Ада Цинова – Я тебя развяжу (страница 6)

– Удушья – сразу нет, плетку убирай. Можешь шлепать по жопе только рукой и не до синяков. Могут быть наручники, но руки должны быть закованы не за спиной.

– Еще что-то?

– Анал теперь по двойному тарифу.

– Мне кажется, сумма, что я тебе плачу, и так достаточно большая.

– Или принимаешь мои условия, или мы расходимся. Я себе цену знаю. За то, что хочешь ты, логично взять больше. Бесплатно такой херней заниматься никто не будет, – кривится Вика.

– Хорошо.

– Деньги вперед.

Заполучив на одну бумажку больше, чем обычно, она утомленно выдыхает и сползает на пол, чтобы пососать член. Сосет не плохо, но так механично, что возбуждение подрагивает лишь на начальной стадии. Раздевается. Трогаю ее тело, вдавливаю в стену и имею в дорогостоящую задницу. Мне хочется надавить на шею, но не в этот раз. Вика кричит, не так искренне, как хотелось бы, все же приемлемо.

Хлопки по ягодицам все у той же стены, вагинальный секс в кровати. Она снова сосет, я заковываю ей руки, подпихиваю к ним член, чтобы как следует надрочила. Полчаса ее самозабвенных криков в разных позах, парочка звонких хлопков и перемещение на пол. Перед тем как встать на колени и открыть свои наколотые губки, Вика снова вздыхает. Она смотрит на стрелки часов за моей спиной слегка озадачено. Думает о следующем клиенте или спешит домой? Хоть она снова стонет, смотрит на меня снизу-вверх, меня так сильно раздражает сквозящее притворство, что хочется швырнуть ей деньги в лицо и уйти.

Чтобы снова возбудиться, приходится увести взгляд в сторону и вспомнить. Стройное гармоничное тело, струя спермы, сложно выполнимое слизывание капель с пола. Эта сука умножила бы счет на три. Кончив на лицо проститутке, застегиваю ширинку и выхожу из гостиничного номера.

Вряд ли я вызову шлюху снова. Теперь мне есть с чем сравнить, от бездарной игры не вставит. В моем случае подобрать партнера со схожими предпочтениями было чрезвычайно сложно. Я не посещаю закрытые клубы, не ищу места сборов любителей БДСМ тематики. Секс для меня это про двоих, в этой парадигме нет места человеческим общностям. Мне бы хотелось думать о том, что меня поразило, как о проблеме, однако я все еще лелею иллюзию о найденном решении.

Глава 6

Перерыв. Стоим с Соней в холле, она пьет кофе, рассказывает о парне, которого динамит. Поправляю обтягивающую кофточку на груди.

– Какой же он охуенный. Препод по философии. Глеб Александрович, – внезапно меняется поток ее мысли. – Я тупо на него залипаю целую пару. Взрослый, но еще не старый. Я с такими никогда не мутила, наверное, это забавно. Походу, он и рассказывает ничего так. Хоть и не отмечает, у него мало кто прогуливает. Черт, все-таки он милашка.

Соня прикусывает губу, глядя мне за спину.

– Сзади, что ли, стоит? – спрашиваю я.

– Ага, у соседней колоны. Слишком шумно, чтобы слышать, о чем мы говорим, а он все равно сюда смотрит. Размышляет, кого бы из нас позажимать после занятий.

– Да ну.

– Шучу, конечно. Хер нам бы так повезло. Да на стенд, наверно, этот пялится, – оборачивается Соня.

– На стенд, значит.

На мне резанные джинсы, под ними те самые сетчатые колготки, еще и цепи прикручены в колечко на поясе. Прислоняю два средних пальца к своей заднице и, слегка наклонившись вперед, развожу в стороны, словно расширяя определенное отверстие. Он меня бесит, бесит так, что я уже даже не утруждаюсь посылать его, когда подплывает ко мне. Кручу факи, в лучшие дни могу улыбнуться и оскорбить.

Я была готова поиграть в «поебались-разбежались», но Глеб меня доконал. Он ведь пялится на меня, как на потенциальную спермоедку, не только на своих парах. Он так пялится всегда и везде. Когда его посещает особенно шизанутая идея, он может предложить мне встретиться после пар.

Считаю, что он сам заслужил целый вечер, потраченный мной с умом и со вкусом. С результатом своей работы присаживаюсь на место у прохода. Жду команды для запуска мести.

– Добрый день. Возможно, сегодня есть желающие презентовать свой взгляд на философию? – спрашивает Глеб, запуская взгляд по аудитории.

Поднимаю руку первой и единственной. Поднимаю над головой и перебираю пальцами все в той же игривой манере. Улыбаюсь в ответ на его удивление.

– Можно? – спрашиваю я.

– Конечно, прошу.

Встаю из-за парты, притягивая взгляды всех и каждого, словно слетевший с катушек радар. Да уж, в подобные костюмчики я наряжаюсь исключительно на блядки. Туфли на платформе, мини-юбка с экстравагантными разрезами по бокам, светленький лонгслив с вырезом-сердечком на груди. Ядреную нотку добавляют ярчайше красные колготки и такая же чокнутая плюшевая сумка в форме сердца.

Прохожу на преподавательский пьедестал, виляя еле прикрытой задницей, мне даже кто-то посвистывает. Глеб пялится на меня, забывая дышать. Я не просто бросаю вызов, я дразню его на опасном расстоянии, пользуясь сотней свидетелей для обеспечения своей неприкосновенности. Сегодня у меня накладные волосы, подколотые в мини-пучки, как у Сейлор Мун, такая же луна-наклейка на лбу.

– Вставьте, пожалуйста, – мурлыкаю я, протягивая флешку ой как не сразу.

Вытягивает ладонь, бросаю в нее флешку. На меня можно смотреть, но меня нельзя трогать. Он улыбается мне немного завуалированной похотью. Впервые отвечаю на его так называемые ухаживания не факом. Кажется, его это радует.

– Вроде бы все готово, – говорит он, подключив флешку. – О чем собираетесь нам сегодня рассказать?

Жму пару кнопок на его компьютере и отбегаю к огромному экрану. За моей спиной прямо сейчас переливаются кроваво-красным четыре буквы.

– О философии БДСМ, – говорю, растягивая красные губы до предела.

Он смотрит на меня так, словно прямо сейчас выебет на своем столе. Я смотрю на него так, словно вот-вот выебу его психику похлеще, чем он меня в своих фантазиях.

– Выбор подобной темы в стенах учреждения образования недопустим, – это заявляет не Глеб, а отличник Антошка, самый болтливый на парах по философии. – Вы же не засчитаете подобный ответ?

Этот Антошка выступал самым первым. Он нам поведал о философии кризисного менеджмента. Четко, лаконично, умненько. Они с Глебом углубились во всякие сложные понятия, Антошка блистал в софитах славы. После его лучезарно-заумного выступления никто другой не решался, чувствуя себя значительно хуже. За исключением меня, разумеется.

– Так как мы договаривались о свободе выбора темы, не вижу никаких препятствий. Если порнографические материалы не будут представлены, то выступление вполне может вписаться в рамки занятия.

– Никакой порнографии, только эротика, – прикусываю я губу.

– Прошу вас, начинайте. Судя по улыбкам и всеобщему вниманию, аудитория заинтригована и с нетерпением ждет.

– Да-да, тема щепетильная, обсуждать ее в массах не принято. Увлекались когда-нибудь БДСМ практиками? – продолжаю я улыбаться.

– Давайте все-таки воспользуемся ограниченным временем, чтобы послушать вас, Лера. Будьте добры, представьте свое видение философии названного аспекта.

– Давайте. Хотя я думаю, что если бы вы решили попробовать, то выбрали бы роль нижнего. Довольно часто люди, занимающие руководящие должности, а также ораторы и преподаватели предпочитают передавать власть во время секса.

Глеб садится в кресло, уступая мне сцену. Я выступать готова, ножки не трясутся, голос нарочито торжественный.

– Добрый день, дамы и господа, сегодня мы погрузимся глубже в философию довольно популярных, хоть и тщательно скрываемых БДСМ практик. Начнем с азов, а именно расшифровки аббревиатуры. На слайдах можете видеть слова на английском. Именно такими они были задуманы, так звучали в оригинале. «Bondage and Discipline». Связывания и дисциплина применяются для того, чтобы устанавливать правила, которых партнер будет придерживаться.

Знаю, какие лакомые картиночки сейчас кружатся перед его глазами. Я в красных колготках – это полбеды. Там пикчи, где девочки стоят на коленках и смотрят снизу-вверх, их связанные ручки крупным планом.

– Но буква «Д» немного сложнее остальных, у нее два значения. Кроме дисциплины выделяют и «Dominance», то есть доминирование. С ним в паре идет «Submission» – подчинение, – без моего малейшего участия слайды меняются. Моя презентация больше похожа на ролик со спецэффектами. Теперь анимированные картинки с блестками, поводками и пушистыми наручниками. – На закусочку остается «Sadism» и «Masochism». Ага, еще одна «эска». Вот и они: жажда боли и получение сексуального удовольствие от ее причинения.

Тут коротенькие видосики, чистая эротика. Гениталии я преднамеренно изолировала. Плетки, опускающиеся на женские тела, капающий воск, удушье.

– На первый взгляд, это все может показаться редкостным дерьмищем, чем-то опасным и отвратным. Сразу стоит оговорить моментик, что использовать сразу и все во время одной сессии необязательно. Это лишь варианты возможных сценариев, способных внести разнообразие в сексуальную жизнь. Отношения между людьми, практикующими БДСМ, отличаются от нормальных, хотя в чем-то они такие же. Заострим внимание на трех основных принципах БДСМ-культуры. Добровольность, разумность и безопасность. А вот теперь можно и выдохнуть, правда? Никто никого не насилует, не пытает и не избивает до потери сознания. Нет, такое тоже, конечно, может быть, но тогда здесь будет работать во всю принцип добровольности. Если два игрока согласны с установленными правилами, кто смеет быть им судьей?