Адельфина Призрачная – Приполярье с тобой (страница 9)

Я поднялась с места и отошла в сторону, организовать себе место для походного душа. Для этого я использовала тент – растянула вдоль веток, так, что со стороны Яна меня не было видно, а с другой видно разве что медведям.

Перелила кипяток в бутылку. Она чуть сжалась, но выдержала температуру. Во вторую, добытую из рюкзака, которую еще пришлось распрямлять, набрала холодной воды из реки.

На тент повесила полотенце и сменную одежду – флисовый костюм. Флис любимая одежда путешественников. Экологичен, так как изготавливается из переработанного пластика, и практичен. Однако от костровой «моли» остаются поплавленные дырки, которые не зашить.

Небольшим количеством воды мыться я научилась еще в групповых походах. Главное – распределить количество воды, чтобы и намылиться, и смыть с себя это самое мыло.

Я сняла одежду, встала на пристегную сидушку, чтобы не стоять босыми ногами на земле. Распустила волосы и полила их водой над кастрюлькой, чтобы промочить как можно лучше, а затем вспенила шампунь, распределяя его по телу. По коже побежали мурашки. Меня обдавало прохладой, ароматы шампуня и мыла смешивались с запахом дыма от костра. Ян украдкой бросал в мою сторону взгляды, а порой спрашивал, не холодно ли мне, при этом задорно смеясь.

Промыв волосы от пены, я смешала вторую часть горячей и холодной воды, чтобы ополоснуть тело. В этом мне помогла мочалка-перчатка. Так воды тратится совсем немного. А закончила купание, обдав себя остатками холодной. Затем быстро обтерлась, надела на себя костюм, тапки и вышла из-за тента, промакая полотенцем кудрявые волосы как можно тщательнее, чтобы они поскорее высохли.

Ян тут же подошел помочь мне. Он ничего не спрашивал. Сам снял тент, ополоснул мою кастрюльку и бутылки от попавшей в них пены и предложил свою куртку, накинув ее мне на плечи.

– Посиди у костра. Надо высушить голову, чтобы ты не простыла.

– Я хотела все дни проходить с переплетенными косами и в шапке, – призналась я, – но при тебе не могу себе такого позволить.

– И потому решила мыться в холоде, чтобы мне нравиться? – Ян снял с огня рис, в котором были копчености и приправы, а затем посмотрел на меня, добавив: – Для меня ничего такого делать не нужно, Роза. Мы не в городе, и ты прекрасна. Всегда. Я не представляю, как состояние волос может повлиять на мое отношение к тебе.

– Когда у корней они будто гелем уложены…

Ян закатил глаза.

– Это могут заметить только глупцы. Ты очаровательна, и мне все равно, будешь ты с волосами на голове или без.

Его уточнение вызвало у меня улыбку. Парень поддержал меня, приобняв за плечо, но выдержав расстояние. Это был дружеский жест, означавший для меня нечто большее.

– Роза, давай договоримся: если ты захочешь, действительно серьезно захочешь попариться, я сделаю для нас походную баню!

– Из чего?

– Есть свои секреты.

– Но ты залез в ледяную воду, чтобы помыться.

– Я люблю ледяную воду, – усмехнулся парень, сощурив глаза. – Ты же не полезешь туда только потому, что это нравится мне?

Я выдохнула. Действительно, глупо кому-то соответствовать.

– Мне нравится чувствовать себя чистой, но мыть голову в холоде – нет. Ты мыслишь ясно и свободен от желания нравиться, – пожав плечами, я выдавила подобие улыбки. – Я пока таких успехов не добилась.

Парень убрал руку, коснувшись моего носа, чтобы поддержать. Он принялся доделывать ужин. Перемешал кашу, аромат от которой распространялся уже за пределы нашего скромного «кафе» у костра. Наверняка медведи неподалеку облизывались на вкусный ужин. Я потянулась к своим «витаминчикам» и открыта баночку с горчичным маслом.

– Это масло лучше подсолнечного. Будешь?

– Я буду все, что предложишь.

Да, но от поцелуя отказался. Озвучить это я бы не решилась.

Мы заправили рис маслом. Я забыла тарелку. Встала и достала ее из рюкзака, а когда вернулась, Ян помог мне разложить ароматный ужин, разделив его пополам. В животе заурчало. Я сняла тапки и поставила ноги на камни, окружавшие костер. Ян очистил кастрюльку от еды небольшим количеством воды, обтер стенки куском туалетной бумаги. Ее часто используют в походах вместо салфеток – она прекрасно впитывает остатки еды, масла и горит в огне.

Брюнет поставил чайник и потер ладони друг об друга. Я протянула ему тарелку с горячим рисом и отодвинула куртку в сторону, предлагая укрыться ей вдвоем.

Парень так быстро подвинулся ближе, что чуть не опрокинул мою тарелку, но мы успели ее удержать, рассмеявшись.

Из-за горы напротив выступила луна и осветила реку. За нами оставалась прекрасная Манарага, а на елке заухала птица, похожая на сову. Я почувствовала себя самой счастливой в тепле и уюте вечера рядом с Яном. И каша удалась. Рис разварился, стал мягким, впитал вкус копченостей и рассыпался на крупицы благодаря маслу.

– Мне в полночь исполнится восемнадцать, – призналась я. – Похоже, это будет лучший день рождения!

Глава 9. Прошлое

Ян изменился в лице. Он обернулся ко мне и внимательно изучал мои глаза. От такой близости я чувствовала себя неловко, но нисколько не подалась назад.

– Серьезно? Ты не шутишь?

– Какие уж там шутки, – я подняла тарелку с едой. – Это правда. Мой бунт был приурочен к определенной дате. Думала, встречу совершеннолетие одна, сидя в палатке, – но встретила тебя.

На щеках парня проступили ямочки от улыбки. Он кивнул, осмотревшись по сторонам.

– Мы должны это отметить!

– Брось, к полуночи мы будем уже спать.

– Нет-нет! Мы обязательно должны отметить твой день. Восемнадцать лет – самый прекрасный возраст в жизни человека.

– Обычно я не праздную этот день, – начала я, – но если ты предлагаешь, то…

Ян протянул мне свободную ладонь, и я ответила ему, дав пять. Мы доели рис. Он оказался божественно вкусным. К этому времени закипела вода для чая.

– Подожди немного.

– Что ты задумал?

Парень ушел к палатке босиком. Без него сидеть стало прохладно. Я потянулась к своей кружке, стоявшей в стороне, а когда присела обратно, Ян рухнул рядом, напугав меня.

– Заварим классный чай! Это моя бабушка собирала. Тут ягоды и всякие разные травы, – парень развернул бумажный рожок, высыпав часть содержимого в кастрюльку. – Я хранил его для особого случая, и этот день настал.

Как только травы коснулись горячей воды, аромат раскрылся и поднялся вместе с паром. Я почувствовала знойный июль, услышала пение птиц и почувствовала вкус ягод, даже не отпив чая. Ян накрыл кастрюлю крышкой только частично и подвинул к углям у края костра. Затем подкинул еще пару поленьев покрупнее, намекая на то, что вечер не спешит заканчиваться.

– Замерзла?

– Нет, мне тепло с тобой.

Несмотря на мои слова, Ян подцепил край куртки с моей стороны и потянул к себе. Так мы оказались еще ближе. Стало теплее.

– Знаешь, бабушка говорила, что чай обладает магией развязывать языки. Вот сидишь, ждешь, пока листочки раскроются, и в этом ожидании рассказываешь собеседнику все о себе, душу раскрываешь. Она постоянно твердила мне, что я буду вспоминать эти вечера. Я тогда как-то не придавал этому значения, но время научило ценить такие моменты…

– Она…

Ян шумно выдохнул, посмотрел в мои глаза и тепло улыбнулся.

– Да, она ушла. Но оставила мне столько ценных уроков. И сейчас, когда ты отведаешь этот божественный чай, расскажешь, почему приехала в Югыд ва.

– Расскажу, – я не стала сопротивляться. Смотрела в глаза молодому человеку, не имея никаких сил, чтобы вырваться из плена. Мне приходилось поднимать голову, а Ян наклонялся ко мне, и как будто расстояние между нами становилось все меньше и меньше, пока я сама не опомнилась.

– А чай уже заварился?

Из груди брюнета вырвался стон с хрипотцой. Он недовольно вскинул брови, но тут же перевел все в шутку.

– Ты постоянно ускользаешь, будто юркий зверек.

Ян присел к костру, проверил ароматный чай и разлил его по кружкам. Затем снова исчез в палатке, а вернулся с двумя батончиками в руках. Мне достался с черникой, а себе он взял с курагой.

– Держи, только осторожно. Горячо!

– Спасибо, Ян.

– Не за что! – подмигнул попутчик, присаживаясь обратно и забираясь со мной под куртку.

Я сделала маленький глоток, слегка обожгла губы, но было приятно. Горячий ароматный напиток бодрил. В прохладную ночь Приполярья нет ничего лучше. И руки согревает, и создает особую, романтическую обстановку.

– Время десять. Ничего себе!

– Когда мы пришли, было чуть больше шести. Разве мы так долго возились с банными делами и готовкой?

– Когда с кем-то время пролетает незаметно, значит, компания подобрана верно, – подметил парень, отпив немного чая и надкусив батончик. – Так что, Роза, раскроешь свою тайну в преддверии восемнадцатилетия?

Я подняла глаза к Яну с мольбой, но тот улыбнулся и закивал, подталкивая меня к рассказу.