А. Некрылова – Народный театр (страница 116)

П е т р у ш к а. Какое это ружье... это дубина.

К а п р а л. Дурака скорей выучишь дубиной! Смирно! Слушать команду: от ноги!

П е т р у ш к а. Недавно спать все полегли.

К а п р а л. Равняйсь!.. На плечо!

П е т р у ш к а. Уж очень станет горячо!

К а п р а л. Правое плечо вокруг!

П е т р у ш к а. Как хвачу тебя я вдруг! (Бьет Капрала палкой.)

К а п р а л. Что ты делаешь, каналья?

П е т р у ш к а. Спотыкнулся, ваше сковородне!..

К а п р а л. Слушай команду! Налево кругом марш! Раз, два, три. Раз, два, три.

Петрушка идет за Капралом и стукает его палкой, Капрал удаляется.

ДЕЙСТВИЕ ШЕСТОЕ

П е т р у ш к а. Ловко послужил. В Сибирь было совсем угодил. Капрала-то угомонил и едва-едва концы схоронил. Музыкант! Слышал, лотерею разыгрывают, я один билет брал и то красную рубаху выиграл.

М у з ы к а н т. Где же это?

П е т р у ш к а. У Арбатских ворот, где налево поворот, перейдя Трубчатый мост, направо в тупике, где стоит мужик в муке.

М у з ы к а н т. А билеты-то почем?

П е т р у ш к а. Дешевые — берут по семитке с рожи, а у кого она толще, с того дороже.

М у з ы к а н т. А разыгрывают что?

П е т р у ш к а. Все хорошие вещи: новые фраки с заплатами, шелковые шляпы порядочно измятые, лощадь без хвоста, лодка без дна, чайник без крышки и дна, только ручка одна, да и та в починку отдана. Дюжина пьяных кухарок, охапка больных нянек, вязанка нищих, целый ворох гостинодворцев да полк золоторотцев с Хитрова рынка, люди все дельные...

В этот момент вбегает С о б а к а и лает.

П е т р у ш к а (ласкает Собаку). Шавочка, кудлашка, какая ты замарашка, уж не из Зарядья ли? (В это время Собака хватает Петрушку за рубаху.) Стой, пес ты эдакой, разорвешь рубаху, больно! Мухтарка, мухтарка! (Собака кидается на Петрушку и хватает его за нос.) Голубчики, батюшки, отцы родные, заступитесь, пропадет моя голова с колпачком и с кисточкой! Загрызла, окаянная, ой! ой! Помогите!..

Собака грызет Петрушкин нос, теребит его, вскидывает на себя и убегает с ним.

ПЕТРУШКА. УЛИЧНЫЙ ТЕАТР

Происходит чуть ли не по всем городам, пригородам и селам России.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Д е й с т в у ю щ и е л и ц а:

П е т р у ш к а, М у з ы к а н т, Ц ы г а н и лошадь.

Вдали показывается Музыкант с шарманкой, его товарищ, главный комедиант; у него ширмы, ящик с куклами. Петрушка, еще сидя в ящике, поет визгливым голосом:

Вдоль по Питерской

По дороженьке

Едет Петенька

Да с колокольчиком!

Расставляются ширмы; во все это время Петрушка поет и кричит, что ему взбредет в голову. Наконец появляется сам и с громким хохотом садится на краешек ширм.

П е т р у ш к а. Ха-ха-ха! Разлюбезные господа! Вот и я приехал сюда, не в тарантасе-рыдване, а прямо на аэроплане — в дубовом ящике! Мое вам почтение, господа! Я ваш старый знакомый — Петрушка. Пришел вас повеселить, позабавить да с праздничком поздравить! (Обращается к Музыканту.) Цыган не приходил?

М у з ы к а н т. Давно тебя дожидается.

П е т р у ш к а. Зови сюда!

Появляется Ц ы г а н с лошадью.

Ц ы г а н. Здравствуй, мусью Шишел-Мышел! Я к тебе сам конский заводчик вышел! Как живешь-поживаешь? Часто ли хвораешь? Я — Цыган Мора из цыганского хора, пою басом, заедаю ананасом, запиваю квасом!

П е т р у ш к а. Вот что, чумазая рожа, Шалтай-Балтай! Ты понапрасну языком-то не болтай, а говори дело!

Ц ы г а н. Мой знакомый — англичанин Рок воткнул себе вилы в бок, по всей Европе кочует, каждую ночь на Хитровке ночует... Шишел-Мышел, от кого-то слышал, что тебе хороший конь требуется.

П е т р у ш к а. Да, брат, я давно хлопочу — скакового бегуна завести хочу. Только хороша ли у тебя лошадь?

Ц ы г а н. Такая, хозяин, лошадь, что без хомута гони в четыре кнута... и то только по ветру! Не конь, а огонь: бежит — дрожит, спотыкается, а упадет — не подымается!

П е т р у ш к а. Ой-ой-ой! Батюшки-сватушки! Вот так лошадь! А какой масти?

Ц ы г а н. Бурая, гнедая, с боков худая, с пятнами, без хвоста и гривы — лохматая, на один глаз кривая, такая же, как и ты — горбатая. Арабской породы, с аттестатом.

П е т р у ш к а. Вот такую-то мне и надо... А сколько стоит?

Ц ы г а н. Для кого четыре тысячи, а тебе, по знакомству, за двести рублей отдам!

П е т р у ш к а. Что ты, чумазый, дорого заломил? Или не проспался?

Ц ы г а н. Мой запрос не лезет к тебе в нос! Говори по душе: сколько даешь?

П е т р у ш к а. Рубль с четвертью.

Ц ы г а н. Экий ты какой, с тобой хоть волком вой! Прибавляй ребятишкам на молочишко.

П е т р у ш к а. Ну, вот тебе — сто рублей.

Ц ы г а н. Мало, барин хороший! Прибавь еще.

П е т р у ш к а. Хочешь, полтораста с двумя копейками?

Ц ы г а н. Делать нечего, для милого дружка и сережка из ушка! Давай деньги.

П е т р у ш к а. Погоди, сейчас за кошельком схожу. (Уходит и быстро возвращается с дубиной-трещоткой, начинает бить Цыгана по голове.) Вот тебе сто, вот тебе полтораста! (Цыган убегает.) Эй, эй! Чумазый! Подожди — еще две копейки осталось! (Хохочет и обращается к Музыканту.) Музыкант, дешево я лошадь купил?

М у з ы к а н т. На что лучше! Только бесчестно поступил — двух копеек недодал!

П е т р у ш к а (хохочет). А лошадь-то хороша — совсем молодая! Ни одного зуба уж во рту нет! (Садится верхом на лошадь.) Прощай, Музыкант, до свидания, господа, ребята!

М у з ы к а н т. Куда ты, Петр Иванович, едешь?

П е т р у ш к а. Отсюда через Вологду и Архангельск, махну прямо на Кавказ — пить кахетинский квас. (Лошадь брыкается.) Тпру! Тпру! Сивка-бурка! Тише, окаянная! А то я упаду и горбатым на целый век сделаюсь! (Лошадь сбрасывает Петрушку за ширму.) Ой, батюшки! Пропала моя головушка удалая! Смерть моя идет!..

М у з ы к а н т. А где твоя смерть-то, Петра Иваныч?

П е т р у ш к а. Ой-ой-ой! За земской заставой, на огороде картошку копает!

М у з ы к а н т. Не горюй: еще не скоро придет.

П е т р у ш к а. Да, лет через двадцать, к Покрову, наверное, умру... Зови скорей доктора!

М у з ы к а н т. В один момент приведу.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ