Ада Цинова – Братья (страница 2)

— Если думаешь, что я так сильно скучал по тебе, то спешу разочаровать. У меня появилась возможность открыть еще одну точку, и я ухватился за нее. Ты сам знаешь, что Франкфурт — отличная платформа для запуска бизнеса, поэтому и обосновался здесь. Я тоже всерьез задумался перебраться сюда.

— Что за точка? Чем ты вообще занимаешься? — спрашиваю я.

— Неужели твой муж не говорил? — приподнимает бровь Дима.

— У нас есть темы для разговора куда интереснее, чем ты, — язвит Андрей.

Если Дима говорит все с долей иронии, то Андрей слишком серьезен, он заранее разочаровался в их встрече.

— Мира, я занимаюсь продажей деталей для компьютеров, да и в целом техникой. В основном я заключаю контракты с компаниями, которые производят что-то крайне интересное, такие инновационные штуки, которые еще не найдешь в магазинах. Эти компании еще не слишком преуспели, о них мало кто знает, поэтому они не рвут бешеные проценты. У меня был магазинчик в Берлине, вот накопил на дом и на то, чтобы открыть второй здесь. Когда открою, приглашу посмотреть.

— С радостью приду. Звучит интересно, и дом у тебя необычный.

Дима улыбается мне глазами.

— Спасибо, я подбирал все под себя. Хочешь посмотреть весь дом?

— Да, конечно.

Я не ожидала попасть на целую экскурсию. Дима прихватил меня под ручку и с деловитым видом прохаживался из комнаты в комнату. Андрею ничего не осталось, как недовольно плестись за нами. Черно и максимально минималистично. Вся его квартира черная, только на кухне одна стена покрыта чем-то вроде бетона. Черная строгая мебель, черная сантехника, черные лампы и жалюзи. Казалось бы, мрачно, но большие окна уравновешивают пространство, более лаконичного жилья я еще не видела. Мы остались в гостиной, где, кроме огромного телевизора, серого дивана и журнального столика, ничего и не было. Дима предложил мне присесть, и я удобно устроилась на его мягком диване.

— У тебя тесный и пустой дом, — Андрей не смог промолчать.

— А мне понравилось, это стильный дом.

Дима снова улыбается мне.

— Твой муж — страшный зануда, — подмигивает мне Дима, и я случайно улыбаюсь. — Он совершенно не умеет веселиться, знала это? Наверное, уже поняла. Когда мы были детьми, он всегда ходил и бубнил, что я делаю все не так, и никогда не хотел со мной лезть на дерево или строить шалаш.

— Давай вспоминать, что было двадцать пять лет назад. Мире это неинтересно.

— Почему же? Мне интересно узнать, каким ты был ребенком.

Моя рука на руке Андрея, как мне кажется, он стал немного спокойнее. Андрей подсаживается ко мне ближе и вздыхает. Ему тяжело здесь, почему-то совсем не идет общение с братом. Я все думаю, как помочь Андрею, Дима же продолжает:

— Он был словно старшим. Ты же знаешь, что нас трое? Я, Кристина и Андрей.

— Да, мы знакомы с Кристиной, даже были у нее в гостях, — говорю я.

— Неудивительно. Так вот, я же старший, Андрея на четыре года, Кристину на восемь, но именно Андрей всегда вел себя как ответственный старший брат. Он говорил всем, что это опасно и запрещал, он угрожал рассказать маме и пытался командовать.

— Кто-то же должен был быть в здравом уме. Ты был хоть и старше, но ужасно безответственным, вытворял всякую чушь.

— Да, ты прав, братец. Со мной тебе всегда было не так, может сейчас повеселимся? Давайте пить виски и говорить о чем-нибудь жутко тупом.

— Мы привезли бутылку красного, так что никакого виски, — обрубил Андрей.

— Это же несерьезно. Давай спросим у Миры. Ты что хочешь пить, Мира?

— Я еще не решила, — пожимаю я плечами и улыбаюсь сначала Андрею, потом Диме.

— Тогда принесу все.

Дима уходит, а я сразу же целую Андрея, при чем в губы, при чем так долго и страстно, что кажется, что поцелуем дело не закончится.

— Все нормально, он не такой и противный. Ты иногда сам провоцируешь, давай попробуем общаться нормально? — так мягко, как только могу, говорю я.

— Давай попробуем.

Мой поцелуй сработал, и когда вернулся Дима, Андрей не был так напряжен, даже улыбался. На журнальном столике появилась бутылка виски и три квадратных стакана, бутылочка вина, виноград, мандарины и наш шоколадный тортик. Сначала пить решили вино, только Андрей отказался, потому что был за рулем.

— Предлагаю выпить за Миру, — неожиданно говорит Дима и стреляет в меня глазом. — Андрей, у тебя замечательная жена. Честно сказать, удивлен, что ты смог найти такую жену. Всегда думал, что тебя какая-нибудь сука падкая на денежки обкрутит, ну или выберешь такую же зануду, как ты сам. А вот и Миру нашел, такую настоящую и классную. Даже со мной нормально общается, в отличие от тебя. Так что за Миру.

Я засмеялась, и мы выпили за меня. Улыбка пропала с лица Андрея и тем вечером больше не появлялась. Дима спросил, как мы познакомились, и я подробно рассказала, как успешный бизнесмен однажды в кафе спросил у простой студентки дорогу. Он расспрашивал и про мою жизнь. Говорила про то, как жила в маленьком городке, как уехала учиться в дальний университет и поссорилась со всеми новыми подружками, как написала книгу и как мы путешествовали с Андреем. Под рассказ хорошо уходит бутылочка вина, я немножко пьянею, Дима держится лучше.

— А, у тебя, Дима, кто-нибудь есть?

— Нет, уже года три никого. У меня были серьезные отношения, мы почти поженились, увы, ничего не вышло.

— Почему?

— Так получилось. Ей предложили работу в Америке, и она уехала. Можно было бы что-то придумать: созваниваться, подстраиваться. Такой вариант Лиза не рассматривала, ей было легче расстаться. Мы были вместе два с половиной года, оказалось, что она меня не любила. Сначала было больно, потом смирился. Она уже замужем вроде, а я вот все еще один.

Самоуверенный и дерзкий Дима куда-то исчез. Мужчина, который сидит на краю дивана с пустым стаканом в руке и печальной улыбкой в пол, совершенно другой. Мне хочется сказать что-то ободряющее, только я не успеваю, и говорит Андрей:

— Неудивительно, что один. Человека с более дерьмовым характером я не встречал. Скорее всего, будешь до конца жизни сидеть в таком мрачном доме и хлестать виски.

— Андрей, перестань!

Я даже повышаю голос. Мне обидно за Диму, никто не заслуживает услышать такое. Андрея удивило, что я так отреагировала, однако он ничего мне не говорит, просто откидывается на спинку дивана.

— Ладно, хватит о грустном, — поразительно, что Диме понадобилась всего секунда, чтобы вернуться к своему привычному заводному состоянию. — Сегодня же крутой вечер. Вот, Мира, познакомились с тобой, брата увидел впервые за долгое время. Нужно веселиться. Может сыграем во что-нибудь?

— Во что? — улыбаюсь я.

— Например, в «Я никогда не». Называешь, что никогда не делала, а если мы с Андреем это делали, пьем виски.

— Нам что по пятнадцать? — вздыхает Андрей.

— Нам с тобой за тридцатку, а тебе, Мира, сколько?

— Двадцать один.

— Ну почти пятнадцать, хочешь играть?

— Мне нравится, давайте играть, — я загораюсь идеей и уже сама разливаю виски по стаканам под довольным взглядом Димы.

— Только Андрей тоже пьет.

— Как я буду пить, если мне еще за руль сегодня?

— Мы можем вызвать такси, — я дарю Андрею очаровательнейшую улыбку, увы, это не прогоняет его напряжения. — Если играть в такое, то всем вместе. Мне кажется, будет весело, давай, Андрей. Прошу тебя.

— Если ты так сильно хочешь…

— Чудненько! — кричит Дима и вручает всем по стакану. — Могу начать. Я никогда не бил татухи.

Ко мне прилетел прищуренный взгляд Димы, и я показательно улыбаюсь им двоим.

— Да, я била.

— Я заметил птичку на запястье.

— Это самая первая.

— Очень важная?

— Это вызов. Хотела узнать: смогу или нет. Смогла, как видишь.

— Есть другие? — спрашивает Дима.

— У меня их пять, но показывать не буду. Для этого придется раздеваться.

— Нихуя себе! Жаль, конечно, что не увижу. Ну давай.

Я выпиваю, виски у Димы крепкий. Еще буквально рюмка, и я уже не буду понимать, что делаю.

— Теперь моя очередь. — протягиваю руку я. — Я никогда не целовалась с женщиной.