Адам Кристофер – Порченый (страница 31)

И Эмили вместе с ним.

Эмили поднялась во весь рост. Бойня вокруг погрузилась во тьму, и девушка потеряла сознание.

Оступившись, она полетела вниз.

15

ВСПОМОГАТЕЛЬНАЯ КИТОБОЙНЯ ГРИВЗА № 5, КИТОБОЙНЫЙ РЯД, ДАНУОЛЛ

12-й день, месяц тьмы, 1851 год

«Я выдвинул здесь предположение, что время является иллюзией, не столько неизбежным регрессом системы от порядка к хаосу, сколько лишь дополнительным аспектом пространства, природа которого не столь очевидна. Если считается, что твердое тело заполняет пространство своими длиной, шириной и объемом, можем ли мы утверждать, что такое тело не занимает такую же измеримую категорию “длительности”?»

Когда Корво увидел, что Эмили падает, он стоял на полу огромного цеха китобойни, изучая цепи гигантского каркаса, которые были скреплены болтами и лежали возле бурлящего резервуара с вязкой жидкостью, похожей на расплавленное стекло.

Он тотчас, несмотря на костюм «китобоя», узнал свою дочь, увидев, как она пробежала среди деревьев поместья Бригморов, – ему были знакомы все ее движения, и как она спрыгнула с могучего дерева, касавшегося дома ветвями, и как рванула прочь. Он последовал за ней, оставив готового сотрудничать Ринальдо в надежных руках, но не с парнями Слэкджова, а с Джеймсоном, приказав тому вести Ринальдо прямо в башню.

Странный костяной амулет все еще лежал у Корво в кармане. Его он оставить не мог. Ему нужно было изучить его, проверить. А чтобы выяснить, какова функция этого странного амулета, ему необходимо было обратиться за помощью к верховному смотрителю.

По дороге на бойню он старался держаться в тени. Не было ничего удивительного в том, что Эмили сбежала из башни, но вот ее наряд «китобоя» стал неожиданностью даже для Корво.

Она шла по следу, гналась за кем-то. И это, похоже, было важно.

Стоя в тени китобойного цеха, Корво проследил, как Эмили поднялась на верхнюю галерею и перепрыгнула на потолочную балку. Прыжок вышел небрежным. Должно быть, Эмили и сама это поняла, потому что, едва не сорвавшись, пошла по балкам уже осторожнее, стараясь быть осмотрительной.

Снизу Корво видел ее цель – «китобоя» и мужчину в шинели. Эмили была гораздо ближе к ним, чем он сам.

Хорошо. Она училась. Да, Корво понимал, что ему следует разозлиться на свою подопечную, но он гордился тем, что она была здесь и применяла свои навыки – что императрица всеми силами старалась защитить свой город, хотя ни один правитель до нее не делал ничего подобного.

А потом она упала.

Корво подчинился воле инстинкта. Он бросился вперед, почувствовал, как вспыхнула метка Чужого, когда он призвал в этот мир силы Бездны, водоворот двух разных, несовместимых измерений, позволяющих остановить время всего – с позиции Корво – на несколько кратких мгновений. Ему было очень тяжело, поэтому достаточно долго сдерживать ход времени он не мог. У него с собой были три флакона аддермирской микстуры – но не более.

Тело Эмили застыло в полете, вся китобойня вдруг стала черно-белой. Корво стиснул зубы от натуги и переместился на платформу у себя над головой, на второй уровень галереи.

Он развернулся, осмотрел балки под потолком. Слишком высоко. Вместо этого он сконцентрировался на следующем ярусе галереи. На третьем. Пока этого хватит.

Переместившись, он вдохнул побольше воздуха. Тело уже отяжелело, двигаться становилось все труднее. Он повернулся и взглянул на Эмили. Она все еще висела в воздухе, как бабочка в янтаре, но Корво уже чувствовал, что его силы на исходе. Теперь ему в любой момент могло понадобиться отпустить время – и тогда ничто уже не могло бы предотвратить падение Эмили.

Корво очистил разум и расслабил тело. Он перенесся на следующую платформу, под самым потолком, затем дальше по галерее.

Он снова обернулся к Эмили. Метка на руке горела огнем, его силы истощались, руки и ноги тяжелели, рефлексы замедлялись, концентрация рассеивалась, а с ней уходила и связь с силой Бездны.

Время снова побежало вперед, все вернулось на круги своя.

Эмили упала.

Корво повернулся, прыгнул, перенесся в новую точку.

Он возник прямо рядом с ней и обхватил ее руками. Вместе они завертелись в воздухе, стремительно падая. Корво сконцентрировался и перенесся снова, представляя себе галерею на другом конце китобойни и слишком быстро несясь вниз.

Успеть было невозможно.

У него не было ни цели, ни направления. Ни надежды.

Корво закрыл глаза, отбросил все лишние мысли и снова использовал перенос.

Они тяжело рухнули на металлическую галерею. Эмили перекатилась на бок. Она дышала, ее глаза быстро двигались под закрытыми веками. Она была жива, но без сознания. Что-то случилось с ней на балках.

Снизу послышались голоса.

Корво вдохнул горячий воздух бойни и повернулся, ожидая увидеть предводительницу «китобоев», материализовавшуюся у него за спиной. Но они были высоко и – пока – одни.

Он поднял Эмили на плечо и двинулся к пожарному выходу, который виднелся прямо перед ними.

Прохладный ночной воздух ударил Корво в лицо, и это пошло ему на пользу. Он как будто очнулся. Осторожно придерживая Эмили, он сунул руку за пазуху, вытащил флакон аддермирской микстуры, одним глотком осушил его и тут же почувствовал себя лучше – боль в теле стала притупляться, жжение метки Чужого сменилось покалыванием.

Корво повернулся и заглянул в цех. Там царила суматоха – на повышенных тонах разговаривали уже не только двое. Видимо, некоторые «китобои» вернулись с провальной вылазки. Громче всех звучал голос Галии, приказывающей своим подручным схватить проникших к ним на базу людей, которых те даже не видели.

Когда «китобои», подчинившись приказу, побежали по лестницам наверх, Корво увидел человека в шинели, который стоял в аппаратной. Он повернулся лицом к Корво, и даже издалека красные стекла его очков сияли, как две лампы.

К горлу подступила тошнота, Корво вдруг стало холодно, словно его бросили в бурную реку. Голова закружилась, ему показалось, что его вот-вот вырвет, китобойня поплыла у него перед глазами. Он прищурился, стараясь сфокусировать внимание на единственной вещи, которая стояла у него перед глазами – человеке в шинели, его сияющих красных глазах.

Ахнув, Корво в конце концов отвернулся и втянул в себя побольше холодного воздуха. Приближался рассвет, восходящее солнце окрасило облака на востоке в тот же оттенок красного, что и очки незнакомца.

Ему больше нечего было здесь делать. Главным для него было доставить бездыханную императрицу обратно в башню. Перегнувшись через перила пожарной лестницы, которая спускалась по стене китобойни, Корво посмотрел на соседнее здание – паб «Гиблое дело».

Прочитав название кабака, Корво поморщился, затем крепче обхватил Эмили, перемахнул через перила платформы пожарного выхода, перенесся в полете и оказался на крыше таверны.

И побежал в Дануоллскую башню, унося императрицу с собой.

16

КАБИНЕТ ГЛАВЫ ТАЙНОЙ КАНЦЕЛЯРИИ, ДАНУОЛЛСКАЯ БАШНЯ

14-й день, месяц тьмы, 1851 год

«Меня спрашивают, не следует ли нам закрыть глаза на владение простыми костяными амулетами. Правда ли, что это просто дань традиции, элемент нашей островной культуры? Правда ли, что в этом нет ничего столь ужасного, как в создании и поиске более сложных оккультных рун? Это коварный вопрос».

Верховный смотритель Юл Хулан выгнул бровь, изучая карты и схемы, прикрепленные к задней стороне деревянных ширм в кабинете Корво. Ширмы были поставлены таким образом, чтобы отгородить временный – и чуть более уединенный – штаб от остальной комнаты. Сцепив пальцы, верховный смотритель поджал губы.

– Весьма впечатляюще, не спорю.

Корво стоял у стола, на котором была разложена карта Дануолла. Он поднял голову и сложил на груди руки.

– Спасибо за одобрение, Юл.

Верховный смотритель рассмеялся, все еще озираясь по сторонам.

– Ладно, хватит глупостей, – сказал он.

Корво удивленно посмотрел на него, и смех Хулана тут же смолк. Кашлянув, смотритель подошел к столу.

– Что ты хотел мне показать?

Почесав подбородок, Корво шагнул к висящему на стене портрету императрицы Джессамины – памяти о старых добрых временах.

Он взялся за раму и открыл ее, как дверь. За ним оказался врезанный в стену сейф. Корво ввел код, повернул рукоятку, открыл его и вытащил небольшой, обернутый тряпицей предмет.

– Я позвал тебя сюда, – сказал он, – потому что не хочу выносить эту вещь из своих покоев. Это слишком рискованно.

Он положил предмет на стол и развернул ткань. Верховный смотритель подошел ближе.

– Что это? – спросил он.

– Посмотри сам, – ответил Корво.

– Во имя Островов, – прошептал верховный смотритель. Он с опаской потянулся к предмету, но отдернул руку, будто обжегшись, даже не коснувшись его. – Откуда он у тебя?

Скрестив руки на груди, Корво смотрел на странный костяной амулет. Белая кость почернела еще сильнее, вся ее поверхность теперь стала темной, изрезанной сеткой тонких трещин. Ткань, в которую был завернут этот предмет, обгорела в тех местах, где он ее касался. Состояние амулета и испускаемое им тепло возбуждали любопытство.

– От одного из «китобоев», которого мы схватили в поместье Бригморов, – ответил Корво. – Его зовут Ринальдо – когда-то он знал Дауда. Эта штука была у него в кармане.

– А у него она откуда?

– Здесь начинается самое интересное. Он утверждает, что нашел этот амулет в подвале бойни, которую «китобои» используют в качестве своей базы.