Адам Миллард – Ларри (страница 2)
Девушка оказалась в ловушке, и ее шансы на спасение были примерно такими же реалистичными, как сцены полета Кристофера Ривза в фильме, который она видела на прошлой неделе. И поэтому было вполне разумно вооружиться как можно лучше.
Порывшись в ящиках, отодвинув в сторону дивную коллекцию фаллоимитаторов Деборы и Кейси и поморщившись при этом, она нашла коробку спичек и маленький швейцарский армейский нож, который мог бы ответить на вопрос, почему швейцарцы не очень хороши в войнах.
Это было лучше, чем ничего, и вряд ли Свинорылый испугается дневного света и свалит в ту дыру, из которой он вылез, она чувствовала себя лучше вооруженной, чем безоружной.
Выскользнув в ночь, девушка осторожно обошла хижину. С того места, где она стояла, она могла разглядеть большую хижину на вершине холма – часто место радости и рукоплесканий, занятий по дереву и экспедиций за фуражом, а теперь... Ну вот, теперь это был морг, только теплый и полный мух. Ей не хотелось туда подниматься, но она знала, что там все и закончится.
Грандиозный финал.
Нельзя надеяться победить маньяка с топором без грандиозного финала. Она могла бы бегать по лесу всю ночь напролет, а он был бы всего в нескольких футах позади нее. Если она была последней девушкой (она ничего не принимала на веру, начиная с эпизода с лосем), они могли заниматься этим до наступления зимы или до тех пор, пока она не умрет от голода, в зависимости от того, что наступит раньше.
Нет, она должна была подняться в главную хижину, где лежали изуродованные тела ее друзей, словно разбросанные игрушки Джеффри Дамера. Это был центр Свинорыла, место, куда, как она знала, он вернется, как только ему надоест ее искать. Лучше всего было подняться наверх и застать его врасплох. Может быть, расставить какие-нибудь ловушки – какие там еще ловушки можно сделать из коробки... Она открыла спичечный коробок – две спички и нож, который в основном состоял из зубочисток, пилочек для ногтей и отверток.
От этой мысли у нее по спине пробежала дрожь.
Девушка открыла нож на особенно свирепо выглядевшей паре кусачек для ногтей и направилась вверх по холму, прислушиваясь к любому хрусту веток, который не был ее собственным. Свинорыл не был ни позади нее, ни впереди, ни по обе стороны от нее, что было отличной новостью для нее, но потом она подумала:
По крайней мере, это заставило ее идти немного быстрее.
Приблизившись к главной хижине, она услышала музыку, доносившуюся изнутри. Боб Дилан пел о том, что ответы на различные вопросы развеиваются по ветру. Оказалось, что ветер на самом деле был надоедливым всезнайкой.
Должно быть, кто-то оставил запись на проигрывателе. Или, может быть, Свинорыл решил, что немного музыки – это то, что нужно ночью, чтобы нарушить постоянное, неловкое молчание, которое проходило между хищником и жертвой, когда он не визжал и она не орала.
Подойдя к двери, девушка глубоко вздохнула. Музыка теперь звучала громче, что обычно происходило, когда ты подходил к чему-то ближе. Песня закончилась, а потом раздался ужасный скрежет, прежде чем все началось сначала.
Внутри уже кто-то был.
Она взглянула на кусачки для ногтей, которые держала в руке. У него был топор. Это казалось несправедливым. Все равно что тигр против белки. Разве последние девушки обычно не находят кухонный нож, или набор вязальных спиц, или случайно потерянное мачете убийцы? Это не предвещало ничего хорошего для ее выживания.
Она вошла в главную хижину и медленно прошла мимо акустических гитар, выстроившихся вдоль коридора. Именно тогда зловоние ударило ей в лицо. Боже, как остро смердело. Мертвые дети воняли намного хуже, чем когда они были живы.
Девушка с трудом подавила рвоту и, перешагнув через что-то похожее на две руки, держащиеся друг за друга, направилась в актовый зал.
Это было еще хуже, чем она помнила, хотя раньше она видела это лишь мельком. Все равно, кто это, но вид окровавленного, размахивающего топором маньяка в маске свиньи имеет тенденцию заставлять ваши ноги бежать. И бегать она умела, и спотыкаться неоднократно она тоже умела, и хныкать, ну это было, собственно, не то, что можно контролировать, оказавшись в подобной ситуации...
Казалось, что теперь в зале было гораздо больше тел... или гораздо больше частей тех же самых тел. Да, так оно и было. Руки и ноги были отрублены. Головы были расколоты. Гениталии были отрезаны и разбросаны по полу.
- Гм, - сказала девушка.
Это не было словом – за исключением Гаити, где оно означало "
Песня Боба Дилана умолкла, и на этот раз это не предвещало ничего хорошего. Девушке не нравилась тишина, что было нелепо, поскольку она стояла в комнате, полной расчленённых подростков. Тишина была последним, что могло бы ее расстроить.
- УВИ-И-И-И! - завопил Свинорыл, выходя из-за ярко раскрашенного задника, который она и ее друзья собирались использовать в своем любительском представлении
С его топора капали внутренности, белый фартук был... ну, совсем не белым. Он выглядел еще более безумным, чем когда-либо, когда стоял перед Изумрудным городом.
Она вытянула вперед обе руки и глубоко вздохнула.
- Разве ты не слышал о последней девушке? - спросила она.
Стоило попытаться.
- Последняя девушка? - cпросил Свинорылый, на время опустив топор.
Это был первый раз, когда она услышала его голос. У него был мягкий голос, чего она никак не ожидала. Такой голос можно было ожидать от пилота перед тем, как он нарушил все законы физики и вознес триста человек на небеса.
- Главный закон слэшеров, - сказала девушка. - Все об этом знают.
- Чёрт, впервые слышу, если честно, - сказал он, его слова были слегка приглушены маской. - Почему мне никто ничего никогда не говорит? Когда это началось?
Девушка почесала в затылке.
- В этом году появилось такое правило. Черт, у тебя сегодня плохой день, что ли?
Свинорыл фыркнул.
- История моей жизни, - сказал он. - Значит, ты - последняя девушка?
- Поскольку ты убил всех остальных, кроме меня, - сказала она, указывая на разбросанные по полу части тел, которые, очевидно, были женскими, - я думаю, что да.
- Хреново, - сказал он, съеживаясь. Он был явно раздосадован этой новой информацией. - Я гонялся за тобой всю ночь. Держу пари, тебе было интересно, что, черт возьми, происходит, не так ли? - он хихикнул и прислонил топор к театральному заднику.
- Мне это показалось немного странным, - улыбнулась девушка. - Я имею в виду, если бы я знала, что ты не знаешь о последней девушке, я бы крикнула тебе через плечо про это правило. Это сэкономило бы нам обоим немного энергии.
- О, так ты тоже запыхалась? - спросил Свинорыл. Девушка кивнула. - Клянусь, я думал, что выкашляю легкие. Для такой мелочи ты довольно проворная.
- Спасибо, - сказала она. - Ты и сам довольно шустрый.
- У меня бывают хорошие дни и плохие, - сказал он, втягивая живот. - Так что нам теперь делать? Я имею в виду, ты говоришь, что я не могу убить тебя, а я уже, вроде как, убил всех остальных, так что я думаю, что это все. Пора заканчивать и расходиться.
- Да, думаю, нам надо было бы отдохнуть, - сказала она. - Хорошо, что ты первым добрался до той вожатой.
- О, да! Ты видела, как у нее раскололась голова?
- Точняк! - воскликнула девушка. - Как арбуз, треснула!
- Да, топор – это круто. Хотя, знаешь, иногда я устаю им махать. Я подумывал о том, чтобы перейти на что-то менее тяжелое. Возможно, на серп. Или какой-нибудь нож, десантный, например.
- Не, твой топор отлично справляется, - сказала девушка, поворачивая швейцарский армейский нож в руке так, чтобы кусачки для ногтей смотрели вперед. - Теперь он, вроде как, твоя фишка, твоя визитная карточка.
- Да, наверно, ты права, - cказал Свинорылый, хотя его слова прозвучали неубедительно. Он сделал несколько шагов к девушке, оставив свой топор позади. - Ну, тогда тебе лучше убраться отсюда, - сказал он. - Обязательно расскажи своим друзьям о печально известном убийце из лагеря "
- О, непременно, можешь не сомневаться, - сказала девушка, делая шаг к Свинорылому. Теперь они были почти так близко, что могли поцеловаться. Девушка чувствовала его дыхание, просачивающееся сквозь крошечную щелку в маске. Она была почти уверена, что он ел карри на ужин. - Я расскажу всем, как отомстила за смерть своих друзей и двенадцати других детей, ударив великого убийцу из лагеря
- Чего?
Она подняла швейцарский армейский нож и вонзила его в висок Свинорыла. Он закричал, отступая назад. Как оружие, он, конечно, был крайне неэффективным, но он уколол его так неожиданно, что у нее было достаточно времени, чтобы броситься через комнату туда, где топор был прислонен к дорогe из желтогo кирпичa.