Адам Хлебов – Скорость. Назад в СССР (страница 34)

Тут среди шоферюг, механиков и служащих могли продержаться только те, кто обладал стальной хваткой и характером. Ее миловидность была обманчива, за ней скрывалась настоящая «железная леди».

Она выгрызла, выбила себе эту должность. Именно поэтому ее личное посещение гаража прибавило мне очков в карму. Это было заметно по заинтересованным взглядам других бухгалтеров, когда Светлана Валерьевна завела меня в свой кабинет и прикрыла за собой дверь.

Теперь я у них числился в «блатных». На ее столе лежала телефонная трубка. На том конце меня терпеливо дожидалась мама.

— Саша, привет. Как у тебя дела? — мне было немного неудобно и я покосился на главного бухгалтера. Она вздохнула и вышла из своего кабинета.

— Все отлично, мам. Как вы?

— Времени мало, мне пора бежать. Я не хотела вчера говорить при отце — я помогу тебе. Ты сказал, что тебе нужно пятьсот рублей?

— Да, с возвратом естественно.

— Хорошо, ты можешь завтра отпроситься на час и приехать в обед ко мне на работу.

— Думаю, да.

— Хорошо, договорились.

— Ты не спросишь зачем они мне?

— Нет. Завтра поговорим.

Каналья, не ужели я получу ресурс, которого мне так недостает? Откуда у мамы деньги? Видимо, она все эти годы тоже экономила и копила в тайне отца. 0

Рано радоваться, но если уу меня все получться, и я достану эти амортизаторы, то войду в мир больших гонок, не как провинившийся школьник, а как парень, который сумел сделать невозможное для команды.

В Союзе люди умеющие «доставать» ценились на вес золота.

Еще нужно посвятить в свои планы Трубецкого, без его одобрения все мои намерения и действия гроша ломаного не стоят.

Я вернулся бокс и увидел, что жигуленок снова выгнали. К моему удивлению рядом с машиной стояла Нина.

Она снова была удивительно хороша, на это раз красный брючный костюм маняще облегал ее бедра и аккуратную задницу, ни большую, ни маленькую.

Завидев меня она помахала мне рукой. Ее лучезарная улыбка была такой открытой, приветливой и манящей, что я волей неволей стал улыбаться в ответ.

Мне показалось, что она хочет произвести на меня впечатление своими изящными формами, словно позируя перед фотообъективом.

— Нина, здравствуйте, вы выглядите волшебно.

— Спасибо Саша, давай на ты, мы все-таки из одной команды. И тебе привет.

— Хорошо, давай.

Она заглядывала мне в глаза пытаясь смутить меня. Но я выдержал взгляд

— Как тебе на новом месте? — в ее голосе заиграли игривые нотки. Она будто флиртовала со мной, — ты уже обжился и привык?

Этот вопрос прозвучал, как элементарная вежливость, но его вполне можно принять за кокетство. Было непонятно она имела ввиду мой вагончик или гараж.

— Если ты имеешь в виду наш бокс, то все отлично.

Дальше произошла неловкость, которую я посчитал преднамеренной. Она стояла у меня на пути и я хотел обойти ее справа.

Я сделал шаг в сторону, но Нина одновременно со мной сделала тоже самое. Она как бы хотела меня пропустить, но «случайно» перегородила путь.

Мы столкнулись. Я почувствовал, как едва прошелся плечом по ее упругой женской груди.

Она звонко засмеялась. Ее глаза заискрились хитринкой. Прикосновение было приятным и волнующим. Она всё рассчитала до миллиметра. Ловко.

— Ой, прости, Сань, я хотела уступить тебе дорогу.

Мне нужно ей ответить, но из тени гаража вышел Николай.

Он натягивал на голову рыжую кожаную ковбойскую шляпу и нахмурившись посмотрел на ее улыбающееся лицо, потом уставился на меня.

Жилет, джинсы и гротескные остроносые «казаки» на его ногах совсем не подходили по стилю к костюму его девушки.

Этот ковбойский прикид пришел в Союз вместе с относительно свежими вестернами — американскими фильмами фильмами про индейцев и ковбоев в середине семидесятых.

Мода на такой стиль в Москве уже сошла на нет. Видимо Николай был не в курсе.

Впрочем боьшая часть нашего мужского население не очень заморачивалось внешним видом, фасоном одежды и не гналось за последними веяниями моды.

Хотя пофорсить хорошими импортными джинсами не отказался бы примерно каждый первый молодой человек.

Все потому что купить джинсовые штаны в магазине было почти нереально, так же как и достать их по приемлемой цене.

Я молча кивком поздоровался с Николаем, улыбнулся девушке и, обойдя ее, зашел в бокс. Конечно подруга Соменко была прекрасна. Она явно симпатизировала мне и открыто демонстрировала это. Но что может быть общего у двадцати восьмилетней молодой женщины и студента первого курса?

Я отдавал себе отчет, в том, что она просто пытается сыграть на моем юношеско интересе к противоположному полу.

Она явно пыталась создать эмоциональную связь со мной, для того чтобы выводить из себя Соменко.

Ей нравилось дразнить его, заставлять ревновать и в конечном итоге, делать Николая ручным, плюшевым.

Становиться инструментом в ее руках я не собирался.

Я подумал, что она напоминает девушку из одного моего сна про будущее, но силясь вспомнить его, я так ничего не сумел извлечь из памяти про нее.

Я стоял и просто наслаждался очертаниями ее удаляющейся фигуры. Где-то глубоко в душе я на корню подавил в себе мысли о том, как она могла бы выглядеть обнаженной.

Все таки она муза гонщика нашей команды, девушка товарища. Не хватало еще позволить ей очаровать меня и окутать женским шармом.

Нет такого не будет, просто потому что отвечать на заигрывания девушки твоего коллеги мерзко и подло.

— Мой совет тебе, Саня! Держись от нее подальше, — сказал из-за спины Артур, видя, как я провожал взглядом уходящих в сторону проходной Нину и Николая, — она, конечно, еще та красавица, но от таких чувих только и жди беды.

— Почему ты это говоришь? Переживаешь, что мы сцепимся с Соменко? — я обернулся к нему с улыбкой, он стоял рядом и тоже разглядывал ее фигуру.

— Нет, в этом плане ты и он меня не волнуете. А вот она, конечно, еще та красавица, но от таких чувих только и жди беды. Она вроде и с нами, с командой, а вроде и сама по себе. Вертит Колей, как хочет. Она легко проделает с тобой тот же трюк. Что-то в ней не так.

— Я это тоже заметил, но сомневался. Я эту пару пока плохо знаю. Ты считаешь она его не любит?

— По-моему она как кошка, которая гуляет сама по себе. Такие кроме себя никого любить не могут.

— Ты только при Соменко такого вслух не ляпни. Его инфаркт хватит.

— Я ему уже в лицо это говорил. Инфаркта не случилось.

— И что? Как он среагировал?

— Сказал, что не мое собачье дело.

— Грубо.

— Мне по фиг. Я тебе сказал, что о ней думаю, а ты сам решай. Ты уже не маленький.

— Ладно, спасибо за совет. Игорь Николаевич уже пришел?

— Трубецкой уехал в командировку в Киев на неделю.

— На целую неделю? В Киев? — я непроизвольно почесал затылок.

— Да, он поехал с братьями Гидраускасами тестировать и давать заключение по полотну в Киеве, на трассе «Чайка».

Братья Гирдаускасы были знаменитыми советскими гонщиками из Прибалтики. Их знаменитая летающая «трешка» — Полтинник, то есть с номером «50» на дверях, часто занимала призовые места и мелькала в репортажах и автомобильных статьях. О них говорил прибалт в больнице.