполнена звуками размеренного дыхания. Спят все, от людей до вампиров. Кто-то на верхней полке, кто-то на нижней, как я.

Кристофер и я занимаем одну кровать. Как только он почувствовал в себе силы, сразу предложил мне разместиться внизу, а сам занял место наверху.

Жизнь в доме Предтечи похожа на детский лагерь. В этой тесноте сложно укрыться друг от друга. Все как на ладони.

Кристофер не слышит, как я поднимаюсь. А может, только делает вид. В комнате темновато. Горят несколько свечей и заметен огонек из печи, пробирающийся через решетки дверцы.

Я ставлю чайник, заворачиваюсь в одеяло, обуваю теплые сапоги и выхожу на улицу. Там тишина. Повсюду лежат волки, и только вдалеке у ворот горят два огонька. Это часовые. Теперь их больше, чем раньше. Не все они заметны тем, кто хочет приблизится. Есть несколько укрытий, где заметить вампиров-постовых почти невозможно.

Не хочется отпускать Кристофера, но и уговорить его взять меня с собой не могу. Это опасно.

Свобода так близко, она вокруг, и в тоже время ее нет. Мы живем в горной местности, но расстояния слишком большие, а горы зимой опасны. Доберись мы туда сейчас, можем избежать преследования. Кому из вампиров нужна парочка фертильных и горстка людей, которые будут уединенно жить где-то далеко? Кайл и остальные опасаются бунтов. Если мы живем далеко от поселений, то и подстрекать никого не сможем.