Adam Turvi – Возвращение 2 (страница 17)

Общение с таможней снова взяла на себя Карлова. После чего — бегом по автосалонам. Два джипа «Рэнглер-Рубикон» и крытый малый грузовик Ф-150, куда поместили медкапсулу. Затем — сто километров на запад, в горы и джунгли.

Всей команде, с помощью лингвоанализаторов аграфов давно были залиты основные языки Земли. В их список входили, конечно, английский и испанский. Карлову немного удивил тот факт, что в Белизе говорят, в основном, по-английски, а не по-испански. Но Плещеев, за время полета изучивший матчасть, был к этому готов.

Не доезжая до города Сан-Игнасио, отряд свернул на малозаметную проселочную дорогу, ведущую серпантином вверх по горному склону. За пятнадцать километров до цели Плещеев дал сигнал к остановке. Два разведчика, прошедшие практику в ГРУ, обследовали съезд с дороги в джунгли, после чего водители по их указаниям аккуратно завели машины в зеленку метров на сто от дороги. Разведчики постарались замаскировать следы шин, в расчете на обывателя, но никак не на профессионала-криминалиста или тех же военных разведчиков. Отряд замер в глубине зеленки в ожидании темноты.

Без процедуры омоложения Плещеев не смог бы преодолеть пятнадцать километров в гору. Но техника аграфов постаралась на славу. Спустя пять часов отряд вышел к караульному посту базы контрабандистов-наркодилеров. Бывшие спецназовцы аккуратно сняли часовых, после чего все десять рядовых бойцов прошлись по домикам барачного типа, где спали бандиты. Троих, имевших личные спальни в отдельном коттедже, взяли живыми, и с ними уже работала Карлова. Последний домик, напоминавший конуру, занимал пленник-иномирец. Земляной пол, в него по центру конуры вкопан железный столб. К нему за ногу привязан… нет, не аграф. Черты лица более гармоничные, волосы светлее, чем у давних знакомых Плещеева. Пол явно мужской.

Эльф приподнялся, окинул вошедших Плещеева и Карлову мутным взглядом и снова уронил голову на земляной пол.

— Капсулу сюда, срочно! — скомандовал Плещеев.

Бойцы начали выгрузку капсулы, а один из разведчиков бежал к командиру со связкой ключей.

Иномирца освободили и от кандалов, и от остатков одежды, загрузили в капсулу.

Лечение травм заняло пять часов. Но главный сюрприз поджидал Плещеева далее. При попытке установить эльфу имплант подчинения, а потом — нейросеть с тем же имплантом, в конце концов — просто нейросеть, самозваный нейрохирург потерпел фиаско. Мозг иномирца отторгал нейрооборудование Содружества. Плещеев уже догадывался, что к аграфам их ушастый пленник не имеет прямого отношения, и даже сколько-нибудь близкого. Но теперь это стало ясно на уровне медицинского факта.

— Дай, я поговорю с ним. — предложила Карлова.

Пленника вытащили из медкапсулы, не выводя из сна. Приковали кандалами к стойкам железной кровати. Рядом поставили четырех бойцов. Одежды никакой не дали, чтобы и этим усилить психологическое давление.

Эльф открыл глаза и замер неподвижно, глядя как бы внутрь себя.

— Ты кто? — заговорила с ним Карлова на языке аграфов.

Эльф нахмурился, взглянул на женщину с некоторым интересом. После чего снова ушел в себя.

— Давайте утюг. — приказал Плещеев.

Хорошо нагретый бытовой прибор установили пленнику на грудь. Тот заорал и быстро заговорил на незнакомом никому языке.

— Лингвоанализатор! — рявкнул Герман Иванович.

Пленник орал и выворачивался, но горошину в ухо получил. Замер на пять минут и, наконец, его глаза вновь обрели подвижность.

— Отвечай! — приказала Карлова. — Рассказывай, кто ты, откуда, где твои друзья?

Эльф с удивлением посмотрел на нее и ответил на том же языке аграфов:

— Я — Шейслар, темный маг, магистр.

— Очень рады познакомиться с вами, ваше магичество! — проникновенно запела Люся.

Эльф начал мотать головой и шипеть сквозь зубы, видимо, чувствуя, что теряет контроль над сознанием.

— Мы, ничтожные маглы, будем рады услышать ваши словеса мудрости! Расскажи нам, мудрец, как вы обретаете контроль над презренной чернью?

Эльф стиснул зубы на полминуты, после чего, со стоном мотнул головой и заговорил:

— Клятва полного подчинения, скрепленного кровью.

— Нож! — крикнул Плещеев. — Чиркни его по ладони. Так… А теперь меня. Что застыл? Выполнять приказание! Давай, лопоухий, читай свою клятву!

Эльф нахмурился. Карлова многозначительно потянулась к утюгу. Эльф презрительно усмехнулся, кивнул каким-то своим мыслям и медленно произнес:

— Я, лотр Шейслар, магистр темной магии, обязуюсь служить лэру…

— Герману!

— … Лэру Герману до конца своих дней. Теперь приложите свою ладонь к моей, чтобы токи крови соединились.

Плещеев брезгливо поморщился, но руку приложил.

— Можете теперь освободить меня, если хотите. — проговорил эльф. — Ваша лэра — сильный маг разума, но в нашей стране у нее не было бы против меня никаких шансов.

— Что ж ты сунулся в чужую страну, не зная, что тебя ждет? — ласково поинтересовался Плещеев. Он морщился, глядя, как боец бинтует ему ладонь. — Ожог себе можешь заживить? Или снова картриджи на тебя переводить?

— Пройдет до завтра, — ответил эльф. — Я хочу есть и пить.

— Будет тебе и то, и другое. Но пока поживешь под присмотром. Понял? Освободите его, подберите какую-нибудь одежду из запасов местных боссов и накормите. Как закончит, доложите.

— Есть! — ответил Рогов, командир отделения бойцов.

— Ты веришь в этот ритуал? — спросил Плещеев соратницу, когда они вышли на свежий воздух.

— Я уверена в том, что в него верит этот эльф. Он точно не лжет. Он совершенно смирился внутренне с тем фактом, что стал твоим слугой. Тебе, убежденному материалисту, как-то придется это принять.

— Ха. Ты же мне рассказывала про «смерть вуду» и прочие психологические фокусы. Материалистическому учению все это никоим образом не противоречит.

Через час Плещеев и Карлова снова посетили комнату, где содержали эльфа. Самоназвание «лотр», ничего не говорящее землянам, не прижилось. Эльф созрел для допроса. Плещеев включил запись под протокол на нейросеть.

— На нашей планете живут несколько рас. — начал эльф свой рассказ. — Есть и такие, как вы. Наша раса живет на континенте, их все, и они сами называют лиирами. И на большом зеленом острове в океане, где родился и я. Материковые называют нас «другими лиирами» или «островными выкидышами». Мы же называем себя лотрами.

— Похоже, вы не особо дружите с родственниками на материке?

— Вражда и ненависть, уже многие тысячелетия.

— Понятно. Дальше.

— В рукописях Древних магов я отыскал упоминание о том, что где-то на материке есть тайная комната с портальным артефактом в виде куба.

— Куба?!

— Да. Стоящего на одном из углов. Там описывалось плетение, которое позволяет засечь активность этого артефакта и указать, где он находится. Я потратил семь лет, чтобы освоить артефакторику, втайне от Совета магов. Наконец, создал артефакт, привязав направление и расстояние, которое он должен показывать, к старой карте нашей части мира. Недавно мой артефакт сработал, и я успел отметить на карте место, где проявил себя портальный куб. Улучив удобный момент, проложил туда тайную тропу, активировал куб и, судя по тому, что вижу вокруг себя, совершил переход в мир, отличный от нашего. Но где-то совершил ошибку. Куб либо не должен был сработать вовсе, в случае, если приемный артефакт уничтожен или разряжен, либо должен был переместить меня совсем в другой мир, ничего общего не имеющий с вашим. Здесь нет магических энергий. А там, если верить рукописи, царит изобилие особой, «бесцветной» или «общей» энергии. Еще там нет неба и солнца, но день так же сменяется ночью, как и везде. Там рай магов и торговцев.

— Расскажи о жизни вашего и других народов. Создаете ли вы, или другие народы такие артефакты, какие ты видишь у нас? Которые выполняют свою работу, не используя магию? Которые позволяют передвигаться без тягловых животных, летать по воздуху, летать выше воздуха, в пустоте, от одного мира к другому?

— Все это точно умели делать Древние маги. Но они ушли и все свои знания забрали с собой. Совсем недавно наш мир начали посещать пришельцы на повозках, похожих на те, о которых ты спросил. Они не стали завоевывать наш мир. Время от времени вербуют рекрутов и забирают их к себе, на небо. Потом эти разумные, большей частью такие, как вы, возвращаются и рассказывают удивительные вещи. Об оружии, одним выстрелом уничтожающем целые миры, об артефактах, которые помогают выучить немыслимые объемы знаний за несколько дней. Об огромных кораблях, плавающих в пустоте, как наш морской змий в глубине вод.

— Какие там государства существуют в этой пустоте? Как эти пришельцы их называют?

— Государств там много, столько же, сколько правителей в нашем мире. Но все они связаны неким договором, который соединяет их в… не помню точно… «товарищество», или как-то так.

— Содружество?

— Точно! Это слово нового для меня языка, которое ты произнес и которое я теперь понимаю, я слышал несколько раз без перевода. Как ты слышишь слово «лиир» и используешь его, не понимая, что когда-то оно означало «повелитель смыслов».

Плещеев не заметил, как в глазах его засверкал лихорадочный блеск. Но заметила Карлова и мягко коснулась его локтя. Плещеев обернулся, заглянул ей в глаза и хмыкнул:

— Спасибо за бдительность, товарищ.

Потом вернулся к допросу.