А. Никл – Поступь крови. Перерождение. Том 2 (страница 9)

— Что⁈ — герцогиня побледнела. Казалось, она вот-вот грохнется в обморок.

— Вы не понимаете, да? Олег фактически пытал Еву, издеваясь над её клонами. Это стало тяжёлым испытанием для её психики. Она ненавидит вас до глубины души и планировала убить. Вам повезло, что, когда приехала полиция, Ева испугалась. Она решила, что её план раскрыли и сейчас арестуют. У неё ещё ничего не успели спросить, как она во всём созналась, — Алексей Анатольевич вытащил телефон и открыл сообщения. — Сегодня вечером вы должны были умереть.

— Всё из-за мерзкого мальчишки! — закричал герцог. Почему-то он разозлился не на себя или сына, а на Звягинцева. Он казался ему причиной всех бед.

— Всё из-за того, что вы потакаете Олегу, — сурово бросил директор. — Ева Михайлова даст показания против вас, если вы не отступите. Мы просто притворимся, что ничего не произошло. Снова.

Герцоги хватали ртами воздух, но так ничего и не произнесли. Они прекрасно понимали, что попали в ловушку. Артемьевы были готовы перегрызть глотку любому, кто будет угрожать их сыну, и закрывали глаза на его «странности». Разумеется, они видели, что Олег не подчинялся правилам и как-то уж слишком легко преступал закон. Но границы дозволенного для Артемьевых были размыты — как аристократам, им позволялось намного больше, чем простолюдинам.

— Пронырливый гад, — просипел герцог.

— Что вы сказали?

— Ничего, вам показалось, — поспешно вставила герцогиня и натянуто улыбнулась, крепко сжав руку мужа. Наклонившись к нему, она прошептала: — Успокойся!

Ей тоже хотелось сказать пару ласковых слов директору Академии, но она сдержалась, не желая обострять ситуацию. В каком-то смысле это была их вина. Устраивая Олега в Академию, герцоги позволили Алексею Анатольевичу увидеть, насколько сильно они трясутся над сыном. Продемонстрировали свою болевую точку. А слабости надо прятать, иначе обязательно найдётся тот, кто с радостью ими воспользуется. Если бы Алексей Анатольевич угрожал скандалом Роду, герцоги Артемьевы лишь посмеялись бы. Но он грозился уничтожить Олега, испортить ему жизнь. А ведь она у него только-только начиналась!

— Замните дело, и мы не накажем… Как его там зовут? — герцогиня притворилась, что забыла имя мальчишки, который отравил клона Евы.

— Дмитрия, — любезно подсказал Алексей Анатольевич.

Герцог встал и, чеканя шаг, направился к двери.

— Сегодня козыри прятались у вас в рукавах, — процедил он. — Но когда-нибудь лучшая рука окажется у нас.

— Наверное, мне тогда не поздоровится, — философски протянул директор, и герцог, поражённый его наглостью, в гневе вылетел в коридор, не забыв хорошенько хлопнуть дверью.

Лёжа с закрытыми глазами, я ухмыльнулся. Герцоги Артемьевы проиграли, Диме ничего не грозит. Только Владыка Демонов — какие пустяки! Я поморщился. В Академию просочился предатель. Теоретически он мог бы легко проникнуть на территорию, не такая уж здесь серьёзная охрана. Но практически… Мне кажется, он здесь вполне официально работает. Размышляя над этим, я в очередной раз поразился, как много мы упустили в прошлой жизни. Нам едва хватало сил, чтобы отражать демонические атаки, и мы даже не задумывались, что твари могут не только нападать в лоб, но и подтачивать нас изнутри. Мы считали Людоеда едва ли не уникумом. Чудо расчудесное — человек, которого выбрал Владыка Демонов! Но мы ошибались. Людоед был одним из многих. Просто остальные были не такими заметными.

Я должен срочно найти предателя и ликвидировать его. И узнать, как Владыка наводит мосты с людьми.

Глава 6

Дима сладко сопел — происшествие с Артемьевым его измотало, и, пока я подслушивал беседу в кабинете директора, он отрубился, хоть и клялся, что ни за что не сможет заснуть. Я прошептал:

— Внятно говорить могут только высокоранговые Демоны. А люди, порабощённые Соглядатаями, фактически превращаются в бессловесных рабов. Просто инструмент для слежки. Каким образом Владыка переманивает людей на свою сторону? Судя по Диминому рассказу, человек, который запудрил ему мозги, был в здравом уме. Во всяком случае, прекрасно складывал слова в предложения. Есть идеи?

«Я предполагаю, что это как-то связано со способностями Владыки, — ответил Гидра-помощник. — Доподлинно неизвестно, какими заклинаниями он владеет. Как и то, почему он никогда не покидает Преисподней. В прошлой жизни, когда человечество проиграло, порталы в ваш мир были достаточно мощными, чтобы выдержать магию Владыки. Однако он не пожелал подняться. Мой первоисточник сталкивался лично только с Соглядатаями. Об остальном мне неизвестно».

— Владыка не взял в плен Диму. Сломить волю ребёнка довольно легко… Это бы не вызвало трудностей. Вот и получился бы замечательный Людоед, версия вторая, доработанная, — я потёр переносицу. — Зачем подталкивать, искушать? Слишком уж заморочно.

В дверь вежливо постучали. Дима, сонно моргая, подпрыгнул на кровати и заозирался. Вспомнив, где находится, он со стоном откинулся на подушки и жалобно простонал:

— Голова боли-и-и-и-и-и-и-и-ит!

— Войдите, — крикнул я и успокоил Диму в полголоса: — Ничего, дома таблетку выпьешь.

— Дома? Меня же в тюрьму посадят! — завёл знакомую шарманку он.

— Молодой человек, вы меня обижаете. Действительно считаете, что я не отстаиваю интересы своих студентов? — в комнату вошёл Алексей Анатольевич и шутливо прижал ладонь к сердцу, будто его больно ранили. — Считайте, что вас оправдали. Но это не избавит вас от взыскания за непродуманный поступок. Руслан справится в библиотеке самостоятельно, а вы и Олег Артемьев в качестве наказания будете посещать курсы по управлению гневом и лекции на философском факультете МГУ о магической этике. А сейчас… — он отошёл, пропуская вперёд Димину бабушку и мою маму. — Отправляйтесь домой и хорошенько отдохните.

Дима недоверчиво прижух, но, поняв, что директор не шутит, радостно взвизгнул и бросился в бабушкины объятия. По дороге к выходу, я пытался найти загадочного мужчину с единорогом. Может, в Академию сегодня вызывали аниматора? Или кто-то из студентов носит значок с единорогом? Ничего похожего на сказочное животное я не увидел. Ладно, утро вечера мудренее.

Такси остановилось у нашего дома, и мама предложила:

— Заходите к нам на чай с тортиком.

Бабушка Димы посмотрела на свой дом, в окнах которого горел свет. Было слышно, как там играет громкая музыка. Улыбнувшись внуку, она сказала:

— С удовольствием. Дима, иди, а я догоню.

Дед встретил меня хлопком по спине и похвалой:

— Правильно! За друзей надо стоять горой! Мамка твоя как рассказала, что ты отказался бросить Диму, так я чуть не прослезился… Весь в меня! Мы вот с друзьями как-то в детстве за яблоками в соседский сад полезли — наворовали три пакета! Но сосед, собака, как дал нам солью из ружья! Но ничего, мы никого не бросили! Всех через забор перетащили! А потом также, всем скопом, пошли сарай соседу жечь…

— Отец! — возмущённо воскликнула мама. — Ты чему детей учишь⁈

— Жизни, — фыркнул дед и вдруг замер, навострив уши.

И точно, из Диминой хаты доносились крики и шум, будто там устроили потасовку. Дед схватил в одну руку вилы, а в другую — топор и помчался туда. Мы переглянулись и рванули следом. Отец Димы, видимо, поймал белочку — он бегал за Антониной Палной по двору и швырял в неё разные вещи.

— Сгноить меня решили, черти⁈ — орал он. — На сковороде поджарить⁈ Живым не дамся!

— Угомонись! — гаркнул дед. — Ты как с матерью разговариваешь?

— А вот и главный чёрт явился! — обрадовался отец Димы. — Я тебе сейчас покажу, где раки зимуют!

Он наклонился вперёд и побежал на деда, словно бык — на тореадора. Может быть, месяц назад у него ещё был бы шанс выиграть, но сегодня — нет. Дед пережил алкогольную ломку и был трезв как стёклышко, к тому же от скуки он каждый день делал что-то по дому, то есть занимался физическим трудом. А Димин отец не просыхал и почти полностью потерял человеческий вид. Единственное усилие он прилагал, когда подносил рюмку ко рту. Так что дед просто отошёл на шаг вправо и, когда Димин отец пробежал мимо, схватил его за воротник и крепко стукнул о стену. Деловито вытянул ремень из брюк и, замахнувшись, от души стегнул его по заднице.

— Отста-а-а-а-а-а-ань! — промычал Димин отец и попытался перевернуться на спину, но дед наступил ему на шею, не позволяя двигаться.

— Да что ж ты творишь, окаянный! — неожиданно бабушка Димы вступилась за своего сына и оттолкнула деда. — Лупцевать вздумал? А ну не трожь его!

Дед прищурился и проникновенно произнёс:

— То есть я тоже могу напиться и тебя гонять по двору, и ничего мне за это не будет? Нет, напротив! Ты будешь меня ещё и защищать, если другие соседи придут, чтобы мне харю начистить! Так, что ли?

— Нет! Чего придумал!

— А ему тогда почему можно? — дед сложил ремень вдвое и громко им щёлкнул. — Потому что он — твой сын? Так мне кажется, это не так работает. Ты его до старости облизывать собираешься? Ему это не поможет. Мне же не помогло! Вон Маруська за мной десять лет бегала, из помоек всяких вытягивала, пенсию даже не забирала… Жалела, дура!

— Отец! — мама с осуждением покачала головой.

— Не отецкай мне тут! Я правду говорю! Вроде умные бабы, семьи на горбах своих тащите, а творите какую-то чушь и мракобесие! Почему ты его жалеешь, Тоня? Он же тебя не жалеет! И я дочку тоже не жалел, пока бухал. Мне на всех наплевать было, кроме водки! — дед распалился и отчаянно жестикулировал, пытаясь точнее донести свою мысль. — Его лечить надо, а не нянькаться!