А. Никл – Я – Демон лени, покоривший этот мир ради того, чтобы мне дали поспать. Том 2 (страница 30)
— Оу, Маргарита, — статная женщина спешилась, ухватила метлу, которая в ту же секунду влетела ей в ладонь и подошла к седовласой ведьме. — У тебя морщины подтянулись? А волосы так и меняют цвет, да?
Марго с удовольствием бы испепелила эту сволочь за такие неприятные слова, но подошедшие к их скромной компании другие ведьмы, быстро привлекли к себе внимание.
«Ну ничего, старая сука, — злобно пробормотала она. — У меня есть нити, за которые я могу потянуть тебя.»
— Маргарита, прекрасно выглядишь! — сказала одна из ведьм. — Новые поклонники?
— Марго, — заговорила вторая. — От тебя прям веет силой!
И дальше, тонна лести была в одном и том же духе. Маргариту любили больше, чем Викторию, и все же, несмотря на их разницу во внешности, сильнее была именно Марго. Ибо она была последняя из ведьм молний. В целом, бабу Любу в шабаше тоже любили. А все потому, что она никогда не отказывала в помощи остальным.
Когда все ведьмы спешились и окружили жилую избу, Маргарита на правах вызвавшей шабаш, вышла в центр круга, возвела руки к небу и в ночном небе начали мелькать молнии. Обряд созыва — начался.
Каждая из ведьм поочередно клала в небольшую шляпку, которая держала в руках Люба, что-то из своих личных вещей. Кто-то клал монету, кто-то — зуб. Были и те, кто запихивал в шляпку личных, сушеных питомцев и в конце концов, когда шляпа наполнилась предметами, Марго поставила ее в центр и сделала пару шагов назад. Воздух в ту же секунду стал тяжелым, влажным и спустя мгновение в шляпу ударила красная молния.
— Шабаш объявляется — открытым. — от громкого голоса ведьмы молний, толпа поежилась. — На повестки дня — новый враг. Нашу сестру, Любу, — Марго встала на центр выжженного участка. — Попытался уничтожить человек.
— Человек? — крикнул кто-то из круга. — Ее пытались сжечь? На нее напало целое поселение людей?
— Хуже, — парировала Люба. — Мне выбили все зубы, а перед этим прервали обряд омоложения.
Виктория издала короткий смешок, но после этого тут же притихла. Потому что на нее уставились все остальные, с осуждающими взглядами.
— Этот человек не маг, — продолжила Маргарита. — Он нечто… он гораздо сильнее магии. Кто он и какой силой пользуется — никто не знает. И еще… — она посмотрела на новую насмешку на лице Виктории и оскалилась в ответ. — Он смог уничтожить демона Пустоты, которого…
— Которого ты же и заточили в Биозаре? — Виктория сделала шаг вперед и на сей раз, все смотрели только на нее. — Может ты просто слабо заточила его? А? Ведь все знают, ведьмам вообще не должно было быть дела до того, что творят эти рогатые. Однако, почему-то ты решила поиграть в героя. Зачем?
— У меня хватило сил, чтобы запечатать его, — злобно ответила Марго. — И я это сделала. Не стоит сомневаться в моих силах, Виктория. — Она оскалилась и ее глаза тут же побелели. — Или мне вспомнить, как ты…
— Все, поняла! — тут же запротестовала Вика, отходя обратно в круг. — Спорить не буду, ты сделала то, что сделала и значит, у тебя были на то свои причины.
Виктория боялась, что Маргарита, как единственная свидетельница ее провала, озвучит всем то, что ведьмам делать нельзя. Влюбляться. А именно это Вика и сделала. Правда, прошло уже три века, но у позора нет срока годности.
— Он вытеснил демона из одержимого тела, — спустя полминуты, продолжила ведьма молнии. — И смог стянуть демоническое облако — выплеск силы, который образуется при силовом искоренении злого духа. Есть вопросы?
А вопрос у всех был один:
— И что ты нам предлагаешь делать с этим чудовищем? — больше десятка спросили синхронно. — Мы не сражаемся с богами, а по силам, он — бог!
— Не имеет значения, бог он или нет, — спустя некоторое время, Виктория прервала тишину. — Он, видимо, осознанно напал на Любу, верно?
— Верно, — кивнула баба Люба. — Он пришел сделал вид, что ему все безразлично, а потом, когда я начала кушать, он… он… — она всхлипнула. Уткнулась в плечо ближайшей соратницы и затряслась.
— Успокойся, сестра, — старую ведьму обняла другая старая ведьма. — Мы понимаем, что ты пережила…
— Кажется, я знаю, что делать, — Виктория взяла слово. — Дайте мне три дня, и ваш враг будет кормить червей.
После её слов пошел галдеж. Но никто больше не пытался выступить, даже Маргарита. Которая с удивлением смотрела на свою соперницу.
«И ты, потаскуха старая, реально думаешь, что справишься с ним? Ха! Ну давай, посмотрим!»
Казалось, шабаш окончился, задание было дано, только вот разлетелись не все. Кто-то рванул в город за новыми ощущениями. Кто-то, остался в болоте, но вот сама Вика выжидала, пока поляна опустеет не просто так.
— Знаешь, — она подошла к сидящей в позе лотоса Маргарите и положила ей руку на плечо. — Давай, наконец, договоримся.
— О чем? — не раскрывая глаз, спросила ведьма молнии. — Мне нечего тебе предложить.
— Если я выполню задание шабаша, ты навсегда забудешь о моей ошибки и больше в жизни, даже под страхом смерти, не будешь упоминать о моем провале.
Маргарите то, в целом, плевать было. Но сделка была ей только на руку. Теперь, Виктория, в лепешку расшибется, но отомстит за Любу, и убьет это существо. Они скрепили договор на крови, и никто нарушить его, отныне, не мог.
За окном скулила какая-то псина. Чихая от возмущения, я резко вскочил с кровати, почесал нос и агрессивно открыл окно. Под домом, буквально в паре метров, одержимый демоном енот, влетел в корпус «скулежницы». Сделал это красиво и по воинственному.
Что собака гавкала — я не знал. Не разбирался я в речи животных, да и в целом, не нуждался в этом. Но то, что собака пыталась мне что-то сказать, я не сомневался.
— Эй, Пшик, — обратился я к еноту. — Ты какого черта шумишь? Что, собаку в рог скрутить не можешь?
Енот мигом вскочил на задние лапы, вытянулся по стойке смирно и приложил лапку к голове, словно честь мне отдавал, и затем в каком-то причудливом пируэте, влетел в голову скулящей сволочи.
Я сощурился, сосредотачивая все свое внимание на этой собаке. А сосредоточится было очень тяжело. Сколько я нормально не спал, а? И опять же, стоило мне уснуть, как тут мордобой устроили.
Собака показалась мне знакомой. Ну, не сама собака, а душа внутри нее. Присмотрелся повнимательнее, похлопал себя по щекам, чтобы сосредоточиться и узнал одного мерзавца.
Хм. Некромант? Опять тут? Он что, все же решил мне дальше пакостить? Мало ему было его бунта в больнице? Сдохни ты уже наконец.
— Сволочь, — пробурчал я. — Это ты нарочно пришел мой сон портить?
Собака словно услышала мои слова. Вскочила на лапы и начала бешено мотать головой в разные стороны.
Енот в этот же миг ловким движением лапок, отправил собаку в нокаут. Крюк с левой оказался чудовищным по силе, и некромант просто не смог больше стоять на лапах. Затем, Пшик потащил его за хвост куда-то в кусты, и больше некроманта я не чувствовал.
Понятия не имею, что он сделал с этим существом, но, если честно было плевать. Я не ошибся в демоне, отныне, он будет сторожить мой дом. Осталось только придумать ему будку. Ну… чтобы не на траве спать. Хотя… пофиг⁈
Я закрыл окно довольный поединком. Завалился на постель и задремал. Поспал, к слову, не больше пары часов, потому что у меня проснулась совесть. Кто бы знал, что наличие совести я буду настолько ненавидеть?
Но об этом я сейчас расскажу поподробнее.
Я стоял около озера бездны. Красивое место, если честно. Здесь плавали души неугодных, которые словно мировые дельфины, постоянно всплывали и прыгали в воде, поражая своей грациозностью будущих трупов.
Именно здесь я впервые в своей жизни познал дзен. Отрывая башку тысячелетнему Василиску, который гнобил моих рыбаков. Убивая монстра, я получил забавную силу — убеждения. И именно с неё и началась череда освоения различных техник.
Можно даже сказать, что благодаря этому героическому поступку я и стал сильнее. Точнее, начал совершенствоваться.
— Великий демон, — передо мной, на берегу адского озера, почему-то, стояла темная эльфийка, которую я спас от харакири. — Позволь мне сесть на колени и доказать тебе свою преданность?
А что тут делает эльф? Я покосился на красивую, к слову, даму, почесал нос, ожидая чиха, но вот его не было.
— Ненавижу эльфов во всех их проявлениях, — я пожал своими могучими плечами и посмотрел на свою огромную руку, которая была не человеческой.
«Черт, это всего лишь сон… — сразу же понял я. — И… как хочется вернуться, и как хочется ворваться, в милый дом…»
— Как вам не стыдно, Великий? — не унималась эльфийка, растягивая свой доспех на груди. — С вашей силой, вы не захватываете мир, а мирно спите!
Стыдно? Мирно? Черт!
— Да твою мать! — я резко сел в постели и еще раз выругался. — Да какое мне дело до этого мира, до Нины, которая вместо меня сейчас собирается на работу⁈
Совесть, которая разыгралась во время и после сна не унималась. Она словно твердила мне: пора вставать, пора что-то делать. Сон — для слабаков!
Последнее, раздражало еще сильнее. Я встал с кровати, подошел к окну, посмотрел на солнечное небо и тут же определил, что уже полдень. И почему совесть решила мне напомнить о себе, когда дома уже никого быть не может⁈
Львиный Зев оказался на заключительном этапе проделанной работы для прокуратуры. А еще, он был на последнем шагу перед вручением медали. Потому что следы неизвестного человека, который спас город от некроманта и некромантии, заканчивались около непонятного дома на опушке леса.