А. Некрылова – Народный театр (страница 104)

М у з ы к а н т. Нет, не копченый, а ученый.

П е т р у ш к а. Кататься на нем можно?

М у з ы к а н т. Можно-то можно, да осторожно.

Петрушка садится на барана, баран утаскивает Петрушку за ширму.

КОНЕЦ

АВТОМАТИЧЕСКИЙ ТЕАТР ПОД НАЗВАНИЕМ «ПЕТРУШКА»

Выход П е т р у ш к и.

Здравию желаем, господа! Будьте здоровы, с тем днем и праздником, который сегодня. (Обращается к Музыканту) Музыкант! Ты знаешь, брат, что?

М у з ы к а н т. А что?

П е т р у ш к а. Я, брат, хочу жениться.

М у з ы к а н т. Не плохое дело, а именно на ком?

П е т р у ш к а. О-е-е-ей! На Прасковье Степановне, на купеческой дочери.

М у з ы к а н т. А приданого, Ваня, много берешь?

П е т р у ш к а. Сорок четыре тысячи и полкварты водки, две селедки, икры и бутылки фунта три.

М у з ы к а н т. Приданое неплохое, а невеста хороша?

П е т р у ш к а. Е-е-ей, очень хороша!

М у з ы к а н т. А ну, покажи.

П е т р у ш к а. Сейчас позову. (Зовет) Парасковия Степановна! Душечка, ангелочек мой, цветочек, пожалуйте сюда! (Парасковия идет. В это время Ваня встречает и крепко к сердцу прижимает и целует и спрашивает) Как ваше здоровье, Парасковия Степановна? (Обращается к Музыканту) Музыкант! А что, моя невеста хороша?

М у з ы к а н т. Хороша-то хороша, да немножко слепа.

П е т р у ш к а. Неправда! Какой глазочек, какой бровочек, ротик, носик, а сисочки какие (и в это время целует). Музыкант! Сыграй нам камаринского!

Ваня и Невеста танцуют и поют:

Ну, шевелись,

Когда деньги завелись!

Ходи, хата, ходи, печь,

Хозяину негде лечь.

Потом Ваня ее обнимает и домой провожает.

П е т р у ш к а. Музыкант! Я, слава богу, женился.

М у з ы к а н т. Теперь надо молодой жене лошадку купить.

П е т р у ш к а. То-то, брат, у кого купить?

М у з ы к а н т. У цыгана Гаврыла.

П е т р у ш к а. А где он живет?

М у з ы к а н т. На правой стороне в большом кабаке.

П е т р у ш к а (зовет Цыгана). Эй, Гаврыло, замазанное рыло, поди сюда!

Ц ы г а н (идет и поет).

Да туман яром,

А мороз долиною,

Да промеж тыми туманами

Цыгане стояли.

А здоров був, пане.

Чего тебе треба?

П е т р у ш к а. Я слышал, что у тебя есть продажная лошадка. А дорого хочешь? И хороша она?

Ц ы г а н. Хороша-то хороша. Не сопата, не горбата, жива, не подорвата, а бежит — земля дрожит, а впадет — три дня лежит, а в грязи — разорвись, хоть сам вези.

П е т р у ш к а. Сколько хочешь?

Ц ы г а н. Двести пятьдесят рублей.

П е т р у ш к а. Это дорого.

Ц ы г а н. Сколько пан будет давать?

П е т р у ш к а. Сто рублей.

Ц ы г а н. Мало, пан, даешь.

П е т р у ш к а. Сто двадцать.

Ц ы г а н. Давай, пан, задатку.

П е т р у ш к а. Приведи лошадку.

Ц ы г а н. Без задатку не отдам лошадку. Прощай, пане. (Петрушка в это время ловит Цыгана за чуб и ударяет об стенку.) Купив не купив, а драться не надо. Давай, пан, задатку. (В это время Ваня уходит.) Наше дело — украсть, продать, променять, деньги получить, закусить, выпить. (В это время Ваня палку несет.)

П е т р у ш к а. Ну, цыган, получай задатку! (И бьет палкой по голове.) Вот тебе рубль!

Ц ы г а н (кричит). А-я-яй!

П е т р у ш к а. Вот тебе два, три, четыре, пять.

Цыган получает задатку и убегает.

П е т р у ш к а (выезжает на лошадке). А что, музыкант, хороша моя лошадка для молодой жены?

М у з ы к а н т. Хороша, только хрома.

П е т р у ш к а. Врешь, она хороша! Сыграй-ка мне галоп.

Во время катания лошадь сбрасывает и бьет Ваню и потом убегает. В это время Ваня кричит.

П е т р у ш к а. Ой, боже мой! Болит около сердца! Кому моя Парасковья Степановна достанется?

М у з ы к а н т. Что такое?

П е т р у ш к а. Позовите мне доктора!

М у з ы к а н т. А вот и доктор идет.

Д о к т о р. Я — доктор-лекарь, немецкий аптекарь. Ко мне приводят на ногах, а отправляю на костылях. Где у тебя болит?