Адалин Черно – Обещаю быть твоей (страница 7)
– Если хочешь, я буду приезжать к тебе каждый вечер на ужин, – говорит вполне серьезно. – Жаль, если ты будешь выбрасывать такие вкусные блюда.
Он встает. Я остаюсь стоять на месте. Пара шагов, разгоняющиеся удары сердца, и он оказывается рядом. Переплетает наши пальцы и тянет меня на себя. Касается губами моих в поцелуе.
Богдан делает это легко, без наглости и напора. Не поступает так, как хочет, а прощупывает почву, замирает на мгновения, давая мне возможность передумать. Я не двигаюсь, замираю вместе с ним. В ответ получаю еще одно движение: робкое, неспешное. Богдан едва ощутимо касается моей нижней губы, целует и переходит к верхней. Меня окутывает уже знакомый мужской запах, терпкий, манящий и будоражащий. Когда происходящего становится слишком много, а в голове практически не остается мыслей, звонит мой телефон.
Я спешно отстраняюсь и слышу привычную мелодию, правда вместо того, чтобы ответить, смотрю впереди себя и глупо улыбаюсь. Глупо, потому что мало верю, что растянутые широко губы могут выглядеть соблазнительно и маняще. Скорее, мужчине рядом покажется, что я сумасшедшая.
– Если не будешь отвечать, можем продолжить.
Его слова разряжают обстановку. Я перестаю улыбаться и таки беру телефон с полки. На экране имя бывшего мужа, но я по-прежнему не хочу отвечать. Тем более сейчас, когда рядом мужчина, что будоражит мою кровь и заставляет ту течь по венам быстрее.
– Не может смириться с утратой? – жестко усмехнувшись, осведомляется Богдан.
– Не знаю, – пожимаю плечами. – Я ни разу не ответила.
Через пять минут мы уже сидим в гостинной, вдыхаем дурманящий запах роз и выбираем фильм, чтобы посмотреть. Богдан стаскивает пиджак, снимает запонки рубашки и закатывает рукава, обнажая сильные мускулистые руки, покрытые светлой порослью волос. Я засматриваюсь на его плавные движения, на то, как он ловко расстегивает верхние пуговицы и послабляет ворот. С ума сойти! Он же гора мышц и интеллигентный, уверенный в себе мужчина в одном обличии.
– Могу дать спортивные брюки и кофту. Не уверена, что тебе будут по размеру, но…
– Я не стану надевать одежду твоего бывшего.
– Они новые, – возражаю. – Я покупала, но…
– Все равно не стану, – он пожимает плечами. – Ты покупала их ему.
Я улыбаюсь, потому что ждала такого ответа. Сама бы я никогда не надела одежду, которую мужчина покупал для другой женщины. Это дает мне повод поставить еще одну галочку в графе “За”. Правда, графы “Против” до сих пор не существует.
Глава 10
– Ты точно уверена, что хочешь смотреть боевик? – приподняв одну бровь, спрашивает Богдан, когда на экране разворачивается настоящая перестрелка.
– А ты?
– Я равнодушен к фильмам, – он пожимает плечами.
– А что ты любишь? – спрашиваю, поворачиваясь к нему и упираясь ступнями в его бедро. – Музыку? Клипы? А, может, телепередачи?
– О, да, – серьезно произносит. – Смотрю все на первом канале. Ни одной не пропускаю.
– Шутишь? – догадываюсь.
Мне сложно разобрать его эмоции за столь короткий промежуток времени.
– Ты представляешь, как я это смотрю?
– Я бы с удовольствием за тобой понаблюдала, – произношу совершенно искренне.
Мы теряем интерес к тому, что происходит на экране и просто разговариваем. И снова говорю больше я, чем он. Богдан лишь задает интересующие его вопросы и утвердительно кивает, когда получает на них ответы.
– Кем ты работаешь? – иду в наступление сразу после откровений о себе.
– У меня своя компания по продаже запчастей к автомобилям, несколько автомоек и автомастерских.
– И ты можешь спокойно сидеть здесь со мной?
Я почему-то снова вспоминаю Игоря. Помнится, у бывшего мужа не было практически ни одного свободного часа и чтобы нам поехать отдохнуть часто приходилось ждать несколько недель, а то и месяцев. Домой он приходил поздно вечером, но это, как я понимаю, причина вовсе не в его занятости, а в более привлекательной и интересной компании.
– Я могу быть там, где хочу. У меня есть помощники, директора. Безусловно, мое присутствие нужно, но если я хочу провести время в приятной компании – меня ни для кого нет.
– И часто ты проводишь время в приятной компании?
Эти слова вырываются непроизвольно. Я сначала говорю и только потом думаю, правильно ли поступила, стоило ли спрашивать, ведь… мы пока просто общаемся. Иногда целуемся, конечно так, что ноги подкашиваются, а в груди томительно сжимает, но между нами нет ничего большего. Отношений, договоренностей, обещаний.
– Ревнуешь?
– С чего бы?
Я фыркаю и отворачиваюсь. Точнее, пытаюсь, потому что Богдан не дает: обхватывает меня за талию и поднимает на пару мгновений в воздух. Секунда. Две. Я сижу у него на коленях. Смотрю в темные карие глаза и улыбка мгновенно пропадает с моего лица, потому что его взгляд сосредотачивается на оголенной коже бедер. Шортики опасно скатились вверх, майка задралась, а халатик не спасает, хотя конечно должен.
– Ты красивая, глаз не оторвать, – говорит так, что у меня не остается сомнений, хотя по правде сказать, прямо такой я себя никогда не ощущала.
Понимала, что нравлюсь мужчинам, что на меня засматриваются, что многие хотели бы попробовать отношения, но я же не видела никого кроме бывшего. Смотрела на него, раскрыв рот и собирая слюни. На высокого, стройного, богатого и уверенного в себе мужчину. В Игоре нельзя было не утонуть, правда, еще тогда я была уверена, что не захлебнусь.
Нас снова отвлекает звонок моего телефона. Как раз тогда, когда Богдан пытается меня поцеловать: кладет руку на шею, зарывается пальцами в волосы и толкает на себя, едва ощутимо касаясь губ. Мы так и не углубляем поцелуй. Я неуклюже встаю с его ног, ищу мобильный и снова замечаю на экране имя бывшего. Даже смотрю по сторонам, опасаясь, что он установил камеры и теперь нарочно портит мой вечер.
– Так и не ответишь?
Богдан не спрашивает кто это, будто точно знает. Смотрит, ждет, что я предприму. Я отключаю звук и бросаю телефон на диван. Трясусь то ли от страха, то ли от нервов. Не хочется с ним разговаривать, но отправить его в черный список плохая идея. Тогда Игорь может приехать, а видеть я его хочу еще меньше, чем слышать.
– Вдруг хочет вернуться, – замечает Богдан.
Я смеюсь. Вроде бы ничего смешного, но я хохочу до слез, как ненормальная. Вернуться. Еще неделю назад я бы, наверное, радовалась и думала об этом, возможно даже приняла его обратно, а сейчас… не хочется. Я налаживаю свою жизнь так, как могу, добиваюсь в жизни чего-то большего, чем просто быть домохозяйкой. И однозначно я больше не хочу чувствовать себя бесполезным сосудом. Не хочу видеть его разочарованные взгляды, когда я выхожу из ванной с тестом в руках, не хочу слушать, что мне стоит подумать о смене врача.
Женщине, оказывается, достаточно внимания и ласки, горячих заинтересованных мужских взглядов, чтобы почувствовать себя нужной, красивой, желанной. Не пустышкой. Впрочем, Богдан ведь не знает, что я…
– У меня не может быть детей, – выдаю на одном дыхании.
Он должен знать. Так будет честно. И это позволит мне не разочароваться снова. Не плакать, когда на меня будут смотреть с сожалением, не стараться, когда ничего не получится.
– У тебя неблагополучный диагноз? – уточняет Богдан, смотря прямо на меня.
Он не пытается сгладить неловкость, потому что не чувствует ее. Говорит уверенно, смело, ждет, что я отвечу.
– Нет, – мотаю головой. – Но я не могу забеременеть. Врачи говорят, что лечить нечего. Один за одним твердят, что нужно время, что я смогу, что нужно пробовать, но мы… напробовались, – я усмехаюсь и обхватываю себя руками за плечи. Сильно впиваюсь пальцами в нежную кожу.
– Знаешь, я склонен доверять врачам, – спокойно произносит Богдан. – Отсутствие детей проблема двоих.
– У него скоро сын родится, – я замолкаю, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.
– Изменяют ведь не только мужчины, – замечает Богдан.
Я молча смотрю на него и в который раз отмечаю уверенный взгляд, плотно сжатые губы и выражение лица “Я знаю, что говорю”.
– Орловский бы перепроверил.
В том, что его новая жена носит его ребенка я даже не сомневаюсь, потому что уверена – он сделал тест ДНК. Да что там! Он бы и меня проверил, чтобы быть уверенным, что воспитывает действительно
– Иногда мужчины бывают как дети, – спокойно парирует мой собеседник. – Ставишь перед ними красивую большую машинку из дешевого пластика и дорогую модель феррари. Знаешь, что возьмет ребенок? Большую яркую машинку из пластика, а на феррари даже не посмотрит.
– И почему? – спрашиваю, сглотнув.
– Потому что в детстве тянешься к тому, что красивое, красочное и как можно больше. С годами начинаешь ценить качество, а не внешний вид. Некоторые мужчины просто не вырастают, Валерия.
Каждое его слово отпечатывается внутри меня. Я принимаю его за истину, сразу же одергивая себя и говоря, что так нельзя. Что это лишь одно из мнений и мне, как минимум, нужно услышать еще одно, хотя я до жути хочу верить, что Богдан прав и Игорь всего лишь не вырос.
– Мне пора.
Богдан поднимается с дивана, снимает со спинки стула пиджак, надевает запонки. Проделывает это быстрыми уверенными движениями и смотрит на меня.
– Доброй ночи.
Я провожаю его до двери. Останавливаюсь в прихожей, смотрю ему вслед и когда он дергает ручку, подхожу ближе, чтобы закрыть. Богдан не торопится, стоит у двери, касается меня взглядом, а потом рывком притягивает к себе. Я ждала чего-то подобного, но выходит все равно неожиданно и волнующе. По телу расползается жар, в ноздри забивается его терпкий запах, в губы предательски раскрываются под его напором и впускают его.