Адель Хайд – История Ирэн 4. Выбор (страница 7)
Что-то кольнуло в памяти Ирэн, когда она услышала имя, но здесь «недружелюбный» Василий Владимирович заметил профессора Гукасова и круглое лицо его преобразилось, став ещё моложе, благодаря искренней улыбке. И он неожиданно сильным приятным баритоном воскликнул:
—Павел Осипович, какими судьбами! Тебя же из университета не вытащишь?!
Гукасов за пару шагов преодолел расстояние и обнял сурового «ловца молний»:
— Вася, а я всё думал, куда ты пропал? А у тебя здесь вот что, значит
Повернулся к Ирэн:
— Ирэн Леонидовна, перед вами светило физико-химической науки Стоглавой империи. Вася, а это самая гениальна женщина империи, знакомься, Ирэн Лопатина
И у Ирэн в голове «щёлкнуло», конечно, Василий Петров, гениальный российский физик, основоположник российской электротехники, открывший электрическую дугу. Она во все глаза смотрела на человека, который в её реальности первым сделал мощную электрическую батарею.
— Интересно, — думала она, — где в своих исследованиях он находится сейчас и не помешает ли она этому светлому уму, или, наоборот, может быть и в её мире, был кто-то, кто подтолкнул прогресс. Не просто же так на определённом витке истории всего за двадцать-тридцать лет, произошла первая промышленная революция. Может и там были попаданцы?
По всей видимости пауза затянулась, первым отреагировал барон Кайсаров:
— Какой маленький мир, все друг друга знают
И уже, обращаясь к Василию Петрову сказал:
— Василий Владимирович, покажете нам своё хозяйство, мы, в общем-то для этого и пришли
Помимо Петрова в лаборатории работали ещё три человека. Они все испытывали разные пути получения электроэнергии или «молнии», как они здесь её называли.
Первый способ был, конечно, самый древний и самый смешной. Лаборант занимался тем, что на разной скорости вращал небольшой отёсанный кусок эбонита и янтаря, пытаясь получить электричество.
Второй способ был гораздо ближе к первым открытиям получения электроэнергии. Использовалась кислота и металлические пластины с проволокой.
Ирэн пока не была готова, при всех говорить о том, что здесь никто не знает или наоборот, возможно Петров знает. Ей хотелось сначала присмотреться и понять насколько люди здесь уже знают понятие электричества.
Поэтому она только спросила:
— А какие пластины вы используете?
Но это был очень правильный вопрос. Потому что оказалось, что проблема в эксперименте возникла, и что они пока что использовали пластины из одного материала. И, конечно же, Ирэн не удержалась и «посоветовала» использовать одну пластину из свинца, а другую из меди*.
Василий Петров сначала нахмурился, услышав совет, прозвучавший от женщины, пусть и охарактеризованной Гукасовым как гениальная. Потом шагнул к своим лаборантам и после первых же минут, прошедших поле замены пластины, учёные «пропали».
Теперь Ирэн не сомневалась, что, встав на верный путь и здешний Петров изобретёт и свою батарею и электрическую дугу. А вот Вольту, если он здесь родился, придётся уже быть вторым.
В гостеприимном доме барона Кайсарова они пробыли ещё день. И это был знаменательный день в истории Стоглавой. Потому что уже на следующее утро на прекрасную террасу, где снова был накрыт завтрак ворвался Василий Петров, волосы у него были всклокочены, скорее всего учёный не спал всю ночь. Ирэн даже стало неловко на короткое время, но это чувство быстро прошло.
Потому как учёный, подбежав к столу и схватив чью-то чашку, не разбираясь чью, выпил её залпом и произнёс, обращаясь при этом только к Ирэн:
— Ирэн Леонидовна, это потрясающе, мы получили его
Из-за стола вскочил Али-Мирза, Морозов, Кайсаров
Ирэн увидела, что Варвара Яковлевна не очень обрадовалась тому, что завтрак так неожиданно прервали и предложила Петрову сначала позавтракать, а потом всем вместе пойти и полюбоваться на эксперимент.
— Василий Владимирович, — тихо сказала Ирэн, если вы его получили, то оно уже никуда не денется, поверьте
Петров вздохнул, но присел к столу, судя по выражению его лица, он готов был делать всё, что бы сказала ему Ирэн.
Заметил это и Морозов и подумал:
— Ну вот, всё, как всегда, где бы она не появилась, всё переворачивается вверх дном, а все вокруг готовы сделать всё, что она скажет. И я в первую очередь.