Ада Николаева – Телохранитель из будущего (страница 6)

– Это всего лишь в девяти милях от Чикаго, – пояснила она. – Там у моих дяди с тетей есть дом, который они совсем недавно купили. Вряд ли меня станут там искать.

– Не вмешивай родственников.

– Их сейчас даже нет в стране! Они в отпуске в Италии, наслаждаются пенсионной романтикой.

– Ладно, но вести придется тебе… – Мужчина посмотрел на рану, которая и правда сильно кровоточила после ударов.

– Подвинься, – охотно согласилась Хантер.

Глава 4

Настал новый день, который опять невозможно будет отличить от тридцати предыдущих, понял Джеймс.

Он резко вскочил с кровати, чтобы вырубить назойливый будильник мощным ударом ладони. Затем, не застилая постель, принялся с пола подбирать свою одежду. Ее скопилось так много, словно целый шкаф под ногами. Выбрав более или менее свежую футболку, мужчина сразу натянул ее на тело и неспешно направился в ванную комнату. Прошел мимо мольберта, стоящего у окна, на котором крепился чистый холст, и невольно вспомнил, что еще недавно там красовался недописанный городской пейзаж. Выражение сильной боли промелькнуло на его лице, но моментально исчезло, сменившись привычным безразличием.

Мужчина прошел в просторную ванную комнату, где автоматически загорелся белый свет, встречавший своего хозяина. Умывшись холодной водой, он потянулся за зубной пастой, лежащей на полочке над раковиной. Тюбик оказался почти пустым, как и неделю назад. И, как и неделю назад, Джеймс вновь подумал о том, что стоит купить новый. Хотя, наверное, опять забудет. Выдавив на щетку остатки, он принялся быстрыми и грубыми движениями чистить зубы, словно пытаясь стереть их в порошок. Закончив, он потянулся теперь уже за бритвой, но остановился и вместо этого поднес руку к лицу. Ощупал щетину и, решив, что она еще не слишком заметная, направился в кухню.

Там было не чище, чем в спальне: грязная посуда в раковине, стол, усыпанный упаковками из-под полуфабрикатов и жестянками от газировки. Взяв последнюю чистую чашку с большим красным сердцем и надписью «I LOVE YOU», Джеймс заварил себе кофе. Черный без сахара, как всегда любил. Но сделав всего пару глотков, оставил напиток на столе и просто ушел.

***

На работе, как и всегда, Джеймс появился одним из первых. Ночная смена только покидала свои посты, передавая эстафету дневным блюстителям порядка.

Мужчина почти никого не знал из другой смены, да и не торопился заводить знакомства. Будь его воля, он бы и со своими коллегами не общался, но кто-нибудь постоянно норовил завести беседу. Равно как и сейчас, когда назойливый младший сержант Шон Вуд несся через все помещения к Джеймсу, желая поговорить.

«Чего ему неймется?» – подумал мужчина, пожалев в очередной раз о том, что некоторые из его коллег приезжают в участок так же рано, как и он сам.

– Доброе утро, лейтенант Гранд, – Шон протянул Джеймсу руку.

– Доброе, сержант Вуд, – мужчина пожал его руку своей человеческой конечностью.

– Ты рано.

– Как и ты, – холодно ответил он.

– Да, верно, – с натяжкой в голосе произнес Шон, не зная, как продолжить разговор. – О! Смотри! – он помахал рукой молодому мужчине в дверях. – Боб сегодня тоже рано.

– Доброе утро, парни, – произнес молодой офицер, подойдя к коллегам.

– Ты какой-то помятый, – подметил Шон. – Зачем так рано пришел, если совсем не выспался?

– Я бы уже никак не выспался, – с ехидной ухмылкой на лице заявил Боб. – Спал не дома. Да и не спал, если на то пошло…

– Ах ты ж проныра! – шлепнул его по плечу сержант Вуд. – Третью девчонку за неделю цепляешь. Это все в том же полицейском баре, да?

– Ага, сами вешаются, когда значок видят.

– Эх, если б я не был женат… – вздохнул Шон. – Ну, а ты-то, Джеймс, составь в следующий раз компанию Бобу.

– Не стоит, – отрезал он.

– Почему нет?! Я-то женат, для меня все кончено, а у тебя даже девушки нет. Да и была ли хоть когда?

– И я не припомню, – подтвердил Боб.

– Сходи, зацепи кого, – продолжил сержант Вуд. – Ладно, Боб, он молодой еще. А ты уже ближе к сорока, чем к тридцати. Познакомься с кем, развлеклись. А там, глядишь, завертится, так еще шафером на твоей свадьбе побуду.

– Мне надо работать, – отрезал Джеймс, направившись к своему столу.

– Нам всем нужно, – бросил ему в след Шон, – но это не отменяет того факта, что тебе пора обзавестись подружкой.

– Иди работай.

– Я-то пойду, а ты подумай, – крикнул сержант Вуд отдалившемуся лейтенанту Гранду. – В жизни есть вещи помимо работы и, кстати, намного более приятные!

– Не доставал бы ты его сейчас, – произнес офицер Боб, когда Джеймс отошел и не мог больше слышать своих коллег. – Он в последнее время мрачный какой-то, ведь и врезать может.

– Я же помочь ему пытаюсь, – возмутился Шон. – Мы с Грандом давно знакомы, мне виднее, как его из депрессии вытащить.

– Ну, как знаешь…

***

Джеймс находился на своем рабочем месте и устало потирал глаза, когда к нему подошел Боб.

– Только не начинай про этот бар.

– Не-не, – молодой мужчина поспешил опровергнуть предположение лейтенанта. – Это Шону неймется тебя туда затащить, а не мне.

– Хорошо, – кивнул Джеймс. – Чего-то хотел?

– Ты просил, чтобы я сообщал обо всем, что связано с Тони Гловером, – ответил офицер.

– Я слушаю, – лицо Джеймса напряглось, а руки сжались в кулаки.

– Только что взяли одного из этих… Из его «мальчиков на побегушках». Мелкая сошка, конечно, но капитан хочет, чтобы я его допросил.

– Я сам займусь им, – Джеймс встал из-за стола. – Веди.

– Капитан запретил тебе допрашивать подозреваемых, уже забыл? У меня из-за этого могут быть неприятности, – нахмурился Боб. – К тому же он всего лишь мелкий распространитель и вряд ли посвящен в дела Гловера.

– Неважно. Я сам его допрошу.

– Джеймс…

– Обещаю, – строго заявил лейтенант Гранд, – я не создам тебе проблем.

– Ладно, – нехотя согласился молодой мужчина. – Только в этот раз не перегибай палку.

***

В комнату для допроса вошли двое: лейтенант Джеймс Гранд и молодой офицер Боб Леви.

За столом под тусклым белым светом, с туго затянутыми наручниками на запястьях, их дожидался заключенный. Он со скривленной физиономией посмотрел на полицейских, которые вежливо представились:

– Лейтенант Гранд, – холодно произнес Джеймс, – офицер Леви, – он кивком указал на Боба.

Боб только собрался сесть напротив преступника и допросить, как выражение на лице Джеймса, посмотревшего на коллегу, отчетливо дало понять, что тому лучше вовсе выйти из помещения.

– Ох… – громко вздохнул офицер, выпрямившись из полуприседа. – Понял. Ты и один тут справишься. Только давай помягче, ладно?

Джеймс молча кивнул коллеге в знак согласия, после чего Боб поспешил удалиться из допросной.

– Ничего себе я важный хрен, раз меня допрашивает лейтенант, – ухмыльнулся заключенный. – Хотя я знаю, почему ты здесь. Слыхал, как папочка Гловер тебе жизнь испоганил.

– Мерфи Питерсон, – Джеймс швырнул на стол его дело. – Грабежи, разбои и шантаж в прошлом. В последнее время привлекался за хранение и распространение наркотиков, а также замечен в связи с криминальной семьей Гловеров. Какую грязную работенку выполняешь для него на этот раз? Рассказывай все, что знаешь: где он бывает, что планирует, с кем встречается. Все.

– Да пошел ты. Я твоей механической ручонки не боюсь, – прошипел Мерфи. – Себе бы такую поставил, да вот задницу чесать неудобно будет.

– Отвечай, – Джеймс медленно опустился на стул, стоявший напротив сидения допрашиваемого. Мужчин разделял только широкий стальной стол.

– Я же уже сказал – пошел ты, лейтенант!

На лице Джеймса не дрогнула ни одна мышца. За много лет работы в полиции он привык к грубым и загнанным в угол преступникам, которые провоцируют своими словами офицеров, зная, что тем нельзя калечить допрашиваемых. За подобное Джеймса неоднократно отчитывал капитан участка, после чего и вовсе запретил допускать лейтенанта к допросам. Боб это знал, но отказать мрачному коллеге не решился. Однако остался стоять за дверью, присматривая за Грандом на тот случай, если мужчина перегнет палку и в этот раз. Но Джеймс оказался не так прост. Он давно придумал, как незаметно причинять боль преступникам, чтобы те становились сговорчивее.

С невозмутимым лицом он медленно подвел к заключенному свою механическую руку, проскользив ею по поверхности стола и создав неприятный скрип.

– Что, за ручки подержаться хочешь? – ухмыльнулся Мерфи. – Влюбился?