А-Рина Ра – Седьмое Солнце: предстояние (страница 2)

– Больными на работу не ходят, – догнал в дверях голос.

– С чего ты взял, я здорова… – и вдруг ее накрыл невероятный по силе озноб.

Катя съехала по косяку вниз и, обхватив себя руками, затряслась от холода.

– Ты… ты подсыпал мне что-то в чай!

– Полагаешь, я на такое способен? – Антон вышел из комнаты, но уже через минуту вернулся с одеялом. Замотал в него по самый нос и перенес в кровать. – Ты сопротивляешься внутренним изменениям, но они неизбежны. Поэтому тело выбрало болезнь. Я знаю, что случилось с мальчиком, которого вы пытались спасти, – он обнял поверх одеяла и положил ее голову себе на плечо. – Поплачь, и тебе сразу станет легче.

– Давай ты не будешь пытаться развести меня на эмоции, – выдавила чуть слышно. В груди словно образовался ком, мешающий сделать полный вдох. Все плясало перед глазами, а зубы выстукивали барабанную дробь.

– В твоей семье не было примеров любви и доверия, поэтому ты не знаешь, как это делать. Но твоя жизнь только в твоих руках. Я могу научить тебя.

– Нет… ты и так подошел слишком близко… – прошептала, уже соскальзывая в сон.

Дальнейшее напоминало бред больного, чем, очевидно, и являлось на самом деле.

Сначала она очутилась в однородном белом пространстве, оно непрерывно двигалось, создавая ощущение, что она то ли падает, то ли летит вверх. Кажется, это продолжалось целую вечность. Катя много раз пыталась проснуться, пошевелив рукой, но непременно вновь скатывалась назад.

А потом к ней явилась собственная Тень. Она стояла у кровати и все ширилась, ширилась… Или это тоже был сон? Ужасно саднило горло, от слабости тряслись руки, а из грудной клетки прорывался кашель. И было очень страшно. А еще, похоже, кто-то приходил: свет в комнате то включался, то гас, а до сознания долетали обрывки разговора.

Потом что-то неуловимо изменилось, и дальше ей снился Димка. Он отдыхал с семьей на курорте: подбегал к кромке моря с игрушечным ведерком, черпал соленую воду и нес ее к большой крепости из песка. Вокруг нее уже вовсю шло строительство рвов. Когда укрепления были готовы к долгой осаде, детвора рассредоточилась по пляжу, перекидывая друг другу надувной мяч.

У Димки слетела панама, и мама заботливо вернула ее назад. Потом глава семейства учил мальчика плавать. Вода была прозрачная и теплая, в ней плескались маленькие рыбки, и были видны разноцветные камешки на дне. Следом появились дельфины, они подплыли к самому мелководью, и дети со счастливым визгом устремились в море. А еще… Катя присмотрелась: прямо из песка около воды росли странные деревья – стволы были коричневые и голые, как у пальм, а листья – огромные, овальные, салатного цвета с желтоватой бахромой. Последних было много, и они создавали целые оазисы тени.

Огляделась по сторонам, и обнаружила рядом раскидистые кустики с красными крупными ягодами. Подошла поближе, наклонилась… да это же клубника! Не удержавшись, отправила одну ягодку в рот. По вкусу – как мандарин. Крупная стрекоза с крыльями разных цветов пролетела мимо. И… их у нее было три пары!

Даже солнце здесь не жарило, как обычно бывает летом у моря, а будто нежно прикасалось к коже. Подставила раскрытую ладонь и лучи легли на нее, словно тончайший лен.

Она что, в сказочный сон попала?

Вдруг вспомнила, как это проверить, и посмотрела под другим углом: мальчик едва уловимо светился, а все остальное выглядело плоским, не имело собственного источника энергии, являлось обычной иллюзией. Уже хотела подойти к Димке, но тут почувствовала, что кто-то удерживает за другую руку. Этим человеком оказался Антон, и он кивком головы указал правее.

Перевела туда взгляд и замерла – на махровом полотенце лежала она сама в купальнике, загорала и читала книжку. Конечно, ее двойник тоже был подделкой.

Замерла в нерешительности, и следом вспомнила, как слышала, будто нельзя вот так с собой встречаться. По спине пополз холодок, а окружающая картинка начала замедляться, размываться и таять. Димка вдруг вздрогнул и растерянно заозирался по сторонам.

– Перестань паниковать, так ты разрушишь его сон, – предостерег спутник. – Вот если бы ты сама была иллюзией, а она, – он кивнул на исчезающего двойника, – реальной, или же вы обе оказались настоящими, – то да, была бы проблема. А так – для беспокойства нет причин, хоть с десятком себя столкнись. Сейчас главное, что сны мальчика теплые, спокойные и цветные. Не стоит его лишний раз шокировать. Пусть он отдохнет здесь. Потом, если ты достигнешь бессмертия, сможешь забрать его с собой…

Катя усилием воли подавила страх, и в то же мгновение все вокруг вновь заискрилось красками и потекло с привычной скоростью. Димка счастливо улыбнулся и продолжил плескаться в воде.

Она развернулась сосредоточила внимание на спутнике, чтобы узнать, что тот на самом деле из себя представляет, но он внезапно исчез из фокуса.

Потом ее кидало из одного сюжета сна в другой, и в них также присутствовал Димка, но на проверку он всегда оказывался обычной иллюзией.

Пришла в себя от чириканья птиц за окном. Открыла глаза – на улице опять наступало утро. Сейчас она чувствовала себя значительно лучше, но двигаться по-прежнему не хотелось. Антон сидел рядом на стуле и что-то читал. Заметив, что девушка пошевелилась, он отложил книжку, встал и потрогал ее лоб.

– Вижу, уже идешь на поправку. Вечером ты кричала во сне и металась по кровати, и я остался ночью рядом, – он мило улыбнулся и добавил: – Кстати, пока ты спала, приходил терапевт, он открыл больничный и выписал кучу лекарств. Но ты отказалась их пить, и мне пришлось…

– Нет… – оборвала его, истратив разом все силы, – на этот раз не говори, что ты сделал…

– Хорошо, – рассмеялся он. – Ты еще поспи, а я пока отлучусь ненадолго, нужно навестить Нила. Когда вернусь, буду тебе горчичники ставить и бульоном кормить.

Катя хотела объяснить, что к горчичникам современная медицина относится без энтузиазма, бульон вреден выздоравливающему, а Нил на что-то ужасно злится, но говорить совсем не хотелось. Она покорно закрыла глаза и вновь позволила сну увлечь за собой.

В.Д сидел на подоконнике и нервно вылизывал лапу. В последнее время это занятие вошло у него в привычку. И что только не сделаешь ради хорошей конспирации! Вначале он давился собственной шерстью, которая так и норовила прилипнуть к языку, а потом просто стал незаметно срыгивать ее по углам. Вот только чиститься между задних лап до сих пор брезговал. Как-то не пристало уважаемому в прошлом сыщику подобными низменными вещами заниматься.

Сегодня с самого утра убийственная аура витала в воздухе. Нил и до этого был не в духе, а сейчас и вовсе засел в гостиной, с каким-то маниакальным интересом рассматривая свои метательные ножи. В.Д держался сколько мог, затем пару раз дернул белым пушистым хвостом и решил все же убраться с глаз долой, да куда подальше. Слежка слежкой, а плохое предчувствие тоже не стоило сбрасывать со счетов. Особенно, если оно подкреплено кошачьей интуицией. Он изогнул гибкую спину, зевнул во всю пасть и направился к входной двери. Однако далеко уйти не успел, у выхода буквально налетел на Антона.

– А ты откуда тут взялся? Шпионишь наверно?

В.Д замер, но следом парень беззаботно рассмеялся собственной шутке и, взяв на руки, понес назад. Животное истошно замяукало, пытаясь предупредить о надвигающейся опасности.

– Что такое, тебя кто-то напугал? – удивился гость и, приподняв повыше, заглянул в вертикальные кошачьи зрачки. Затем, пожав плечами, перехватил тушку под верхние лапы и прижал ее спиной к себе.

Они переступили порог гостиной, сделали шаг к дивану, и в ту же секунду в них полетел нож.

Глава 2. К вопросу о преемственности в разных группах

Едва уловимое движение в сторону, поворот корпуса, звук удара лезвия о стену позади, и В.Д резко взлетает в воздух. Мир вокруг стремительно вращается, глаза выпячиваются из орбит, а испуганное мяуканье растягивается в протяжное «М-я-я-у-у…». Воздух свистит в ушах. Не разобрать, что там происходит внизу, изображение сливается в сплошные цветные пятна. А следом скорость замедляется, шерсть на загривке едва соприкасается с потолком; он на мгновение словно замирает там, и тут же набитый едой живот дает о себе знать, увлекая вниз. Язык прилипает к небу, искажая звук в подобие шипения, а лапы инстинктивно группируются при падении. Однако он усилием воли разводит их в стороны, пытаясь превратиться в подобие белки-летяги.

Антон стоит на прежнем месте, зажав между ладоней нож, в нескольких сантиметрах от своего лица. В следующее мгновение он перекладывает его в левую руку, не глядя ловит животное и мягко опускает его на пол.

– Ого, ты сместил центр тяжести, – парень уже внимательно рассматривает лезвие. – Вот почему ножи летели немного не так, как раньше. Ради меня старался? Но ведь котик мог пострадать…

– Это кошка, – проворчал Нил и уселся назад в кресло. – Белочкой ее зовут. К тому же, ты вроде как можешь лечить.

В.Д мутило и шатало, а лапы дрожали от пережитого только что ужаса. Он сделал несколько неуверенных шажков в сторону.

– Серьезно, кошка? – и вдруг почувствовал, что снова взмыл в воздух. Заранее весь сжался, но оказалось, Антон просто поднял его за холку и заглянул между лап. – Действительно. Никогда бы не подумал, – с этими словами он отпустил, развернулся и подобрал на полу у стены еще два ножа. От них он, видимо, просто увернулся. – Что тебя разозлило настолько, что ты прям тут соревнование устроил? – обошел кресло и передал их Нилу. – Хорошо еще, что потолок высокий…