Адалин Черно – После развода с предателем (страница 33)

— Ничего такого не было, — поспешила объясниться Оля. — Он просто… я испугалась.

Она обняла себя руками, и Тимур подошел ближе. Положил сильные руки ей на плечи, сжал их легонько и снова притянул к себе.

Внешне он оставался спокойным, но внутри его колотило от того, что кто-то посмел расстроить его женщину. В том, что Ольга ею будет, он не сомневался. Он захотел ее с первой их встречи. Потом держал дистанцию, но хотеть не переставал.

А теперь на горизонте появился бывший. Реальный, из плоти и крови. И с одной стороны это хорошо, что повел он себя, как отморозок, но с другой, он ведь наверняка и по-другому может.

А Тимуру по-другому не надо. Он хотел эту женщину себе. Мысленно он ее уже десяток раз присвоил. А в реальности торопить не хотел и терпеливо ждал. Зря, наверное. Не стоило. С женщинами стоит вести себя определенно. И желательно не давать им выбора. По крайней мере, Тимур так всегда действовал. И это работало. А вот с ней… захотелось по-другому.

— Ты… почему приехал? — вдруг спросила она, словно только опомнившись и осознав, что сейчас не то время.

— Подумал, что не помешает, — ответил ей.

На деле же ему хотелось ее защитить. Укрыть от всех невзгод, показать, что жизнь бывает другой, не такой, какой у нее она сложилась.

И пусть он ничего из ее прежних отношений не знал, ему хватило того, как с ней поступил ее бывший. Тогда и сейчас. От такого дерьма хотелось оберегать. Потому что сам Тимур бы никогда… никогда при живой жене не пошел бы налево. Даже если бы захотелось — не пошел. Развелся, это да, чтобы по-честному, но чтобы просто перепихнуться. Еще и наверняка с надеждой, что никто не узнает — нет. Потому что Тимуру всегда было плевать, кто и что узнает. Главное, что знал бы он.

— Соберешься? Я тебя сейчас заберу.

— Но…

Она попыталась сопротивляться, но очень быстро замолчала и ушла в комнату, чтобы взять вещи.

Зря он разрешил ей жить отдельно. Не стоило отпускать, следовало настоять на проживании в его доме. Комнат там предостаточно, территория огромная, она при желании с ним вообще могла не пересечься. И тогда ему не пришлось бы лететь через полгорода, чтобы убедиться, что с ней все хорошо. Потому что к нему в дом ее бывший заявиться бы не посмел.

Пока Оля собиралась, Тимур осматривался в квартире и думал, как оставить ее у себя. Потому что так кататься тоже не вариант. Дома Юлька. Там, конечно, охрана, но все равно. Они не заменят ей ни отца, ни няню. Оне если проснется, не успокоится, будет нервничать. Как типичная женщина.

Так что как только Оля вышла из комнаты, Тимур тут же взял ее рюкзак, перекинул через плечо и двинулся к выходу. Думал, что в дороге поговорят, но они молчали. И только когда приехали, Оля тихо-тихо сказала:

— Я не собиралась просить у тебя деньги, — она опустила голову и поджала губы. — Я просто… поделилась тем, что произошло.

Тимур и рад ей помочь. Избавить от назойливого бывшего и всех проблем, но то, что он даст денег, проблему не решит. Он обязательно вернется. Даст о себе знать. Такие никогда не оставляют бывших навсегда. Они возвращаются, привыкшие, что кто-то должен помочь им с проблемами, только вот у Оли теперь был он. И никакого бывшего в их отношения он впускать не собирался.

Глава 44

Тимур

Найти этого дурачка оказалось проще простого. Первым делом Тимур проверил его дом, а уж потом клинику, в которой, как ему вчера рассказала Оля, родила Даша. Он нашел его у стекла, за которым были размещены боксы с малышами.

Припирать его к стенке здесь было бы странно, так что Тимур просто остановился чуть в стороне, запихнул руки в карманы и принялся ждать, когда до Глеба дойдет, что он тут больше не один.

Глеб повернулся медленно, бросил ничего не выражающий взгляд на меня и буквально за мгновение все изменилось. В его взгляде появилось понимание.

— Неожиданно, — сказал он, быстро развернувшись обратно. — Чем обязан?

— Да вот пришел узнать, не сильно ты охренел требовать у меня бабла.

— Значит, она все тебе рассказала…

— А ты как думал? Оля стащит бабки у меня из сейфа или что? Или скажет, что платье присмотрела за двести мультов?

— Никак не думал, — признался.

Оно и понятно, что никак, но вслух Тимур этого не произнес.

— Денег я не дам, ищи другие варианты.

— Я ее не отдам, — услышал Тимур неожиданно, когда как раз собирался уйти.

Хотелось ему начистить рожу, пригрозить, но Тимур потом понял, что он и так, как побитая собака и во всем этом нет никакого смысла. Но неожиданно пришлось остановиться, развернуться и посмотреть на Глеба как на умалишенного. Что он сказал? Не отдаст ее?

— Не понял?

— Олю… верну ее.

— Ну пробуй…

Бросил равнодушно, хотя у самого внутри все колотило. Врезать ему все-таки, что ли. Не здесь, но на улице-то можно.

— Ты думаешь, не получится? — хмыкнул. — Она меня любит до сих пор, я уверен.

— А ребенок?

— Да вот смотрю я… и не понимаю, зачем он мне.

— А Оля, значит, нужна?

— Нужна…

— И ты надеешься, что я тебе двести мультов дам в обмен на то, чтобы ты к ней не лез?

Тимуру вдруг стало смешно. Он в жизни ни разу баб не покупал, а уж за двести лямов, так тем более.

— Не… не за двести. За двести пятьдесят.

— Долг за сутки вырос?

— Нет, просто на дело мне бабки тоже нужны. Придется ведь с нуля все начинать.

Откуда столько уверенности и гонору, Тимур не понимал, но повеселил Глеб его очень.

— Ну начинай… — хлопнул его по плечу. — Удачи.

— Я ведь не шучу, — вслед ему бросил.

Проигнорировав его напрочь, покинул больницу. План у него был простой. Оставить Олю у себя и присмотреть за ней, пока этот полоумный не порешает свои проблемы без нее. Где именно он возьмет бабки и как будет выкручиваться Тимура не волновало. Он давно утратил чувство сострадания к людям.

Но волновало то, что он мог “потерять контроль». Ведь именно это чувство начинало подниматься в нем, когда речь зашла о ней.

Тимур привык решать вопросы быстро: деньги, связи, нужные люди — все под рукой. Но то, что связано с ней, выходило за рамки привычного. Впервые за долгое время он хотел не просто закрыть проблему, а выжечь ее дотла, чтобы она никогда больше не вернулась.

Глеб. Долги. Эти шакалы, которые думали, что могут надавить на женщину, только потому что она одна.

Тимур видел, в каком состоянии Оля была вчера. Дрожащая, бледная, с глазами загнанного зверька. И знал: если он хоть на минуту даст слабину и оставит ее одну, они снова придут. Или он сам придет. А этого он допустить никак не мог.

Сегодняшнее происшествие все расставило по местам. Глеб перешел черту. Решил сунуться в ее жизнь напрямую. И Тимур ясно дал понять: теперь она под его защитой.

Возможно, он сказал слишком много, когда признался ей, что она ему нравится. Но это не пустые слова. Он ведь не мальчишка, чтобы играть в намеки. Если женщина ему нужна — она будет рядом. Так было всегда. Но Оля… с ней было иначе. Хотелось не просто взять, силой, как он умел и привык, а убедить, доказать, дать ей время. Хотя время — то, чего у них может и не быть.

По возвращению Тимур зашел к себе в кабинет, налил виски и сел в кресло, уставившись в одну точку. Перед глазами стоял Глеб — жалкий, потерянный, но все еще верящий, что он может что-то вернуть. Вернуть её. Вернуть нормальную жизнь. Но таких, как он, жизнь перемалывает. И чем дальше он будет тянуть, тем глубже вязнуть.

А Оля… она не должна тонуть вместе с ним.

Тимур достал телефон и набрал номер из быстрого набора.

— Проследите за ним, — отдал короткий приказ своему безопаснику. — Куда ходит, с кем встречается. И держите меня в курсе.

Если Глеб попытается еще раз приблизится к ней, разговор будет совсем другим. Виски обожгло горло, но мысли прояснились. Он, наконец, понял, к чему стремится и чего хочет. Осталось это реализовать. Без принуждения, как ему еще не приходилось. Да и с принуждением тоже, не особо-то и приходилось, потому что обычно женщины сами шли к нему, просили защиты и с удовольствием ее принимали. А Оля… другая. Но и ей придется показать ту сторону, о которой он умалчивал. Только так она будет в безопасности.

И все же, он надеялся все решить иначе. Поговорить с ней и уговорить. Вот только… стоило ему лишь сказать, что с сегодняшнего дня она живет у него и не возвращается домой, как она возмутилась.

— Я благодарна тебе за твою помощь, но нет… я должна как-то существовать сама, а не жить здесь.

Тимур лишь сжал челюсти. То выпитое виски в кабинете сильно помогало теперь в разговоре. Он попытался привести доводы спокойно:

— Выхода нет, — сказал. — Некоторое время придется пожить здесь, чтобы убедиться, что ты в безопасности. Глеб и те люди, которым ты должна, не оставят тебя в покое просто так.

— Нет, — сказал четко и развернулась к дверям. — Мое рабочее время окончено, спасибо.