Адель Хайд – Вторая жизнь доктора Лейлы (страница 9)
Так я стала ходить под присмотром. Но мне так было даже спокойнее.
Сегодня меня встречал Том, но, видимо, подошёл несколько позже и не видел всю сцену с Шушелем, поэтому спросил:
— Что за хлыщ? За что ты его так?
— Руки распускал, — ответила я, не подумав, что сыновья мистера Белтона, несмотря на то что жили небогато и не могли похвастаться хорошим образованием, были воспитаны настоящими мужчинами. Они не могли пройти мимо, если кого-то обижали.
А здесь ещё и я, практически младшая сестрёнка. Я чувствовала, что эти люди так ко мне и относятся, быстро и всем сердцем приняв меня в семью.
В общем Том взглянул на мою шею, покрасневшую от того, что воротник на некоторое время впился, но ничего не сказал. И я забыла про это.
И некоторое время всё было спокойно. Правда на следующий день утром я всё-таки рассказала о Шушеле доктору Джозефу. Но доктор сказал, чтобы я не волновалась, что он решит вопрос с Шушелем.
— Пьер хороший мальчик, — сказал доктор Джозеф, которого такие же вот «хорошие» мальчики выкинули из центральной больницы на бедную окраину города.
Но доктор знал Шушеля дольше, чем я, поэтому я подумала, что может я вправду зря переживаю, если Шушель до сих пор не донёс, может он только пугал.
Может так бы оно и было, если бы Том и Барни не приняли решение втихаря проучить Шушеля.
И однажды, придя утром домой со смены я обнаружила на кухне заплаканную Элис и нервно курящего мистера Белтона.
— Что случилось? — спросила я, пытаясь унять охватившую меня тревогу
— Мальчиков арестовали, — убитым голосом произнесла миссис Белтон
— Как арестовали? За что? — воскликнула я, не представляя себе, что могли натворить огромные добродушные и чуть туповатые парни
Элис снова залилась слезами, достала из кармана юбки платок и приложила к глазам, сказала:
— Говорят избили какого-то…, а он возьми, да и подай на них в полицию
— Теперь, наверное, осудят и на каторгу отправят, — и Элис снова залилась слезами.
А я поняла, кого могли избить Белтоны. Шушеля. Посмотрела на мистера Белтона и спросила:
— А если избитый заберёт заявление из полиции? — спросила его
— Отпустить должны, — глухо ответил мистер Белтон, казавшийся спокойным, но я видела, что и ему очень непросто.
— А ты куда? — спросил он меня, увидев, что я снова начала одеваться
— Да на работе кое-что забыла, — не стала я говорить, что собиралась к Шушелю, узнать, что с ним и попросить забрать заявление.
Думала, что придётся идти к нему домой, но Шушель оказался на работе и выглядел живым и здоровым. У него даже синяков не было.
Увидев меня, Шушель мерзко улыбнулся. Я подошла и спросила:
— Поговорим?
— Что? Как любовников твоих забрали сразу прибежала? — всё так же мерзко улыбаясь, спросил Шушель.
— Что вы хотите? — не стала я ходить вокруг да около, да и доказывать что-то такому человеку, как Пьер Шушель мне не хотелось. Всё равно не поймёт.
— Я хочу, чтобы ты ушла из больницы и не занимала чужое место, — тоже прямо заявил Шушель
— Если я уйду вы заберёте заявление? — спросила я, совершенно не понимая, чем интерну Шушелю могла помешать ночная сестра милосердия.
— Если ты заплатишь мне сто монет, то так и быть заберу заявление, — заявил этот «рылорождённый»», да простят меня славные хрюшки.
— Хорошо, — сказала, я, тоже переходя на ты — будут тебе сто монет, забирай заявление
— Э, нет, нашла дурачка! — сначала деньги, потом уходишь из больницы потом я иду в полицию.
— Да ты видно думаешь, что я дурочка. Пока я деньги искать буду, парней уже осудят и отправят на каторгу. И увольняться мне уже будет незачем, — решила я надавить на нахального Шушеля.
На лице будущего доктора, отчего мне уже стало страшно, отразился мыслительный процесс.
— Ну ладно, — спустя некоторое время выдал он, — иди скажи доктору Листеру, что ты больше не будешь работать, что передумала становиться врачом, а потом я пойду в полицию, но если денег не принесёшь, то у меня есть три дня, чтобы вернуть твоих бандитов обратно. Не принесешь деньги на третий день, отнесу заявление обратно в полицию.
— Если сегодня братья не вернутся домой, я тебя убью, — в ответ сказала я Шушелю
— Бешеная, — сплюнул он в сторону, — вернутся, готовь монеты
«Где же взять деньги? Я ведь пока нет образования не могу даже никакое изобретение продвинуть, не примут, да ещё и выкинут куда-нибудь, вон как Джозефа Листера.»
Доктора Листера я нашла в палатах на обходе и … не смогла ему ничего сказать. Он так обрадовался, увидев меня:
— Лейла, как хорошо, что вы ещё не ушли, посмотрите какой интересный случай, что думаете, — спросила доктор Джозеф, — показывая мне на больного, у которого на ноге уже была наложена шина, причём именно такая, которую я посоветовала накладывать, используя гипс*. И сегодня доктор Листер впервые получил возможность применить эту практику. До этого, а рассказала я доктору об этом неделю назад, никаких сложных переломов не было. И вот сегодня как раз привезли мужчину со сложным переломом ноги и доктор Листер стразу же применил на нём новую методику.
Мужчина лежал, испуганно вращая глазами, глядя то на доктора Листера, то на меня.
А я подумала: — «Вот почему Шушель к мне прицепился. Зависть к человеку, который что-то знает, лучше, чем он»
В общем, я ничего не сказала доктору Джозефу. Попрощалась и пошла домой.
Но не успела я выйти из больницы, как прямо передо мной остановилась большая крытая повозка, и пока я пыталась её обойти, из неё выскочили двое мужчин, один из которых приставил мне нож к боку и хриплым голосом сказал:
— Пикнешь, убью
После чего они затолкали меня внутрь повозки.
Глава 8
Внутри повозки было темно, потому что в ней не было ни одного окна. Я решила не показывать вида, что мне ужас, как страшно и как можно более спокойным голосом произнесла:
— Нож уберите, пожалуйста, нервирует
И то ли от неожиданности, то ли оттого, что понял, что деваться мне некуда, мужчина, втащивший меня в повозку, убрал нож от моего бока, но произнёс:
— Не шали
Меня усадили на лавку, сами мужчины сели напротив друг друга, один на ту же сторону, где и я, а другой на противоположную, перекрыв мне пути к двери.
Мужчины молчали, я тоже решила лишний раз не сотрясать воздух, понимая, что мне вряд ли что-то скажут.
«Посмотрим, — думала я, — вариантов не так уж и много. Наибольшая вероятность, что это мадам Лестар. Второй вариант, который пришёл мне в голову, что кому-то понадобилась медицинская помощь.»
Был один случай пару дней назад в ночную смену, двое мужчин принесли мужчину, у него было ножевое ранение, из врачей был доктор Стен Вильямс. В отличие от интерна Шушеля, уже взрослый и состоявшийся врач. Он был последователем Джозефа Листера и, когда того отовсюду выгнали, то осознанно пошёл вслед за своим учителем.
Так вот доктор Стен хотел оставить раненого до утра, когда появится кто-то из врачей, потому что один он не решился оперировать. И я предложила ему помощь, ассистировать в операции.
Я же не всегда была педиатром, во время большой войны, меня, как и остальных врачей направили на работу в полевой госпиталь, там я и получила опыт работы с подобными ранами.
Я уговорила доктора Стена, потому что видела, что раненый может и не дожить до утра. И в какой-то момент доктор Стен передал ведение операции мне, сам начав ассистировать. Уже после операции, когда мы сидели и пили горячий чай, он спросил меня о том, где я научилась так шить и вести операции.
Я лишь пожала печами, и доктор не стал меня больше спрашивать, за что я была ему благодарна.
А когда я пришла на следующую ночь на свою смену, то больного уже не было и на мой вопрос, куда он делся, Надин мне ответила, что за ним приехали и увезли.
— Видно же, что состоятельный парень, а у нас же никаких условий для таких, — протирая тряпкой полы, сказала Надин
А я подумала, что у нас-то в больнице, во многом благодаря подходам Джозефа Листера, условия как раз намного лучше, чем предлагаю другие. Возможно палаты у нас и переполнены, зато чисто и инструменты обрабатываются, а доктора и персонал моют руки.
Я ещё тогда подумала, что вряд ли этот мужчина какой-то аристократ, скорее всего наоборот, он связан с криминальной средой и возможно, что, не последний человек в криминальной иерархии.
Вскоре повозка остановилась, но мы продόлжили сидеть.