А. Роуден – Атлас: экзамен для человечества (страница 5)

– Кто? Как?

– Не… словами. Образом. Идеей. Они дали… координаты. Протокол.

Она потянулась к планшету, ее пальцы дрожали, но она с удивительной ясностью нарисовала на нем сложную геометрическую схему – проекцию того, что горело в ее мозгу.

– Это… приглашение, – сказал Марк, с трудом приходя в себя. Он смотрел на свой собственный планшет, где он инстинктивно набросал ту же самую схему. – Место и способ встречи. Они не ждут, что мы поймем их язык. Они дали нам универсальный ключ. Карту.

Волков медленно опустил пистолет. Его взгляд метался между их бледными лицами и хаосом на экранах, где весь цвет мировой науки приходил в себя после коллективного контакта.

– Где? – одним словом спросил он.

Алиса посмотрела на свой рисунок. Значение координат было кристально ясно, вшито в саму структуру образа.

– На стыке гравитационных полей Земли и Луны. Точка Лагранжа L1. Они ждут нас там. Не зонд. Не радиосообщение. Нас.

В комнате повисла тяжелая пауза. Ментальный сигнал был таким ясным, таким неопровержимым. Это был не ультиматум. Это было приглашение на танец.

– Они знают, кто мы, – тихо проговорил Марк. – Они отслеживали не только наши сигналы. Они отслеживали наши… умы. Тех, кто пытался их понять.

Волков выпрямился. Все следы усталости с его лица исчезли, уступив место абсолютной, стальной решимости. Он достал свой защищенный спутниковый телефон.

– Это Волков. Активировать протокол «Первая Встреча». Готовить корабль «Одиссей-1» к немедленному запуску. Цель – точка L1. – Он посмотрел на Алису и Марка. – Экипаж уже определен.

Он отдал еще несколько отрывистых команд, затем положил трубку и повернулся к ним.

– Вы понимаете, что это значит? – его голос был тихим, но слышным сквозь гул в ушах. – Все, что было до этого – детские игры. Теперь начинается настоящая работа. Вы только что получили пригласительный на самый важный прием в истории человечества. И от ваших действий там будет зависеть все.

Алиса смотрела на пульсирующую схему на своем планшете. Страх отступал, сменяясь оглушительным, всепоглощающим благоговением. Стена молчания была разрушена. Не грубой силой, не криком, а тихим, безмолвным шепотом в разуме.

Они просили знака. Они его получили. Теперь нужно было найти в себе смелость сделать шаг в неизвестность.

Приглашение было принято.

Глава 7: Экспедиция

Сорок восемь часов. Двое суток, которые промчались как один сплошной, лишенный сна кошмар, наполненный бесконечными брифингами, медицинскими осмотрами, тренировками в барокамерах и церемониями надевания скафандров.

Теперь Алиса стояла у подножия массивной белой ракеты, которая должна была вывести их на орбиту. «Одиссей-1» не был похож на изящные шаттлы из старых фильмов. Это был суровый, утилитарный корабль, рожденный в спешке, собранный из проверенных технологий с одной-единственной целью – доставить их к точке встречи. Он внушал не благоговение, а суеверный страх.

Ветер дул с равнины космодрома, завывая в филигранных конструкциях стартовой площадки. Воздух пах озоном и ракетным топливом. Алиса в своем оранжевом высотном компенсационном костюме чувствовала себя куклой – неуклюжей и скованной.

Рядом стоял Марк. Его лицо было восковым и отрешенным. Он молча смотрел на вершину ракеты, упирающуюся в низкое свинцовое небо.

– Ну что, лингвист, – его голос прозвучал хрипло в системе внутренней связи. – Готов к самому важному переводу в жизни?

– Я бы предпочел древнешумерские клинописные таблички, – выдавил Марк. – Они куда менее… многозначительны.

Третий член их маленького экипажа, полковник Волков, завершал последний обход. Он двигался с привычной, почти машинной эффективностью, проверяя последние детали с инженером. На нем был такой же костюм, но сидел он на нем как вторая кожа. В его позе не было ни капли сомнения, только холодная концентрация.

– Экипаж «Одиссея-1», на посадку, – раздался в шлемах голос с командного пункта.

Сердце Алисы заколотилось, отдаваясь глухим стуком в ушах. Они поднялись на лифте к вершине ракеты и через узкий люк протиснулись в тесную кабину. Кресла были расположены в ряд: Волков – командир корабля слева, Алиса – второй пилот и научный специалист в центре, Марк – специалист по связи и семиотике справа.

Люк с грохотом захлопнулся, отсекая внешний мир. Наступила оглушительная тишина, нарушаемая лишь шипением воздуха в скафандрах и ровным гудением приборов.

– Проверка систем, – голос Волкова был спокоен и ровен.

– Десмонд, докладывайте по связи.

– Связь… в норме, – голос Марка дрогнул.

– Вейн, телеметрия.

Алиса пробежалась глазами по многочисленным дисплеям. Давление, температура, кислород, траектория. Мириады огоньков горели ровным зеленым светом.

– Все системы… в норме.

Она сжала ручки кресла, чувствуя, как ладони потеют внутри перчаток. Они были запечатаны в консервную банку, начиненную топливом, которую сейчас подожгут, чтобы вышвырнуть в безвоздушную пустоту. Вся ее научная любознательность в этот момент кричала от ужаса.

– Командный пункт, «Одиссей-1» к запуску готов, – доложил Волков.

– «Одиссей-1», подтверждаем. Запуск по программе, Т минус десять секунд.

Голос с Земли звучал до неприличия спокойно.

Алиса закрыла глаза, пытаясь дышать глубже. Пять. Четыре. Она представила себе лицо матери, которая понятия не имела, куда и зачем летит ее дочь. Три. Два.

Один.

Сначала пришел грохот. Глухой, рокочущий рев, который исходил не снаружи, а из самых недр корабля. Он входил в кости, в зубы, заполнял собой все. Потом – давление. Невероятная сила, вдавливающая ее в кресло. Грудь сжало, дышать стало невозможно. Мир сузился до вибраций, оглушительного рева и давящей тяжести.

Она сквозь силу повернула голову и увидела, как лицо Марка побелело, его глаза были закрыты, губы беззвучно шептали что-то. Волков же смотрел прямо перед собой на экраны, его взгляд был ясным и сосредоточенным.

Казалось, это длилось вечность. Потом, так же внезапно, как и началось, давление ослабло. Рев сменился нарастающим гулом, а затем – на абсолютную, звенящую тишину. Давление сменилось невесомостью.

Алису дернуло вперед, ремни впились в плечи. Невесомость была странным, неестественным чувством. Желудок подплыл к горлу, но потом тело начало адаптироваться.

– Сброс первой ступени. Мы на суборбитальной траектории, – доложил Волков, его пальцы летали по панели управления.

Алиса рискнула выглянуть в блистерный иллюминатор.

И застыла.

Внизу, в ослепительной синеве, медленно проплывала Земля. Не фотография, не видео. Реальная, живая планета. Изогнутый горизонт, усыпанный жемчужными вихрями облаков, коричневые и зеленые пятна континентов под тонкой, хрупкой пленкой атмосферы. Она была невероятно красивой и бесконечно далекой.

– О, Господи, – прошептал Марк, глядя в свой иллюминатор. Все его страх и напряжение, казалось, утонули в этом виде.

Даже Волков на секунду замолчал, его взгляд смягчился.

– Выход на траекторию перелета к точке L1 через двадцать минут, – нарушил он момент благоговения. – Пристегнитесь. Предстоит коррекция курса.

Алиса оторвала взгляд от Земли и посмотрела вперед, в черноту космоса. Где-то там, впереди, в точке равновесия между гравитацией двух миров, их ждала встреча. Тот самый геометрический образ, приглашение, все еще горел в ее памяти, как путеводная звезда.

Они сделали первый шаг. Самый трудный. Теперь нужно было сделать следующий. Шаг в неизвестность, навстречу тому, что изменит человечество навсегда. Консервная банка с тремя людьми внутри неслась навстречу своей судьбе. И Алиса, наконец, почувствовала не страх, а нечто иное – торжественное, всепоглощающее любопытство. Они летели на зов. И она была готова услышать, что он скажет в ответ.

Глава 8: За порогом

Путь к точке Лагранжа L1 занял чуть более суток. Это были самые долгие и самые короткие сутки в жизни Алисы. Время в невесомости текло иначе – то растягиваясь в бесконечных монотонных проверках систем, то сжимаясь в моменты леденящего душу осознания, где они находятся и куда направляются.

«Одиссей-1» был их маленьким, хрупким миром. За его бортом простиралась абсолютная пустота, а впереди, в навигационном компьютере, пульсировала та самая геометрическая схема – их приглашение.

– Приближаемся к координатам, – голос Волкова был ровным, но Алиса уловила в нем легчайшее напряжение. – Готовьтесь.

Алиса и Марк прильнули к иллюминаторам. Вначале они ничего не видели, кроме звезд, удивительно ярких и неподвижных без искажающего влияния атмосферы. Потом одна из «звезд» начала расти.

Сначала это была просто точка, чуть более крупная и темная, чем другие. Но по мере их приближения она превращалась в нечто, от чего перехватывало дыхание.

«Атлас» вблизи был еще более грандиозным и чуждым, чем на снимках. Это не был корабль в человеческом понимании. У него не было четких линий, острых углов или узнаваемых деталей вроде двигателей или антенн. Он напоминал скорее колоссальный, фрактально усложненный кристалл, выросший в пустоте. Его поверхность была сложной, многоуровневой, состояла из бесчисленных плоскостей и граней, которые поглощали свет, создавая иллюзию бездонной глубины. Он был черным, но не плоским – он был живой чернотой, пульсирующей скрытой энергией.

– Никаких признаков активности, – тихо проговорила Алиса, сканируя объект инструментами. – Ни излучения, ни тепловых следов. Абсолютный ноль. Как… гробница.