Адель Огнева – Потому что я так сказал! (страница 27)

— Молча, Эля, ты моя невеста, и я хочу познакомить тебя с моей мамой. Что в этом такого?

Я молча пожала плечами. Если со свадьбой я еще смирилась, то с мыслью о знакомстве с будущей свекровью — нет. Меня терзали сомненья, а что, если я ей не понравлюсь, и она не примет меня? Я встряхнула головой, выбрасывая из неё подобные мысли. Какая мне вообще разница, понравлюсь ли я ей? Меня не должно это волновать, я же не хотела этой свадьбы. Так даже и лучше, возможно, мама Эрика отговорит его от этой затеи.

Волков поднялся из-за стола, слаживая грязную посуду в раковину, и сказал, что будет в гостиной работать за ноутбуком, если мне что-то понадобиться. Позвонить Лешке он мне не разрешил, сказав, что это для моего же блага. Мол, звонить только Егору и то в крайнем случае. Успокоил меня тем, что Криста уже сообщила Леше о моей с Волковым поездке.

Пока он еще не успел засесть в ноутбуке я перевязала его рану, обрадовавшись, что покраснений нет, значит все и правда хорошо. Не хватало еще, чтобы случились усложнения.

Я переоделась в пижаму, и залезла под одеяло, но долго ворочалась в кровати, в попытке уснуть. В итоге выдохнула, набросила халат и пошла в гостиную. Волков все так же сидел, уткнувшись в ноутбук, и кажется просматривал какую-то статистику. Среди всех книг на полках были только сказки, и это все больше не давало мне спокойствия. Интересно, каким Волков был отцом? Судя по количеству книг, он часто читал их дочери. Мне стало грустно от этих мыслей, я знаю, что Егор велел мне молчать, но я очень хотела, чтобы Волков поделился этим со мной сам. Между книг я нашла розовый альбом, и взглянув краем глаза на Эрика, решилась тихо его открыть.

— Поставь на место. — за спиной послышался угрожающий голос, и я, не успев открыть альбом, поставила его обратно.

Волков выдохнул, когда я посмотрела на него, и захлопнул крышку ноутбука.

— Иди ко мне. — уже более спокойно сказал он.

Я села рядом, и Эрик приобнял меня.

— Я знаю, что обещал быть честным с тобой, но пойми, есть вещи, с которыми я не хочу делиться. — он положил подбородок на мою голову, и я уткнулась в его грудь.

— Я понимаю.

— И это все? Ты даже не будешь нервировать меня, расспрашивая?

— Нет.

Волков отодвинулся, всматриваясь в мои глаза.

— Ты уже все знаешь, так ведь?

Похоже мой взгляд выдал меня с головой. Я тут же принялась придумывать историю, откуда я узнала. Сдавать Егора я не хотела, и врать тоже.

— Как ты узнала, и что тебе именно известно? — он начал сверлить меня взглядом, но не злым, а скорее, уставшим.

— Сложила два плюс два, я же не глупая. К тому же увидела фотографию у тебя в кабинете, когда ты меня туда привел. — вроде бы правдоподобно, тем более, что это итак правда.

— Ясно.

Волков откинулся спиной на спинку дивана, и мне настолько сильно хотелось его обнять. Но я понимала, что такие как он не принимают жалости к себе, поэтому меня удивило то, что через мгновение Эрик сам схватил меня в охапку, прижимая к телу. Я все же обняла его, и просто молчала. Мы просидели так несколько минут, а после Волков встал, доставая откуда-то почти полную бутылку коньяка.

— Эрик тебе же нельзя! — я подорвалась к нему. — Доктор запретил, помнишь?

Я понимала, что глупо поступаю, что лучше его сейчас вообще не трогать, но не могла молчать.

— Эля, мне нужно знать, ты сейчас забираешь у меня бутылку потому, что волнуешься за меня, или потому, что доктор так сказал? — он смотрел мне в глаза.

Я не успела подумать над ответом, и сразу же выкрикнула:

— Конечно же волнуюсь. — Волков поставил бутылку на стеклянный стол, и обнял меня.

— Я не хочу держать тебя силой, я хочу, чтобы ты сама желала быть со мной. Поэтому дам выбор: полететь в Грецию со мной, или остаться здесь, с братом. Я приставлю много охраны, и Егор будет рядом, но как только вернусь, ты вернешься в мой дом.

Я почувствовала радость, от одной мысли, что буду с Лешкой, но также мне было странно видеть Эрика таким. Он казался сейчас настоящим, без маски тирана. Он смотрел в мои глаза, и ждал ответа, но я не могла его дать. Мне нужно было время, чтобы подумать. С каждым днем я все меньше хочу убежать от него.

— Ответ нужен уже завтра.

Я кивнула, и Волков отпустил меня, но я не спешила забирать руки с его шеи, я поднялась на носочках, касаясь губами его губ.

Ночью он не трогал меня, просто обнял и заснул, а вот я все думала. Его прикосновения перестали вызывать неприятные ощущения, я не хотела избавиться от его присутствия больше. У меня кружилась голова, стоило уткнуться носом в его шею, и вдохнуть такой обворожительный запах. Я понимала, что мне нужно держаться от него подальше, ведь потом мне же будет хуже. Он наиграется, выбросит меня на улицу, а мне по кусочкам себя собирать придется. Я больше не верила в любовь, и уверена, что Волков не полюбит меня, так зачем же мне рисковать. Я не верила ему, Волков столько всего мне сначала наговорил, что я просто не могла ему верить. Он умеет искусно притворяться, затуманивает мне рассудок, но я не поддамся. Я твердо решила остаться здесь, и решительно хотела сообщить эту новость с утра.

Я долго ворочалась, но уснуть так и не смогла. Не знаю зачем, но я поднялась и пошла в гостиную. Тихо, чтобы не разбудить Волкова, взяла тот самый розовый альбом, и закрылась с ним в туалете. Мне было интересно посмотреть на фотографии. Молодой Волков был совершенно не похож на того, что спит сейчас в комнате. Жизнерадостная улыбка, горящие глаза, полные любви и счастья. На многих фотографиях он был с женой, на обратной стороне фото были короткие записи, такие как: «С Евой в ожидании малыша», «Дарье годик», и тому подобное.

Более двадцати фотографий с дочерью, последняя была сделана два года назад, как гласила надпись ниже.

Я закрыла альбом, и долго не могла прийти в себя. После, тихо вышла из туалета, поставила его обратно на полку и вернулась в кровать. Обняла Волкова, прижимаясь к его груди, и вскоре заснула.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Утром я проснулась первой, сон не шел, и я решила приготовить завтрак. Быстро умывшись, я пошла на кухню. В холодильнике было много продуктов, но я решила остановить свой выбор на простых блинчиках с медом и бананами. Заварила кофе, и как раз, когда я накрыла на стол, Волков проснулся.

— Доброе утро. — я улыбнулась, сама не зная почему.

— И правда, доброе. — Эрик посмотрел на стол, и подошел ко мне, притягивая к себе за талию. — Я ведь могу и привыкнуть к таким завтракам.

Он поцеловал меня в висок, и тут же сел за стол, кладя несколько блинов на свою тарелку.

— Ты подумала? Остаешься или летим вместе?

Я чуть не подавилась кофе, когда Волков задал этот вопрос. Я не была к нему еще готова. Вчера я твердо решила остаться, но просмотрев фотографии, появились сомнения.

Эрик отложил вилку, поднялся, и подошел ко мне, присев возле моего стула на корточки.

— Ты нужна мне, Эля, но тем не менее я даю тебе выбор. Я буду очень рад, если ты согласишься, но пойму, если останешься с братом.

Вот как сделать выбор, если я уже вообще ни в чем не уверена? Я очень хочу верить Волкову, но боюсь. Я все больше начинаю думать, что Эрик не такой уж и плохой, каким показался с самого начала, но где гарантии? Тень сомненья все равно уже глубоко залегла в моей душе.

— Эля, я же вижу, что ты сомневаешься. — как в точку. — Ты можешь поделиться со мной всем. Что именно тебя тревожит?

— Ты. Мне надоело думать о том, какой ты есть. Я хочу видеть тебя настоящего. Ты то тиран, от которого хочется сбежать, но нежный, с которым хочется остаться. Какой ты есть, Волков?

Эрик немного подумав, ответил:

— Я не всегда был таким. Но из-за некоторых событий из прошлого мне пришлось, и приходиться быть таким по сей день. Но если я почувствую отдачу с твоей стороны, тогда ты больше не увидишь тирана.

— О какой отдаче ты говоришь?

— Полетели со мной. У нас будет целая неделя, чтобы ты получше узнала меня, я обещаю быть собой.

Я обреченно выдохнула и кивнула. Как бы там ни было, но я решила все же пойти на поводу у своих чувств.

Целый день мы валялись в кровати, Волков не предпринимал попыток раздеть меня, и это удивляло, я не понимала, почему, может, дело во мне? Может Волкову не понравилось со мной заниматься сексом? Ну конечно, у меня же нет такого опыта, как у его бывших любовниц.

— Что с лицом? — Волков навис надо мной, повалив на подушку.

Я не ответила, потянулась к нему и тут же углубила поцелуй. Взяв ситуацию в свои руки, приподнялась, стаскивая с Волкова футболку.

— Эля, остановись. — Эрик закрыл глаза, упираясь уже стоячим членом у меня между ног.

Я не понимала, почему?

— Тебе не понравилось. — тихий сказала я, но Волков лишь прыснул со смеха.

— Понравилось, да настолько сильно, что я прямо сейчас готов вновь взять тебя. — горячий поцелуй в шею, от которого кружится голова. — Но я не нежный мальчик, Эля, я боюсь причинить тебе боль. Прошлый раз я сдерживался, но больше не смогу. Ты до головокружения желанная.

От его слов, и хриплого голоса, я вновь почувствовала желание.

— Но я пока не могу взять тебя. Твое тело не отошло еще от позавчерашнего, и тебе может быть больно.

Он волнуется за мои ощущения, еще один плюс поехать с ним. Я все больше и больше желаю быть с ним, и чувствую, что это взаимно.