А. Никл – Я – Демон лени, покоривший этот мир ради того, чтобы мне дали поспать (страница 42)
— Да какое оно доброе? — оскалился я, облокачиваясь на стойку. — Если я до сих пор не сплю?
— У вас такие красные глаза, — он попытался сменить тему. — Я могу вам предложить капли от…
— Хватит нести чушь! — я обрушил кулак на столешницу. — Твоё лекарство не сработало! Понимаешь? Не сработало! Реклама — врала. Ты — врал мне! Я выпил все десять таблеток одновременно и даже на часик не уснул!
Аптекарь затрясся, но убивать его я не собирался. Так, поговорить, может, деньги вернуть.
— Что делать-то будем, а, человек? — я нахмурился. — Фактически, ты меня кинул. Взяли деньги и дал пустышку.
— Я… я, — он заблеял. — Я сейчас полицию вызову!
Вот черт. Полиция равняется тюрьме. Хотя куда страшнее, если об этом узнает Нина… В любом из раскладов сна станет лишь меньше.
— Не нужно полиции, — менее громко, но также злобно пробормотал я. — Просто, верните мне мои деньги.
— Не имею права, — честно ответил он. — Кассу сдал уже утром, и, если я из нее что-то вынесу, меня посадят! А таких как я, — он всхлипнул. — Обязательно будут унижать. Да и тем более, вы же уже выпили таблетки… тогда как я могу вернуть товар?
Смысла его фразы я не понял. Точнее, ее окончания. Тем не менее, я же не мог уйти с пустыми руками?
— Замени лекарство, — приказал я и, понимая, что он от страха вообще одурел, даже соображать перестал, схватил его за грудки и использовал свой навык убеждения. — Я. ХОЧУ. СПАТЬ! ДАЙ МНЕ ЧТО-НИБУДЬ ДЛЯ СНА!
В этот же миг, в аптеку вошла бабушка. Тихонько подошла ко мне, постучала клюкой по спине, и пробормотала:
— Что, тоже свечи от геморроя не помогают? А я так и знала, что это не аптека, а пристанище шарлатанов!
Если бы не появление бабульки, пожалуй, я бы из него вытряс всю правду. А может и нет. Он же всего лишь продавец. Не он делает эти лекарства…
— Бабуль. Подожди немного. — Проговорил я. — Сейчас я вытрясу душу из этого человека, и потом придет твоя очередь.
Аптекарь затрясся еще сильнее и тут же положил на стойку две каких-то штуки оранжевого цвета.
— Вставьте в уши, — прокомментировал он, трясясь. — И ничего не услышите!
О, а вот это хорошо.
Я коротко поблагодарил аптекаря, улыбнулся бабульке добродушной улыбкой и вышел.
Беруши, которые мне дал лекарь, однозначно помогали. Но только в дневное время, когда в общежитии почти никого не было. А может и не помогали на самом деле, но не верить в это, не хотелось.
Проснулся я от самого обычного храпа. Причем, Алиного. Маленький детеныш лежал на своей тахте и херачил как дюжина солдат в пустом поле. Я молча встал, потер глаза и посмотрел на настенные часы.
— Ну, хоть пять часов поспал, — недовольно пробормотал я. — Черт, — поковырялся в ухе и понял, что беруши имеют свои недостатки.
Уши болели, а от этого пухла голова и ощущения в целом, были неприятными.
Я слегка дернул за ногу Алю. Авось, храпеть перестанет. Будить ее не собирался, все же, не поступай с другими так, как не хочешь, чтобы поступали с тобой, но чуть-чуть перестарался. Девочка тут же открыла глаза и внимательно посмотрела на меня.
— Ты чего? — ее сонные глаза быстро-быстро хлопали. — Нина уже пришла?
— Понятия не имею, — честно ответил я. — Ты мне лучше вот что скажи, как в таком маленьком теле, прячется огромный и толстый мужик?
Аля, ничего не понимая, просто пожала плечами, а затем, резко переключилась с темы, вспоминая, что у нее произошло в школе.
— Ты не поверишь, — она выбралась из своей комнатки и села на мою кровать. — У нас ученики пропали!
Я покосился на ее восхищенное лицо и не понял суть проблемы.
— Меньше маленьких детишек — спокойнее нервная система, — начал я свое умозаключение. — Так что кто-то просто сильно от них устал.
— Да нет, ты не понял, — заулыбалась она еще шире. — Все волкодавы в школе пропали! Прикинь⁈ Как по щелчку пальцев! Ходят слухи, что отец всех волкодавов города, готовиться к какой-то войне! Башни строит, стены… ждет кого-то.
— Вообще наплевать, — я раздраженно выдохнул, услышал, как поворачивается ключ во входной двери. — Пускай хоть под землю спускаются, мне то чего?
— Не слышал, с кем они сражаются? Блин… так интересно! Хоть бы одним глазком посмотреть!
Я просто проигнорировал ее. Посмотрел на вошедшую Нину с пакетом в руках, оценил ее хорошее настроение и понял самое главное, сейчас нас вкусно покормят.
Двадцать пять бравых воинов, сверкая доспехами на дневном солнце, стояли напротив главного входа в резиденцию Эриля. Каждый из этих людей, был величайшим магами города. А еще, очень дорогим.
Когда волкодав расписывался в протоколе оплаты, по его лицу бежали слезы. Сказочные миллион золотых монет только за одного, оставил на его сердце очень глубокую рану.
Но все это было только ради того, чтобы ненавистный Рик, не смог подобраться к нему. Все, ради того, чтобы защитить своих детей.
— Сир, — низкорослый старик Михаил, поклонился своему господину, который сидел за столом, спиной к дверям. — Ведьма Агафья смогла уговорить Саамских ищеек. Сегодня, четыре могильные собаки встанут на защиту главных ворот.
— Хорошо, — холодно ответил волкодав. — Оплату уже произвели?
— Да, — ответил Михаил. — Трупные потроха закупили у городского морга. Охране и могильщикам заплатили за молчание. Только вот… запахи у ворот, это нечто ужасное.
— Зато они сразу набросятся на Рика, стоит ему только появиться на пороге, — улыбаясь, ответил Эриль. — Ну ничего, чертов человек, я уже почти готов!
Виктор бежал по темной улице города, оборачиваясь время от времени на преследователей. Четыре брутальных мужика, с палками в руках, вот-вот должны были его настигнуть. Но даже несмотря на то, что старик выдохся, желанное место, где он будет спасен, было совсем близко!
Один рывок и он вбежал в тупик между двумя старыми домами. Многоквартирным панельным домом и местным нищим общежитием.
«Только бы он был дома, — пронеслось в его голове, когда он сам себя загнал в безвыходную ситуацию. — Только бы был…»
Утром, он уже был здесь. Но вот только его спасителя не оказалось, и ему «утреннее» коллекторское агентство, уже отбило все почки. Вечером, внучка ушла на дополнительные занятия по этике, и в дверь его скромной избы, пол вечера долбились то одни представители «долгов», то вторые.
А вот эти… скоты, оказались самыми умными. Выкурили его, поджигая покрышки около окон.
— Ты посмотри, какой быстрый, — первый крепыш появился в пределе видимости старика. — А говорит, нечего отдавать! Да с такими ногами, только и работать!
— Я заслуженный пенсионер, — прошипел Виктор. — А ну отвалили от меня! — последнее, он сказал громче.
С надеждой поднял голову, посмотрел на окно, на которое указывал его вчерашний спаситель, и немного поник. Потому что никто не показался, и никто ничего не сказал этим вышибалам.
— Заслуженный пенсионер, говоришь? — второй амбал, как и остальные, показались в подворотне. — И ты решил, обмануть всех и вся? Набрать кредитов и ничего не отдавать⁈
— Я ничего не брал! — крикнул старик, поднял голову и ничего ровным счетом не произошло. — Это мошенники!
— Тогда, — один из крепышей размахнулся дубинкой, и со всей силы обрушил ее на ноги старика. — Надо было, — ударил еще раз по упавшему телу. — Звонить в полицию, а не посылать нахер таких, как мы. Или ты думал, — удар повторился, и старик заорал. — Что мы шутки шутить с тобой будем?
Старик извивался, испачкался, катаясь по луже как в жопу ужаленный. Кричал, скулил и в целом, вел себя как можно громче. Но что он мог поделать, когда его ежедневно пытались поймать то одни коллекторы, то другие?
Он уже не раз проклинал тот день, когда оставил заявку на сайте со сканом своего паспорта, чтобы получить приложение на телефон, где только и требовалось, что нажимать на экранчик и получать прибавку к пенсии. «Тапать», как говорила его внучка.
«Чертовы грызуны, — ругался он про себя. — Чтобы я еще раз купился на это…»
— Не убей, только, — рявкнул вдруг, один из коллекторов. — А то, как он деньги отдавать будет?
— Эй, идиоты, — громогласный голос зазвучал со стороны общежития. — А ну быстро замолкли! Я только засыпать начал!
— И вправду, — один из крепышей обратился ко своим. — Чего мы как нелюди? Люди спят, спят, а этот старикан орет как резанная свинья. Давайте, братцы, потише!
— Как потише, — старик понял, что удача от него отворачивается, и тот безумец, который живет здесь, не спустится его спасать. — Нельзя потише… — и тут же заорал. — ПОМОГИТЕ, НАСИЛУЮТ!
— Да чего ты орешь? — не выдержал один из мужиков. — Сказали же, не орать! Не мешай людям спать!
— Я, блять, сейчас спущусь, — грозный голос опять зазвучал сверху. — И тогда вырву ваши поганые языки. Заткнитесь!
— Простите, — самый крепкий и самый брутальный коллектор, поднял голову и искренне извинился. — Мы так больше не будем!
Рик ничего на это не ответил, и просто закрыл окно.
Надежда старика на спасение угасло окончательно, когда ему в рот засунули что-то большое и неприятное. Он похмыкал, встал с земли, точнее, его подняли, и начал хаотично соображать, что же ему делать.
Коллекторы приставили его к мусорному баку, и поочередно, влепили по пощечине, приговаривая: