А. Никл – Тринадцатый VII (страница 24)

— Я не поеду. Но вы можете стать моими посланниками. Глобал там ловит, так что мы сможем переговорить с правителем Африканской республики по защищённой связи.

— Подожди, но как мы без Алексея? — спросил у Ольги её муж.

— Ох, хватит уже надеяться на других. Мы с самого начала понимали, что Алексей с нами не поедет, — ответила Краснова.

— Но попробовать стоило.

— Ага, за спрос не бьют, — ухмыльнулся я. — Только вот как вы до Африки доберётесь? Такое лицо ни одна магия, и никакой грим не скроет.

— Это мы и хотели обсудить, — серьёзно продолжила Ольга. — Пока у нас нет вариантов, чтобы нас не опознали по пути.

— Хм, ну я вам разве что летающего регата могу одолжить. Дня на три, не больше.

Судя по скорости, какую умеет развивать Зубастик, полтора дня ему хватит, чтобы доставить Красновых через стену с Африканской республики. А там уже им ничто не помешает добраться до столицы самим.

— Нет! Только не полёты! Я ещё от прошлого не отошёл! — вздрогнул Краснов.

— Тогда ждите, пока вас раскроют. Но в этот раз казнь не станут откладывать.

— Пора уже разобраться со своими страхами! Я хочу жить. И не просто жить, а быть с тобой! — сказала мужу Ольга.

Её слова его задели. Он выглянул в окно, за которым было видно, как Зубастик нежится в снегу. Но снова по телу здоровяка пробежали мурашки.

— Смерть или ещё один полёт? — прямо спросил я. — Второй раз предлагать не стану.

Глава 9

— Ольга, ты меня прости, но я на этого регата больше не полезу! Какая разница, где подыхать: в полёте от инфаркта или здесь от рук имперцев? — обратился к жене Краснов.

— Да не умрёшь ты в полёте, не надо себя накручивать! — возразила ему Ольга.

Я же пока слушал их перепалку, потянулся к тёплым пирожкам. Уж больно вкусный аромат от них исходил, тут бы никто не устоял.

О, а этот с мясом оказался! И начинка такая сочная.

Так, ну думаю, что Красновы не обидятся, если я съем ещё пирожок. Или всю тарелку… Всё равно, пока они спорят, меня не особо замечают.

Так, а с чем этот круассан?

Рука потянулась к сладкому лакомству.

— Алексей Дмитриевич, он согласен, — обратилась ко мне Ольга.

— Да не согласен я! Не надо за меня решать.

— Вы сами разбирайтесь, а я подожду, пока вы договоритесь, — сказал я. — Мне нужно конечное решение от вашего мужа, а не от вас, Ольга.

Красновы продолжили спорить на повышенных тонах.

Так, пусть ругаются… Пусть…

Пока я уничтожаю круассаны с начинкой в виде сладкой варёной сгущёнки.

Вроде бы на первый взгляд ничего сложного в этой выпечке… но как же вкусно! Гораздо вкуснее, чем в столовой училища.

Может, я просто соскучился по простой еде. Куда сгущёнке до тирамису, который повара подавали вчера на ужин.

Если Краснов не полетит в Африку, то и тут его талант можно пристроить. Например, к себе на кухню.

Мне бы о глобальных мирских проблемах думать, о союзе с Африканской республикой и мировом заговоре… И я думал, пока от выпечки на столе не осталось ни следа.

Пора было заканчивать бесконечный спор, в котором не было лидеров. Раз Красновы сами не могут договориться, то придётся направить их мысли в нужное русло.

— Ну, если лететь не хотите, то могу вам должность повара в своём поместье предложить, — обратился я к Краснову и допил чай.

— Алексей Дмитриевич, это предложение оскорбительно для дворянина! — насупился здоровяк. — Я аристократ, а не прислуга!

— Почему же оскорбительно? Вы в розыске. А вечно сидеть в стенах этого дома вам быстро наскучит. Так зачем пропадать поварскому таланту?

— Я дипломат, а не повар…

— Вы мутант, будем откровенны. И все доступные вам варианты, куда податься, в Российской Империи можно по пальцам пересчитать. Возможно, в Африканской республике живут более снисходительные люди, но вы туда не попадёте.

— Мне не нравятся ваши сомнения, князь.

— Это всего лишь факты. Предпочитаю быть откровенным со своими союзниками.

Краснов начинал злиться, отчего его лицо потемнело. Правда, сейчас ему бы больше фамилия Синий подошла.

Со стороны казалось, что я веду непринуждённую беседу, но на самом деле специально выводил Краснова на эмоции. В его случае только гнев мог пересилить страх полётов.

В самом деле, не самому же мне в Африку лететь!

Я бы мог, конечно… Но для этого понадобилось бы выкроить много времени, которого у меня сейчас нет.

В современном мире, где за стенами бродят страшные монстры, поездки на длительные расстояния — всегда большой риск. А для Краснова, с его синим лицом и положением преступника этот риск увеличивался в десять раз.

— Кажется, всем нам надо успокоиться, — сказала Ольга и приоткрыла окно на кухне.

В помещение подул холодный ветер, забирая с собой запах ароматной выпечки, что до сих пор висел в воздухе.

И этот запах привлёк Зубастика, развалившегося в снегу под окнами. Он просунул голову в оконную раму и осмотрелся в поисках лакомства.

Красновы были видящими. Оба, хоть и не с рождения.

— Уйди, монстр! — начал причитать на Зубастика здоровяк.

Он даже окно закрыть попытался, но регат не двигался с места.

— Он, между прочим, тоже не против вас поваром нанять, — ухмыльнулся я.

Разговор перетекал за грань абсурда. Но в этом и заключался план.

— А планка требований всё опускается, — усмехнулась Ольга.

— Отнюдь. Выпечку вашего мужа мы будем оценивать со всей скрупулёзностью и серьёзностью, — пообещал я, стараясь не засмеяться.

Здоровяк столкнулся взглядами с Зубастиком. Он сверлил регата взглядом, но питомец не обращал внимания. Зубастик отправлял образы, что проголодался.

— У вас там, смотрю, ещё пирожки на подходе в духовке, — подметил я.

— О, точно! — вспомнил Краснов и достал противень.

Но стоило ему положить пироги на стол, как голова Зубастика вытянулась, а изо рта показался длинный язык, одним взмахом которого регат поглотил всё лакомство. А затем снова скрылся на улице.

— Это не для тебя готовили! — Краснов пригрозил Зубастику кулаком, выглядывая из окна.

Но мой регат не обращал внимания, продолжая себе отдыхать в прохладе.

— Вот видите, ваш талант к выпечке даже регат смог оценить, — на этот раз я не удержался от усмешки.

Лицо Краснова приобрело иссиня-чёрный оттенок. Я достаточно вывел его из себя. А значит, спектакль подходил к завершению.

Жаль, конечно, что второй партией выпечки пришлось пожертвовать… но чего не сделаешь ради высшей цели.

— Никогда я не буду поваром! — голос мужчины начал срываться на крик.

— Тогда собирайтесь, — холодно ответил я, пожимая плечами.