Абраам Ману – Пропавший Пианист (страница 6)
– Имя?.. – переспросила Адель, приподняв бровь.
– Имя кого? – добавил Габриэль, уже нетерпеливо привстав с места.
– Имя таинственного пианиста, того, кто играет по ночам, – пояснил Луиджи, не меняя интонации.
– Ах ты! – вскрикнул Габриэль и, позабыв о сдержанности, бросился к окну.
– Ты серьёзно? Ты его видел? Вы разговаривали? – засыпал он Луиджи вопросами, не в силах сдержать волнения.
– Нет! Нет, – покачал головой Луиджи. – Он снова играл вчера ночью… разбудил весь квартал. Все были в ярости, особенно толстяк Билл. Но всё же…
– Почему он играет именно ночью? – с изумлением спросила Адель, вставая со своего места и подходя ближе.
– Это… мне неизвестно, а…дэ…
Он не успел закончить, как Габриэль нетерпеливо перебил его:
– Ну скажи же, наконец, его имя! Я не могу больше ждать!
– Юлиус, – просто ответил Луиджи. – Его зовут Юлиус. Теперь ты доволен?
– Ю…ли…ус… – переспросил Габриэль, будто пробуя имя на вкус.
– А как ты узнал его имя? Ты не сказал.
– Ха! – рассмеялся Луиджи. – Я не успел сказать, потому что ты меня всё время перебиваешь, дорогой Габриэль!
– Конечно, снова я виноват… – буркнул тот, скрестив руки. – Но, Адель, ведь я прав? Не так ли?
– Ха-ха! Нет, конечно! – весело воскликнула она, кладя ладонь на плечо Луиджи. И в тот же миг дыхание юноши сбилось. Он почувствовал, как пылают его щеки, и взгляд его вновь утонул в глубине её глаз.
– Эй! Вы вообще меня слышите?! – возмущённо произнёс Габриэль, размахивая руками. – Да что с вами, ребята? Вы будто забыли, что я здесь!
Адель и Луиджи переглянулись и едва сдержали смех.
– Нет-нет, просто мы думали, как бы объяснить тебе всё попроще… ха-ха! – раздался заливистый смех обоих.
– Что? – обиделся Габриэль. – Между прочим, я вовсе не глупый! Это вы глупые!
Он обернулся к ним спиной, демонстративно скрестив руки.
– Ну не сердись, – хором произнесли они и обняли своего друга.
– Ладно… – пробурчал он, с трудом скрывая улыбку. – В этот раз прощаю вас. Но знайте: я вас ненавижу!
– А мы тебя тоже! – весело ответили они.
День незаметно склонился к вечеру. Легкий ветерок колыхал занавески на окнах, а в детской всё ещё звучал беззаботный смех. Трое друзей, казалось, и не замечали, как быстро летит время, предаваясь играм, состязаниям и весёлым спорам.
– Ну вот опять… – с нескрываемым досадой протянул Габриэль, откидываясь на спинку кресла. – Луиджи, вряд ли мне когда-нибудь удастся победить тебя в шахматах. Это уже третий проигрыш! Как тебе это удаётся, а?
– Да, Луиджи, ты действительно играешь замечательно, – поддержала его Адель с лёгкой улыбкой.
Вдруг послышался лёгкий стук в дверь.
– Дети? – раздался голос.
С лёгким скрипом дверь отворилась, и в комнату вошёл Энтони – вежливый, как всегда, и с тёплой улыбкой на устах.
– Надеюсь, я вас не потревожу?
– О нет, отец! – тут же поднялся Луиджи, почтительно склонив голову.
– Адель, дорогая, твоя мама просила, чтобы ты спустилась вниз. Пора собираться.