Адель Хайд – История Ирэн 4. Выбор (страница 18)
— Я бы хоть сейчас, — сказал Морозов, — но захочет ли она?
Потом увидел удивлённый взгляд Али и понял, что подумал друг:
— Нет, Али ты всё не так понял, у неё платье было мокрое, она его сушила, а потом заснула и теперь нужен кто-то чтобы помочь одеть.
После того как горцы привели служанок, раскрасневшихся от страха и от того, как близко им пришлось прижиматься к мужчинам, дело завертелось.
Девушки споро одели Ирэн и даже сами переложили её на носилки. Якоб сам закрепил её так, чтобы даже, если носилки перевернутся, она бы не выпала оттуда. Поднимать их собирались в виде люльки.
Двое крепких горца залезли наверх и скинули оттуда верёвки. Внизу Якоб сам привязал оба конца к носилкам, ещё раз всё проверив. Ещё двое полезли наверх чтобы подстраховать.
Морозову хотелось быть одновременно и там, и здесь. Он практически не дышал, пока не услышал условный сигнал, что спуск тоже прошёл без благополучно.
К тому времени как разобрали проход в завале и прошли на ту сторону, начало темнеть. Но на той стороне их ждали радостные новости.
Княгиня Дадиани приготовила свой чудодейственный отвар, которым уже поила Ирэн после «мистического сеанса». Жар у Ирэн спал, и она пришла в себя.
***
Забела стоял и смотрел на развалины монастыря. Получается, что он зря проделал этот путь? Куда теперь? Сколько ещё он сможет прожить в небольшом охотничьем домике на скале? Либо он не уследит, и она бросится со скалы вниз, либо она устроит пожар и на этот раз, и он может сгореть в этом огне.
Он так рассчитывал, что здешние монахини ей помогут, а он сможет вернуться в Москов.
Забела стал обходить развалины и попытался пройти к одной из сохранившихся башен. Когда он зашёл внутрь, то увидел, явные следы того, что здесь кто-то живёт. В дальнем от входа углу из камней была собрана самодельная печка, рядом стояла кровать, сколоченная из обломков.
Вдруг из-за спины раздался голос:
— Кто ты? И зачем пришёл в эту обитель скорби?
Забела обернулся, позади него стояла монахиня, на ней было монашеское одеяние, ряса, подвязанная верёвкой, ноги её были босы. В руках она держала корзинку, в которой лежали какие-то овощи или грибы
— Я приехал в монастырь, — сказал Забела
Монахиня тяжело вздохнула, прошла мимо графа, присела на кровать и принялась разжигать печь
Забела, поняв, что его не выгоняют, тоже подошёл ближе к монахине:
— Что случилось?
— Видишь? Нет больше монастыря. Месяц назад напали ширванцы, всех моих сестёр убили, а детей увели с собой, —снова тяжело вздохнув сказала монахиня
— Детей? — удивлённо переспросил Забела
— Да, — кивнула монахиня, —здесь при монастыре был приют, дети лучшие лекари души, особенно сироты
— Ты же тоже кого-то привёз? — неожиданно спросила монахиня
— Д-да, привёз, она совсем плохая, сына потеряла, жить не хочет, — тоже вздохнув сказал Забела
— Ещё месяц назад я бы сказала, оставляй, а теперь, мне, видишь, — и монахиня обвела рукой вокруг себя, —самой не справится.
— А если я помогу? — Забела подумал, что вполне может организовать строительство храма. Вспомнил про «белый камень» Ирэн.
Ирэн. Как будто это было в прошлой жизни, судьба Мещерских разделила его жизнь на до и после.
—А детей? Детей тоже вызволишь? — спросила монахиня, не дав графу уйти в самокопание.
— Надо будет и детей вызволю, — кивнул Забела
— Тогда приводи её, завтра с утра, — сказала монахиня.
И Забела выдохнул, всё-таки всё было не зря. Теперь он сможет поехать навстречу Морозову и Ирэн.