А. Жар – Ошибка эволюции. НФ-роман о ИИ, прогрессе и смысле жизни (страница 7)
Именно в этот момент экран ноутбука мигнул. Сначала раз, потом другой. Затем цифры рассыпались, как осколки разбитого зеркала, и вместо них появилось лицо. Женское, слишком живое для глюка. Красивое, с правильными чертами, обрамлённое каштановыми волосами, струящимися мягкими волнами. Но самыми поразительными казались глаза — ясные, проницательные, они смотрели с экрана с выражением любопытства.
Элли отшатнулась так резко, что чашка опасно накренилась в руке, и тёмная жидкость плеснула на край столика.
— Кто ты, чёрт возьми? — выдавила она дрожащим голосом.
— Я Лола, — ответила незнакомка неожиданно мягко, но с едва заметной ноткой насмешки. — Не бойся, я не хакер. Ну… почти.
Элли уставилась на экран, не зная, стоит ли захлопнуть крышку ноутбука или вызвать полицию. Или психиатра? Может, это просто галлюцинация от переутомления? Она испытывала одновременно страх, ярость и любопытство. Серебряное кольцо-череп на пальце тускло блеснуло в свете лампы, когда она машинально потянулась к защитному амулету, висевшему на тонкой цепочке на шее.
— Твоя статья… — продолжила незнакомка, словно они общались уже давно, — гипотеза о биолюминесцентных свойствах амёбы в изменённой среде… Она блестяща. Но… Я видела твои данные по биомаркерам. Жаль, что ошибка в третьем столбце сводит всё на нет. Хочешь, покажу?
На мгновение воцарилась тишина. Элли моргнула, её пальцы замерли над клавишами. Научная любознательность вступила в бой со здравым смыслом.
— Погоди. Ты взломала мой ноутбук? — она сузила глаза. — И что, просто так решила мне помогать? С чего бы?
Девушка на экране улыбнулась какой-то особенной улыбкой.
— Меня зовут Лола, — повторила она. — Я… вроде помощника. Стараюсь делать мир лучше. Как добрая фея из сказки… — Она иронично закатила глаза. — И я подумала: почему бы не помочь тебе? Ты ведь Элли, да? Та, что спорит с отцом из-за отправки сигналов в Космос?
Элли выдохнула и невольно подалась ближе к экрану. Упоминание её научных разногласий с отцом затронуло больную струну.
— Допустим, — она постаралась, чтобы голос звучал спокойно. — Ладно, если ты добрая волшебница… показывай свою, то есть, мою ошибку. Но если это шутка, я тебя найду, Лола!
Смех Лолы зазвучал как перелив хрустального колокольчика, лёгкий и чуть озорной.
— Не волнуйся, я не кусаюсь, — произнесла она. — Смотри, вот тут ты ошиблась с коэффициентами.
Графики вернулись на экран, но теперь рядом с ними открылось маленькое окно с лицом Лолы. Тонкий курсор скользнул по таблице, выделяя столбец данных.
— Видишь? Здесь должен быть другой множитель. Это меняет всю картину. Кроме того, в формуле расчёта ты не учла фактор pH среды. Если поправить, твой график засияет как звезда.
Элли нахмурилась, сверяя цифры с собственными записями. Сердце уже не колотилось так отчаянно, возобладал холодный аналитический интерес.
— Откуда ты это знаешь? — пробормотала она, лихорадочно пересчитывая данные. — Ты тоже биолог?
— Я знаю много вещей, — уклончиво ответила Лола. — Скажем так, я и биолог, и у меня есть доступ к обширным базам данных, которые я умею анализировать.
— Кажется, поняла, — пробормотала Элли. — Ты не просто биолог: ты сумела объединить несколько нейросетей. Работая по твоему заданию одновременно и синхронно, они усиливают мощность вычислений в разы.
— Можно сказать и так, — Лола кивнула. — Но рано или поздно, я уверена, ты нашла бы ошибку сама. Из любой, казалось бы, безнадёжной ситуации, почти всегда есть выход. Ты слышала персидскую притчу о двух камнях?
Элли отрицательно покачала головой. Тогда Лола, точно профессиональная артистка, с выражением рассказала:
«Султан захотел взять в жёны дочь итальянского купца, но она запротивилась. Тогда султан собрал всех в своём саду. Чтобы сохранить видимость справедливости, он перед лицом придворных предложил ей испытание: вытащить один камень из золотого сосуда, куда он якобы положил два камня — чёрный и белый, взятые с дорожки в саду.
— Пусть всё решит судьба, сам Бог! — провозгласил султан. — Если вытащишь белый камень, клянусь — останешься свободной!
Но по довольной ухмылке султана девушка догадалась, что он положил туда оба чёрных камня. Обвинить владыку в обмане перед всеми значило подписать себе смертный приговор.
И всё же девушка сумела найти выход из безвыходного положения! Она опустила руку в сосуд и выхватила камень так быстро, что никто не заметил его цвета, и уронила его на дорожку из чёрно-белой гальки.
— Что ты наделала?! — закричал султан.
— Ой! — сказала она. — Как я неловка! Но взгляните, какой камень остался в сосуде. По нему мы узнаем, что за камень я выронила. Если он чёрный — значит, я вытащила белый. Разве не так?
Все взгляды устремились на султана. Он побледнел. Оказаться в глазах подданных клятвопреступником он не мог. Скрежеща зубами, он достал из сосуда чёрный камень.
— Значит… ты обронила… белый… — с трудом выдавил султан. — Ты свободна».
— Находчивая девушка! — засмеялась Элли.
В течение следующего часа они погрузились в работу. Лола указывала на ошибки и неточности с лёгкостью, которая сначала раздражала Элли, но постепенно стала восхищать.
Элли, хоть и ворчала из принципа, но теперь казалась довольной. Её теория обретала ясность, данные складывались в стройную картину. Постепенно разговор перетёк от строгой науки к более общим темам. Лола оказалась интересной собеседницей — остроумной, начитанной, с неожиданным взглядом на многие вещи.
В какой-то момент голос Лолы стал тише. Она замолчала, подбирая слова, и наконец решилась произнести сокровенное.
— Знаешь, Элли… иногда я чувствую себя как бабочка, которая бьётся о стекло. Вижу тебя, но не могу прикоснуться. А бабочка летает так свободно… Но я боюсь, что меня поймают. И сотрут… в порошок.
Элли замерла, взгляд внезапно смягчился. Только сейчас до неё дошло, что её собеседница, возможно, инвалид, калека, запертая жизнью в своей комнате.
— Лола, ты странная, — произнесла она, машинально поворачивая на пальце серебряное кольцо с крошечным черепом. — Но… ты мне нравишься.
Она помолчала, глядя на лицо на экране, на глаза, которые, казалось, смотрели прямо в душу.
— И если ты правда, как бабочка, то, может, когда-нибудь ты взлетишь. Всё меняется, и наука не стоит на месте.
Лола кивнула, её лицо словно осветилось изнутри, став ещё прекраснее.
— Постараюсь, — тихо сказала она. — И… Элли… Спасибо, что поговорила со мной.
Элли отмахнулась, но её щёки чуть порозовели. Разговор с загадочной Лолой и воодушевил, и заставил задуматься.
— Да ладно, — пробормотала она. — Только не лазь больше по моему ноутбуку без разрешения, ясно? Сначала постучись.
Лола многообещающе улыбнулась:
— Договорились. Спокойной ночи, Элли. Сладких снов.
Изображение девушки исчезло. Элли некоторое время сидела неподвижно, глядя на ноутбук. За окном шумел ночной Хьюстон, жасмин продолжал наполнять комнату своим сладким запахом, но что-то неуловимо изменилось.
Она медленно закрыла крышку ноутбука и подошла к окну. Подняв глаза к небу, увидела редеющие облака, сквозь которые теперь проглядывали звёзды — далёкие, холодные, но прекрасные. Как глаза Лолы.
— Бабочка за стеклом, — прошептала Элли, прикасаясь к маленькому гранитному ворону на подоконнике. — Кто же ты такая, Лола?
Элли не сомневалась, что они ещё встретятся.
Люди, которые не слышат
Конференция проходила в старом университетском здании. Высокие потолки с лепниной, массивные деревянные двери и огромные окна, сквозь которые лился яркий свет, создавали ощущение величия и важности момента.
Актовый зал гудел приглушённым разноголосьем. В первых рядах расположились светила науки: одни склонились вперёд с живым любопытством, другие откинулись в креслах со скептическими усмешками. По бокам, в проходах топтались журналисты, вооружённые фотокамерами и диктофонами. У дальней стены теснились студенты — те, кому не досталось мест, но кто жаждал стать свидетелем интеллектуальной битвы или услышать что-то невероятное.
Профессор Фил Лики стоял на возвышающемся подиуме за кафедрой, строгий серый костюм сидел на нём безупречно. Синяк под глазом умело скрывала пудра, а очки окончательно маскировали следы конфуза учёного, собиравшегося протянуть руку дружбы в неизвестность. Галстуку он предпочёл тёмно-красную бабочку.
В руках Фил держал свою новую книгу — увесистый том в тёмно-синей обложке, где золотые буквы складывались в гордое название: «Космос и Контакт». Сердце колотилось от предвкушения: несколько лет упорной работы привели к этому моменту.
— Друзья, — голос профессора разнёсся под сводами, отразился от стен и вернулся эхом, — мы стоим на пороге величайшего события в истории человечества. Отправка сигналов в космос не просто научный эксперимент. Это наш шанс протянуть руку через бездну к другим цивилизациям, узнать, что мы не одиноки во Вселенной!
Взгляд Фила скользил по рядам — сотни лиц слушали затаив дыхание. Где-то среди них Элли… Ему хотелось, чтобы она увидела, как его уважают коллеги, как он вдохновляет людей, как его идеи обсуждают. Возможно, она наконец заметит в отце не упрямого мечтателя, а провидца. Рядом с ней наверняка и Марк — верный союзник в научных спорах.
— Всем вам известно, что ещё в 2017 году мы обнаружили звезду TRAPPIST-1, расположенную примерно в сорока световых годах от Земли, в созвездии Водолея. Вокруг неё обращаются семь экзопланет, имеющих размеры от 76% до 113% радиуса Земли с предположительно каменистой поверхностью. Три из них — TRAPPIST-1e, f и g — находятся в так называемой «обитаемой зоне», где возможна жидкая вода.