А-Рина Ра – Седьмое Солнце: сны на грани (страница 11)

Через час бесплодных попыток Катя отказалась от этой затеи тоже. Ей, вроде, и удавалось нащупать В.Д в медитации, но девушка никак не могла взять в толк: «столкнуть с кровати» – это как?! Представляла себе кровать. Толкала чье-то, почему-то тучное, тело. Но оно продолжало нагло похрапывать. И, вообще, как можно проделывать подобное с внутренним голосом? Ведь он – часть ее подсознания, Катя в этом даже не сомневалась. Да и Вонючка подтвердил, сказав: «Детектив напрямую связан с тобой: он – часть тебя, но ты – вовсе не он». Хотя… ведь этот безумец бормотал и нечто совершенно обратное, будто бы В.Д – личность, «ищейка из имперского сыска». Как подобное может сочетаться?

Из раздумий ее вывела трель сотового. Это Нил, наконец, вернулся и вызывал «на ковер» в центр города – забирать назад эстафету старосты группы. Спешно оделась и выскочила на улицу. На такси тратиться не хотелось – время еще позволяло добраться на общественном транспорте.

Вечерело. Мороз крепчал, впиваясь в лицо тысячью острых иголочек. Свежевыпавший снег сочно скрипел под ногами. Новый год наступил, отгремели салюты и потянулась череда выходных дней. Народ, уже подрастративший запасы спиртного, покорно побрел в магазины, пытаясь догнать ускользающее ощущение праздника. Мимо неспешно проплыла девушка в короткой юбке и капроновых чулках – она смеялась и что-то шумно доказывала своему спутнику. Ее лицо раскраснелось, а изо рта валил пар. Прям загадка природы, зачем зимой так одеваться? Катя поглубже закопалась носом в край шарфа, уже влажного от дыхания, и покрытого снаружи мелкими наростами льдинок. Наконец подоспела маршрутка, и она блаженно окунулась в согревающее тепло салона…

Подсев за столик к Нилу и заказав чай, Катя начала рассказывать про то, как они с Владом спасали Пашу.

– Ты сдурела?! – почти сразу оборвал ее староста.

– Что?! – опешила она от такого «приветствия».

– Я же сказал, что приеду завтра. Нужно было дождаться меня. Я доверил тебе группу, а не кружок самодеятельности.

– Но… но… – залепетала, – но ведь Паша мог умереть…

– Я не верю во всякие там миры снов и подобную чушь. И при этом знаю, что Влад тот еще подонок. И ты все равно попросила его о помощи. Даже думать не хочу, что он потребовал взамен… – Катя вспыхнула и опустила глаза, – А по поводу Паши – уж извини, то, что он пришел в себя – заслуга врачей, а не твоего ненаглядного.

Нил говорил так убедительно, был столь категоричен, что Катя и сама усомнилась в реальности ночных событий. Хотя не сказать, что она и до этого была на сто процентов уверена, но все же…

– А если ты ошибаешься? Ты стал бы рисковать Пашей?

– А ты готова рисковать собой? Ты запись-то смотрела? Зачем я тебе ее дал, предварительно разжевав про внушение и способности?

– Смотрела, – внутри вспыхнуло привычное раздражение. – Но там ничего «такого» не было…

Нил тяжело вздохнул.

– Порой мне кажется, что ты банально невдупляешь происходящее.

– Э… невдупляю? – переспросила, полагая, что неверно услышала слово.

– Именно! Дятлу, чтобы добраться до жука, нужно проникнуть в сердцевину дерева. Добраться до сути, – он сложил пальцы клювиком и постучал по столу. – Ты же долбишь клювом о кирпич при том, что твой жук уже успел скрыться в зарослях. Ну, или червяк давно окуклился и упорхнул бабочкой, – здесь Нил красочно скопировал пальцем червяка, ползущего по столу, а потом сложил ладони вместе, изобразив бабочку, машущую крылышками.

– А ты точно иностранец? – с удивляющим саму себя спокойствием уточнила Катя. – Просто чересчур вольно трактуешь русский… – странно, но раздражение куда-то ушло. В голове сейчас была лишь кристальная ясность. И что-то еще… такое острое чувство, приятное. Превосходство? Удивительно. И она спокойно добавила: – О записи я тоже хотела поговорить, еще перед твоим отъездом. Я врезалась в столб, находясь под внушением?

Нил картинно воздел глаза к потолку, закрыл лицо руками, несколько раз резко мотнул головой. Затем провел скрюченными пальцами по щекам вниз, оставляя белые полосы следов на коже и, приоткрыв рот и подняв брови, разочаровано уставился на собеседницу:

– И все же я думал, что ты умнее…

– Это сугубо твои проблемы, – отрезала девушка. И вновь удивилась самой себе: вместо привычной раньше обиды внутри разливался океан безразличия. Это из-за энергии Влада? Он видит мир так же?! И равнодушно добавила: – Почему бы просто не рассказать все, что знаешь. Зачем пытаться вывести меня из себя?

Нил подозрительно сощурил глаза и просканировал собеседницу с головы до ног. Затем улыбнулся.

– Хорошо, тогда слушай внимательно, – и принялся объяснять, медленно и терпеливо разжевывая, словно пятилетнему ребенку, и используя для наглядности доступные на столе предметы. – Смотри, это будет дорога, – взяв горсть зубочисток, Нил начал неторопливо соединять их в две горизонтальные линии. Он делал это аккуратно, стараясь класть палочки, имитирующие бордюр, четко острием к острию. В процессе укладки одна зубочистка чуть сдвинулась с места, и староста долго подтыкал ее назад пальцем, но, очевидно, стол имел небольшой наклон…

– Я отлично знаю, как выглядит дорога, – холодно бросила девушка.

– А… ну тогда ладно, – и парень невозмутимо продолжил: – Когда ты отправилась в участок писать заявление на брата Влада, он, прихватив докторишку, последовал за тобой на машине, – Нил придвинул к себе солонку и перечницу на подставке. – Ты повернула на полосу движения, уже находясь в иллюзии, – бросил быстрый взгляд на спутницу, рот которой начал раскрываться для вопроса, и уточнил: – Установка на смерть может быть прямой, когда человеку приказывают убить себя, при этом он слышит в голове голос, которому не в силах сопротивляться. Однако такими жесткими методами подобные товарищи пользуются редко: жертва может взбрыкнуть и вырваться, все же инстинкт выживания в человеке очень силен. Гораздо проще сделать непрямую установку – на человека как бы наводят «морок», и он убивает себя, не чувствуя опасности. К примеру, идет на балкон четырнадцатиэтажки и перемахивает вниз, твердо уверенный, что просто заходит в лифт.

Не сдержавшись, Катя вставила свои пять копеек:

– Нам на элективе по психиатрии рассказывали, что если внушить человеку, что окно в многоэтажке – это дверь, и попросить выйти в нее, он просто проигнорирует посыл…

Лицо старосты сделалось таким, будто он проглотил лягушку, а та оказалась дохлой. Девушка осеклась и смолкла. Нил вернул лицу первоначальный вид и принялся объяснять дальше:

– Когда ты вышла на дорогу, то все еще полагала, что находишься в пешеходной зоне, – подцепив двумя пальцами маленький пакетик сахара с блюдца, он поперчил его и расположил у «бордюра». Потом, словно спохватившись, резко отдернул руку и, умыкнув ложечку из Катиного чая, начал тыкать ею в пакетик, пытаясь заставить тот преодолеть полосу зубочисток. Девушка поморщилась, обреченно наблюдая, как от его бесхитростных действий съехала часть дороги, и он вдумчиво чинит поврежденный участок… И вдруг ее осенило – староста просто ждет, когда она озвучит вопрос.

– А… почему ты так решил?

Нил прервал занятие и в упор посмотрел на спросившую:

– Любой адекватный человек, выходя на проезжую часть, автоматом косит по сторонам и старается перейти быстрее. Он огляделся, но, не найдя ничего более подходящего, взял салфетку и начал отрывать от нее кусочки. Скатывая в шарики, он располагал их на дороге – типа это машины, – Ты же шла как зомби, с одинаковой скоростью и упертым перед собой взглядом.

Катя слушала и не верила собственным ушам:

– Ты сделал выводы о внушении только на основании этого… или отследил, где находилось мое внимание?

Но Нил проигнорировал вопрос, продолжив:

– Ты вышла на дорогу, не замечая машин вокруг, благо, с твоей стороны они только что проехали, – он прокатил три бумажных катушка слева направо, и подтолкнул пакетик с сахаром дальше. – А вот по противоположной полосе как раз и мчалась газелька… по твою душу. Если бы ты шла с прежней скоростью, а не тормознулась перед разделительной линией… – и староста начал катить особо крупный шарик к пакетику с сахаром, а пальцами другой подталкивать пакетик ему навстречу.

– Очевидно, что я просто увидела газель и остановилась, – девушка прижала палец собеседника своим, пытаясь пригвоздить пакетик к столу, тем самым предотвратив неизбежное столкновение двух тел.

– Нет, в этот момент ты вышла из-под контроля докторишки, – Нил ловко увел пакетик в сторону и стряхнул с него перец. – Ты ведь не смотрела на приближающуюся машину. Резко вздрогнула, развернулась и побежала назад…

Не удержавшись, Катя громко чихнула, нещадно разметав по столу все творчество Нила. Он, нисколько не расстроившись, внимательно уставился на нее и произнес:

– Так как тебе удалось вырваться из иллюзии? И ты ведь сразу сообразила, что нужно потерять сознание, чтобы он не смог воздействовать снова… точнее, ты об этом знала. А то, что бросилась под машину Влада, значит, ожидала от него реакции… полагала, что он тебя вспомнит. Я, вообще-то, учитывая все это, думал, что ты просто косишь под дурочку…

– А я такая и есть, – спокойно закончила девушка, отстраненно наблюдая, как у собеседника отваливается челюсть, и добавила, – И я, вроде как, могу прыгать назад во времени.