А. Некрылова – Народный театр (страница 25)

ЯВЛЕНИЕ 8

Атаман входит и ходит в глубокой задумчивости по сцене, напевая ту песню, которую запел уезжая. Разбойники стоят, сбившись в кучу.

А т а м а н (поет).

Приехал я, примчался —

И дома не застал;

В калитку постучался,

Сам грозно засвистал.

Старуха испужалася

Свисту моего.

«Чего ты напужалася,

Старая карга?

Мой свист грому подобен,

Боец я — молодец...

Сквозь сердца глядит,

А мечь-кладенец

Долго жить мне не велит.

Чего ж ты напужалася,

Старая карга?

А где же твоя дочка?

Подай ее сюда!»

Старуха напугалася,

Стоит — сама дрожит...

О смерти о старухиной

Разбойнику гребтит.

Я выколол ей очи

И вытянул язык.

И с той я темной ночи

Разбойничать привык...

Ходит несколько времени молча, затем вдруг останавливается и кричит: «Эсаул!»

Э с а у л. Что прикажете, господин Атаман?

А т а м а н. Поди и приведи мне ту злосчастную девчушку, которая мое сердце заразила!

П р е к л о н с к и й (из толпы остальных разбойников кричит). И мое позагрязнила!

А т а м а н (грозным голосом). Молчать!

Э с а у л. Иду и приведу. (Уходит.)

ЯВЛЕНИЕ 9

Является Э с а у л, ведя за собою Л а р и з у.

Л а р и з а (падает перед Атаманом на колени). Что прикажете, господин Атаман?

А т а м а н. Лариза, будь моей женою!

Л ар и за. Нет! Ты, Атаман, кровопийца,

А я невинная девица, —

Не хочу быть твоею женою!

А т а м а н (обращаясь к разбойникам, приказывает). Гей, ребята! Спойте ей песенку!

Р а з б о й н и к и (хором поют).

Что затуманилась, зоренька ясная,

Пала на землю росой, росой?

Припев: Там за лесом, там за лесом...

Что призадумалась, девица красная,

Очи блеснули слезой, слезой?

А т а м а н (поет один).

Жаль мне покинуть тебя, одинокую...

Певень ударил крылом, крылом.

Р а з б о й н и к и (хором).

Едут с товарами в путь из Касимова

Муромским лесом купцы, купцы.

Есть для тебя у них кофточка шитая,

Шубка на лисьем меху, меху...

Будешь ходить ты вся в злато залитая,

Спать на лебяжьем пуху, пуху.

А т а м а н (подстает, и поют всем хором).

За душу твою одинокую

Много я душ погублю, гублю...

Я ль виноват, что тебя, черноокую,

Больше, чем душу, люблю, люблю.

Окончив пение, разбойники рассыпаются.

А т а м а н (обращаясь к девице). Лариза, будь моей женою!