А. Райро – Темный ратник. Факультет. Том 1 (страница 11)

– Подключимся к «Ратнику» вместе. Я посмотрю, на что ты способен.

В тот вечер я впервые выиграл бой с криптоформой.

Прошло ещё полгода до того момента, как Айверен сам предложил мне примерить на себя настоящий доспех.

Так и началась моя карьера оператором боевых машин А-класса в корпорации «Тайнен-Тех». Броннан гордился мной, и всё шло хорошо.

Брат готовился к операции на лёгких в новом госпитале в пригороде Финнипега, а я готовился испытать партию свежих машин для пограничников.

Весь мир ждал третьей атаки криптоформ.

А потом я взорвался… просто взорвался в доспехе… глупо, по-идиотски. Оставил брата одного, без поддержки и средств к существованию, без защиты. Как он теперь один, двенадцатилетний пацан с тяжёлой формой астмы в мире, который на грани исчезновения? Броннан…

– Кто такой Броннан? – внезапно услышал я совсем рядом. – Это какой-то новый учитель? Он уже как полчаса твердит: Броннан, Броннан.

– Нет, адами Фонтей. Похоже, у него галлюцинации. Никакого учителя с фамилией Броннан у нас нет. Постарайтесь привести парня в чувство, он не должен опоздать на церемонию вступления. Раз он прошёл экзамен, причём, такой жёсткий экзамен, то Трон-Стронг обязан его принять. Хоть он и из рода вырождающихся магов. Таких не жалуют нигде.

– Говорят, экзамен пытались сорвать, да?

– К сожалению, это так. Четверо претендентов в ученики бесследно исчезли с арены. Погиб наш дежурный ратник.

– Не считаете ли вы, что это опять они, директор Стронг?

– Да, это именно они, Филат.

Я ощутил запах табака, услышал грузные шаги, потом – как захлопнулась дверь, и лишь после этого открыл глаза…

Эпизод 5.

– Как же я рад, адами. Добро пожаловать в Трон-Стронг.

Надо мной нависла крупная физиономия.

Очень крупная, но на первый взгляд вроде бы безобидная. Толстые щеки, белые брови, маленькие глазки и зашкаливающее добродушие.

Это был высокий мужчина лет сорока в зелёном костюме, кожаном фартуке и странной шапке, очень похожей на шлем лётчика. Шапка тоже была сделана из кожи и даже оборудована съёмными защитными очками.

– Ну вот вы и в порядке. – Мужчина расплылся в улыбке, оттого его щёки стали ещё толще и выпуклее. – Ох, как же вас покусали! Но это ничего… всё будет хорошо. Теперь вы в безопасности. Пришлось использовать целых две свечи, но я успел как раз вовремя, да и укусов почти не видно. Всего лишь самую малость, но и это скоро пройдёт.

Я повернул голову, чтобы хоть немного оглядеться и понять, где нахожусь.

– Это больничный чертог, – поспешил пояснить мне человек в шлеме.

Он выпрямился и махнул рукой, показывая мне свои владения. Почему-то я нисколько не сомневался, что этот человек – врач. Может быть, они тут как-нибудь иначе назывались, но то, что передо мной врач, было очевидно.

Я лежал на кровати в окружении не меньше десятка таких же кроватей, застеленных зелёными покрывалами. В окна било солнце, заливая светом просторный зал.

У каждой кровати на тумбах я заметил лампы с плафоном в виде трубки, крепящиеся на деревянных треногах.

– Это заклинательные свечи, адами. – Похоже, доктор следил за каждым движением моих глаз и старался пояснить всё, что вызывало во мне хоть какое-то недоумение.

Я не стал больше ничего разглядывать и посмотрел на здоровяка.

– Почему вы всё время называете меня «адами»? Моя фамилия… э… Нобу.

Чуть не сказал – Беннет, но вовремя остановился.

Мужчина сдвинул шапку-шлем на затылок и поцокал.

– Как же всё-таки вас сильно покусали, адами.

– Ну вот опять, – поморщился я.

Врач будто даже растерялся. Он захлопал маленькими глазками и ответил:

– Адами – это обращение к мужчинам. Эвен – к женщинам. Вот вы сказали, что ваша фамилия Нобу. Значит, обращаться к вам следует «адами Нобу». Это правило этикета. А я для вас «адами Фонтей». Ну а если в полной форме представляться, то меня зовут Филат Фонтей. Я маг-джадуг.

Я вскинул брови.

– Кто?

– Маг-джадуг, – терпеливо повторил врач, видимо, думая, что после укусов я не соображаю. – Это маг с врождённым даром к заклинательству. А вообще я владею магической сваркой. Это редкость.

Значит, передо мной сварщик, да ещё и врач.

Хреновое начало.

– У меня есть кое-что. – Мужчина полез в ближайшую тумбу и вынул оттуда огромную бутыль с мутной жидкостью. – Вот. Знакомьтесь. Моя пенная амброзия собственного приготовления. Похмелитесь.

– Похмелиться?.. – Я с сомнением уставился на бутыль.

Из той же тумбы здоровяк достал деревянную кружку, быстро откупорил бутыль зубами и плеснул жидкости в кружку. Шапка пены появилась мгновенно, как от шампанского, и полезла через края.

– Выпейте, и вам сразу станет лучше. По себе знаю. – Мужчина закивал, протягивая мне своё пойло. – Ну же, не стесняйтесь.

Я с опаской взял кружку. Тоже, кстати, немаленькую.

Принюхался.

От напитка несло кислым пивом, но в целом не так уж и противно.

Сделав глоток, я облизал губы и подал кружку обратно. Фонтей покачал головой, забрал напиток и в мгновение ока вылил его себе в глотку. Весь сразу. Потом причмокнул, вытер губы тыльной стороной ладони и смачно отрыгнул.

– Мою пенную амброзию жалует даже директор, а он большой привереда… только не говорите ему, что я так сказал. – Врач подал мне руку. – Вы готовы встать, адами? Вам нельзя опаздывать на церемонию вступления. Вы ведь читали правила?

– Правила… ну да… читал… – Я взялся за руку сварщика и поднялся с кровати.

– Только вам бы переодеть больничную пижаму. Костюм для церемонии ждёт вас за ширмой. Вон там. – Фонтей указал мне за спину.

Я обернулся и увидел большую зелёную ширму высотой почти до самого потолка.

– Это чтобы мои помощницы не подглядывали, – смущённо кашлянув, пояснил врач. – Знаете, за ними водится такой недостаток… но он нисколько не мешает лечению пациентов, уверяю вас. Никто пока не жаловался.

Вздохнув, я отправился за ширму.

Отличная подбирается компания. Ратник-неврастеничка с манией величия, врач-сварщик, медсёстры-вуайеристки. Кто тут ещё есть?

За ширмой меня действительно ждал костюм.

Куртка с мелкими пуговицами и стоячим воротником, майка, брюки на подтяжках и что-то вроде мокасин. Одежда походила на обычную, близкую к спортивной, только она была совершенно белого цвета, без каких-либо вставок, рисунков или нашивок.

Я быстро сбросил с себя пижаму и облачился в белую форму, но когда вышел из-за ширмы, врач тут же вернул меня обратно с возгласом изумления:

– Вы забыли надеть нейтральную перевязь! Нельзя ходить без перевязи по территории школы!

Вернувшись, я отыскал под брошенной пижамой ленту белого цвета. Похоже, это и была нейтральная перевязь.

Ко мне за ширму вдруг ввалился и сам сварщик. Теперь, оказавшись рядом с ним, я смог оценить, насколько он высок, неказист, ещё и с приличным животом.

В руках мужчина держал большое зеркало. Он подставил мне его под нос так неожиданно, что я отшатнулся.

Чёрт! Не ожидал увидеть себя… таким.

Где привычные очки? Где тощие руки? Где костлявые плечи?

Теперь я выглядел как актёр молодёжного боевика: широкоплечий, жилистый, с идеальной осанкой. Как сказала Триш: голубоглазый брюнет. Лет мне было около семнадцати, не больше.

Спасибо, хоть возраст остался тот же.