Адам Миллард – Ларри (страница 20)
- Красные огни не мигают просто так, - сказала Лакриша, рывком поднимая Джуниора на ноги. - Обычно они что-то значат, или куда-то указывают, или что-то делают, иначе какой в них смысл?
Они медленно двигались по комнате, обходя сломанную мебель и подбирая пальцами ног дурацкую веревку. Джуниор наступил на кусок конструктора Лего и после нескольких секунд абсолютной агонии попытался понять, откуда он взялся. Но в том-то и дело, что Лего не обязательно иметь, чтобы на него наступить. Казалось, он появился из другого измерения, и его единственная цель – причинить как можно больше боли.
Лакриша взглянула на источник мигающего света – маленькую черную коробочку с линзой и мигающим красным огоньком. Она была прикреплена к потолку прямо в углу.
- Вот видишь, - сказал Джуниор. - Это просто маленькая черная коробочка с линзой и мигающей красной лампочкой, прикрепленная к потолку, - oн снова зевнул. - А теперь мы можем пойти спать? Утром у нас много дел по уборке.
- Это камера! - ахнула Лакриша. - Джуниор, это чертова камера. Зачем здесь камера?
- Это не камера, - сказал Джуниор, но теперь, когда она упомянула её, эта хреновина подозрительно стала смахивать на камеру. - Ладно, может, это и камера, но я сомневаюсь, что она работает.
- Там мигает красный огонек, - сказала Лакриша, прикрывая одной рукой соски, а другой – свой женский куст. - Это рабочая камера, и она наблюдала за нами все это время.
- Мы этого не знаем, - сказал Джуниор, натягивая клетчатый носок на свой шланг.
- А что, если люди видят нас прямо сейчас? Что, если все это было прямой трансляцией в гребаном новом лагере? А что, если мы СЕЙЧАС на БОЛЬШОМ ГРЕБАНОМ ЭКРАНЕ?!
- Ладно, милая, тебе нужно успокоиться. -
В этот момент взорвалось окно в задней части комнаты. Лакриша вскрикнула и инстинктивно бросилась на пол, но Джуниор остался на ногах, и Лакриша повисла у него на руке, как какой-то новенький браслет.
Мяч покатился и остановился в дюйме от перепуганного лица Лакриши, только это был вовсе не мяч. У него были нос, глаза и уши, и все это выглядело знакомым. Она снова закричала, а потом и в третий раз, на тот случай, если предыдущие два были недостаточно хороши.
- СРАНЬ ГОСПОДНЯ! - закричал Джуниор, глядя на отрубленную голову. - ЭТО ЧЕРТОВ БЕЙЛИ!
- А где же все остальное?! – завизжала Лакриша так пронзительно, что в восьми милях отсюда, в маленькой деревушке под названием Бертон, немецкая овчарка навострила уши.
Джуниор помог Лакрише подняться на ноги, совершенно не замечая, что у него отвалился носок.
- Он мертв?! - спросил Джуниор, подталкивая голову босой ногой.
Лакриша закатила глаза.
- Нет, блядь. Ему просто нужен хороший врач, - oна покачала головой. - Конечно, он, черт возьми, мертв! Но кто убил его? - oна перевела взгляд на разбитое окно.
Там кто-то был. Кто-то должен был бросить голову. Кто-то должен был убить...
- Ты же не думаешь, что это сделала Мелисса? - спросил Джуниор. - Я имею в виду, чтобы попытаться перехитрить нас?
- Я бы не стала отрицать этого, - сказала Лакриша. - Эта сука сделает все, чтобы превзойти меня, и ничто не выглядит так круто, как обезглавливание своего ебаря после ебли.
Через мгновение в окно просунулась вторая голова. Эта приземлилась в нескольких дюймах от Бейли; несмотря на то, что ее глаза были выколоты, Лакриша точно узнала, кто это был.
- Ладно, это исключает Мелиссу, - сказала она. - Почему мы просто стоим здесь? Разве мы не должны бежать или что-то в этом роде?
- Это самое разумное, что ты сказала за всю ночь, - сказал Джуниор, бросаясь к двери.
Лезвие топора вошло как раз в нужный момент – хотя и не для Джуниора, который в одно мгновение лишился трех пальцев.
Лакриша закричала. Та собака в восьми милях оттуда начала гоняться за своим хвостом. Джуниор упал на пол, увлекая за собой Лакришу. Обрубки его пальцев брызнули кровью во все стороны. Он поднял один отрубленный палец и взвесил его на руке, где тот простоял меньше секунды, прежде чем снова свалиться.
Лезвие топора вонзалось в дверь снова, и снова, и... Ну, вы поняли. Осколки посыпались на съежившуюся парочку. Это было бы не так уж плохо, но дверь была не заперта.
- Вставай, Джуниор! - закричала Лакриша.
Собака в Бертоне была сыта по горло и решила немного полежать.
Джуниор уронил собранные пальцы и отполз на несколько футов назад, как раз вовремя, чтобы увидеть, как топор пробил дыру в верхней половине двери. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как грязная розовая морда протискивается сквозь нее.
- Я-Я-Я-Я-Я-Я - Ларри! - сказал Свинорылый, хотя в тот момент, когда эти слова слетели с его губ, он почувствовал себя глупо.
Это было не то, что сказал бы сумасшедший с топором. Возможно, в каком-нибудь голливудском фильме ужасов, но даже тогда...
- Это парень-свинья! - завопила Лакриша.
Она оставила попытки заставить Джуниора встать и теперь тащила его по полу, как упрямого щенка. Легенда оказалась правдой. Маньяк вернулся, и теперь в его распоряжении была пара голых черных людей в наручниках. Единственное, что могло бы облегчить ему жизнь, это если бы они начали резать себя на куски.
Дверь мягко распахнулась.
- О, - сказал Свинорыл, проверяя защелку. - Почему вы не сказали мне, что она открыта? Это могло бы избавить меня от некоторых лишних физических нагрузок. Я уже не так молод, как раньше, всё-таки.
- Пожалуйста, не убивайте нас! - простонала Лакриша.
Выхода не было, разве что мимо Свинорыла, а Джуниор был не в том состоянии, чтобы бежать. Он был в шоке, слишком занят тем, что пускал слюни и считал недостающие пальцы.
Используя топор как трость, Свинорыл захромал в хижину, и хотя это была совсем другая хижина, а не та, в которой он чуть не умер в 78-м, по спине у него пробежали мурашки, а тонкая струйка мочи согрела ногу.
- Я не собираюсь плакать, черт возьми, - сказал Свинорыл, осматриваясь и переводя дыхание.
- Конечно, нет, - сказала Лакриша. - А кто тебе это сказал?
Она видела достаточно фильмов, чтобы знать, что лучший способ выйти из щекотливой ситуации – сопереживать маньяку. Она также видела множество фильмов, где героиня делает еще один шаг вперед и пытается соблазнить своего потенциального нападающего. На этом она подвела черту.
- Ничего не изменилось, - ответил Свинорыл.
- Ну, у Джуниора теперь только большой и указательный пальцы, - сказала Лакриша. - Если вы не называете это различием, то я не знаю, что это.
- Я не с тобой разговариваю, - сказал Свинорыл съежившейся девушке. Его рука болела после атаки на дверь, и поэтому потребовалось много усилий, чтобы просто поднять топор в воздух. - Как раз перед тем, как я убью тебя, - сказал он, нахмурившись. - Мне нужно знать одну вещь.
- Жги, - сказала Лакриша, - а потом пересмотри убийственную часть этого предложения.
- Почему вы голые и в наручниках?
Лакриша вздохнула.
- Это долгая история, - сказала она. - И если ты все равно собираешься нас убить, я унесу это с собой в могилу.
Свинорыл поднял топор повыше.
- Как хочешь, - сказал он. - Но помни... вот как они тебя найдут...
И с этими словами он начал рубить.
А пронзительные, но неслышные человеческому уху крики Лакриши медленно сводили с ума бедную немецкую овчарку, находившуюся за много миль отсюда.
20
Там были деревья. Много деревьев. Так много деревьев, что ни Фредди, ни Аманда не могли разглядеть за ними ничего. Кроме того, было очень темно, что усложняло видимость всех деревьев, поэтому они оба щеголяли синяками, ссадинами и различными другими связанными с деревьями ранами.
- Кажется, мы заблудились, - сказал Фредди.
Он был измучен и лишен возможности дышать; быть заблудившимся было последним, чего он хотел.
- Я не уверена, что "заблудились" - подходящее слово для того, в какой мы оказались жопе, - сказала Аманда, делая передышку у дерева, которых было много, но вы уже и так знаете это.
- Да? И какое же слово подходит? - спросил Фредди. - Безнадежные? Отчаявшиеся? Измотанные? Пиздец?
- Не говоря уже о том, что я морально выебана, измучена и избита, - сказала Аманда. - А знаешь что, забей... - oна замолчала, поняв, что на самом деле ему всё равно.