Адам Нэвилл – Ужасы (страница 51)

— Si. Americano. — Раскачиваясь с пятки на носок, Тролль улыбался, топорща щетину. — George Bush. Bang bang.[55]

— Джон Керри, — сказала Джейми и, порывшись в кошельке, достала круглый значок, выдаваемый участникам агитационной кампании кандидата в президенты. Мать настояла, чтобы она имела его при себе в качестве некоего знака отличия. Она помахала значком. Тролль вздернул лохматые брови и удивленно уставился на Келлена и Джейми.

— Что? — спросил Келлен. — Non parlo I'ltaliano.

— Он ничего не сказал, идиот, — урезонила его Джейми и, тяжело вздохнув, замолчала.

Повернувшись, Келлен обнаружил, что Тростник стоит прямо у них за спиной и смотрит куда-то себе под ноги. Он действительно был необычайно высоким, а глаза поражали насыщенной голубизной цвета. «Никакой опасности он собой не представляет», — подумал Келлен, удивляясь, отчего же так ноет сердце.

— Mi displace,[56] — произнес Тростник так зычно, будто в колокол ударили, что никак не вязалось с его тонкой фактурой. За подпорной стенкой снова раздался пронзительный крик, и тут же за ним последовал второй, третий.

— Обезьяны-ревуны, что ли? — прошептал Келлен. — Кто это так кричит?

Но внимание Джейми было сосредоточено на итальянцах. Тролль снова потрогал капот их машины.

— О, — оживилась Джейми, — бензин. Мой друг заправил…

Тролль смотрел на нее и непонимающе улыбался.

Вдруг Джейми подошла к бензобаку, сняла крышку и показала ее Троллю:

— Видите? Дизель.

— Diesel. Si.

— No дизель. — Сложив пальцы пистолетом, Джейми продемонстрировала, как заполняли бак топливом. — Бензин.

Мгновение Тролль просто стоял, затем хлопнул себя по щекам:

— Ohhh. Gas. No diesel. Ohhh. — Продолжая улыбаться, он провел ладонью по горлу и разразился длинной тирадой по-итальянски.

Дождавшись, когда он смолкнет, Келлен поднял руку, державшую мобильник.

— У тебя есть? — Он старался скрыть растерянность и нелепую тревогу.

— Ohhh, — произнес Тролль и посмотрел на своего компаньона.

Тростник расплылся в спокойной, царственной улыбке и ничего не сказал.

— Ohhh. — Тролль заходил, словно танцуя, вокруг капота.

Инстинктивно Келлен отступил на полшага к подпорной стенке, чтобы снять впечатление, будто они с Джейми вынужденно маневрируют между незнакомцами.

— В Америке машина ломается, мы звоним. За нами приезжают. — Келлен щелкнул пальцами. — Но a I'ltalia… Ohhh. — Он шлепнул себя по лбу и скорчил рожу а-ля Джерри Льюис.

Хриплый смех Тролля, в отличие от голоса Тростника, вызвал у Келлена раздражение.

— Они приедут. У тебя есть? — Он снова поднял руку и помахал мобильником.

— Почему ты с ним так разговариваешь? — прошипела Джейми.

— У тебя есть? Вот этот… — И он снова помахал трубкой, беспомощно глядя на Джейми.

— Friend, — подсказала она. — Kaput.

— Ah! — сказал Тролль. — Si. Si. — И, бросив взгляд на компаньона, потрусил к желтой машине.

Он по пояс залез в окно. Судя по движениям его тела, он в поисках телефона продолжал что-то говорить и жестикулировать. Наконец он вернулся, демонстрируя элегантный черный мобильник, открыл его и приложил к уху. Затем свободной рукой сделал вопрошающий жест.

— Я позвоню, — сказал Келлен и потянулся к телефону; показалось, будто и Тростник подался вперед. Но он не препятствовал, когда Тролль протянул трубку.

— Спасибо. Grazie, — сказал Келлен, а Джейми одарила итальянцев ослепительно-наивной улыбкой всех безраздельно любящего Керри. Отец Келлена как-то сказал, что все сторонники Керри улыбаются именно так. Джейми, вероятно, была единственным демократом, к которому отец Келлена испытывал благосклонность.

Келлен уже готов был нажимать кнопки, когда вдруг понял, что не может этого сделать.

— Черт, — проворчал он.

Тролль улыбался:

— Ohhh.

— Что? — спросила Джейми, подходя ближе. — Просто позвони кому-нибудь. Позвони в «Американ Экспресс».

— А ты знаешь номер?

— Я думала, ты знаешь.

— Он у меня в списке быстрого набора. Отец его туда внес. Я этот номер в глаза никогда не видел.

— Посмотри на чеке.

— Мне родители дали не чеки, а карту Visa.

— Mi scusi,[57] — сказал Тролль, подходя ближе, и в этот момент за стенкой вновь раздался пронзительный крик. Тростник лишь повернул голову и бросил беглый взгляд на желтую машину, после чего все внимание сосредоточил на Келлене и Джейми. Казалось, итальянцы вообще не слышат никаких криков.

Постучав по красно-полосатой груди, Тролль выдал новую тираду на итальянском. Келлен понятия не имел, что он сказал, но протянул ему телефон. Кивнув, Тролль набрал какой-то номер. Наверное, с минуту он стоял с улыбкой на лице и с трубкой, прижатой к уху. Затем он быстро заговорил, развернулся и пошел вдоль дороги.

— Как нам повезло, что мы их встретили, — сказала Джейми ему в самое ухо.

Келлен посмотрел на нее. Она стояла, сложив на груди руки и закусив нижнюю губу. Впервые Келлен подумал, что она, возможно, напугана больше его. В конце концов, перед ее глазами мелькали те же самые газетные статьи, что и перед ним. Те же самые фотографии: американская пара, покачиваясь, висящая на флагштоке Колизея — вымазанная дегтем, вывалянная в перьях, замотанная в американский флаг. Семью Теннесси нашли завернутыми в одеяло с символикой кока-колы в развалинах древних катакомб, недавно обнаруженных археологами у стен Форума. Все жертвы были раздеты догола, а животы их распороты и набиты перьями. Пара на флагштоке напомнила Джейми студенческий реферат, где она писала о традициях Древнего Рима, о праздниках, во время которых на деревьях развешивались деревянные куклы. Куклы заменили мальчиков, некогда приносимых в жертву в честь этого праздника.

Тролль дошел до своей машины, не прерывая оживленного разговора и размахивая свободной рукой, время от времени держа трубку перед собой и что-то крича в нее. Тростник просто стоял, спокойно, как часовой, и смотрел поверх голов Келлена и Джейми в сторону ворот.

Клонившееся к закату солнце нижним краем достигло уровня подпорной стенки, появились первые признаки сумерек — краски поблекли, но прохладнее не стало. На автостраде все так же гудели клаксоны и визжали шины, но Келлен находил в этом шуме нечто успокаивающее. Он был какой-то жизнерадостный, и это отличало его от американского шума. И сигналы клаксонов сильно походили на крики птиц.

Вдруг ему захотелось обнять Джейми за плечи. Ее кожа была горячей, но уже сухой. Обутая в шлепанцы нога постукивала по пыльному краю дороги. Джейми не прижалась к нему в ответ на его объятия, но и не отстранилась. Он думал, как потом в течение многих лет они будут вспоминать и рассказывать об этом приключении их благополучным американским детям, но не тем детям, которые, как он всегда думал, будут у них с Джейми, а уже каким-то гипотетическим, чьей матерью Джейми может и не быть.

По крайней мере, он, Келлен, будет вспоминать Италию, как событие своей молодости.

— Дизельное топливо, — пробормотал он. — Разве им еще кто-то заправляется?

— Люди, которым небезразлична чистота воздуха. Дизельное топливо в миллионы раз чище обычного бензина.

— Но оно ужасно вонючее. — Келлен попытался игриво прижать Джейми к себе, но она оттолкнула его.

— А ты чем-нибудь пахнешь?

Келлен вынужден был признаться себе, что нет.

— Проблема с запахом решена много лет назад. Тебе просто мозги промыли рекламой.

— Мозги промыли?

— Марионетка нефтяных компаний. Марионетка Джорджа Буша. Маленькая марионетка, повторяющая за суфлером.

— Повторяющая за суфлером, — произнес Келлен и, превозмогая страх и растерянность, выдавил из себя улыбку. Джейми жалко улыбнулась в ответ, не сводя глаз с безмятежного лица худого парня.

— О'кей! — крикнул Тролль, махая рукой. Он снова по пояс скрылся в окне желтой машины, продолжая жестикулировать, хотя рук практически не было видно, затем вылез и закричал: — Arrivo! Si? Едут.

Джейми благодарно улыбнулась. Тростник повернул голову к заходящему солнцу и наблюдал, как оно скрывается из виду. Тень от подпорной стенки легла на автостраду, и тут же раздалось сразу несколько криков, их звук долго висел в воздухе.

Успокаивающе сжав локоть Джейми, Келлен обошел заглохшее авто, поднялся по насыпи, тянувшейся вдоль суперстрады, и приблизился к подпорной стенке; она была выше, чем это казалось с дороги. Даже встав на ее фундамент, Келлен не мог заглянуть за нее. Стенка была выложена «диким камнем», как и стены, ограждавшие места археологических раскопок по всей Италии. Келлену очень хотелось знать, действительно ли это ограждение возводилось в качестве подпорки.

Встав на цыпочки, он положил локти на стенку, сунул ногу в углубление между камнями и подтянулся. Так и повис с открытым ртом, локтями больно упершись в камень.

Стараясь не сорваться, он повернул голову.

— Джейми, — тихо позвал он, надеясь, что она его услышит, а Тростник — нет. Но шум машин заглушил его голос, и Джейми не обернулась. Тролль стоял, прислонившись к желтой машине, и курил длинную коричневую сигарету. — Джейми! — гаркнул Келлен, и она повернулась, медленно повернулся и Тростник. — Джейми, подойди сюда.