А.Морале – Крысиный бег (страница 31)

— Почему?

— Ты ведь знаешь, кем он работал. В фонде «Измайлова» он имел доступ к счетам клиентам и к их деньгам…

— Короче, — перебил второй следователь своего напарника, — он снял деньги со счетов клиентов и смылся.

— Да. Он перешёл дорогу не тем людям. И ты вроде как не при делах, ты нормальный парень. Так что просто ответь на наши вопросы и можешь быть свободен.

— Твой отец украл деньги не только у своего работодателя, но и паровозом зацепил бабки ещё у нескольких серьёзных и влиятельных людей. Это всё так просто не закончится для него.

— Бля! Ублюдок! — Выразил я своё мнение.

— Угу. Точнее не скажешь.

— Несколько дней назад он покинул страну, выехал туда, где мы не можем его достать.

— И что будет дальше? С ним, со мной? Я в ответе за его действия?

— Завтра мы на него повесим заочно пару наших висяков, к тому что он уже натворил, объявим его в розыск. Сегодня на него уже выписали ордер на лишения права Фамилии и Гражданства, он больше не Романов и не гражданин нашей страны. Ты не в ответе за него, к тебе нет претензий. Тебя это всё не коснётся, как и твою мачеху с сестрой.

— Мой тебе совет. — Подхватил второй. — Если он выйдет на связь или приедет, сразу сдай его. Так будет всем проще, поверь.

— Теперь ты глава семьи. Ты единственный мужчина с фамилией Романов. Теперь ты взрослый и самостоятельный. С сегодняшнего дня официально. Но это лучше объяснит тебе адвокат семьи, если такого нет, можешь обратиться в Адвокатскую Палату, там всё прояснят, все твои права и обязанности гражданина с родовой Фамилией.

— Понятно… — Задумчиво пробормотал я, поняв на самом деле примерно половину из сказанного.

Ещё полчаса они поспрашивали меня, уже без первоначального рвения и фанатизма, и, попросив расписаться на каждом листе в папке, которую заполнял молоденький коп, отпустили.

— Я выйду, провожу парня через проходную. — Бросил коллегам самый разговорчивый из тройки копов.

Он молча провёл меня по коридору, выпустил через проходную, дав какой-то знак охраннику на входе, вернул мне телефон и мы вышли на порог полицейского участка, где он достал из кармана мятую пачку сигарет и молча закурил.

Мы стояли на крыльце, и он задумчиво пускал сигаретный дым в небо. Я не торопился прощаться, чувствуя, он что-то ещё хочет мне сказать.

— Слушай, парень. — Наконец нарушил он затянувшееся молчание. — Взять с тебя нечего, так что живи. В смысле, живи спокойно и не переживай. Дом вам оставили. Дом – это святое. Но это так, дар от Императора, таким благородным как ваша семья. Аванс – не более. Ты понял?

Я молча кивнул. Дом не забрали, и это хорошо, хотя могли выкинуть на улицу. Что ту не понятного? Спасибо, папочка Майка! Ты, видимо, слишком сильно любил свою семью.

— Устройся на работу, учись, строй жизнь. — Продолжал размышлять и давать советы полицейский. — Будет тяжело, но я и сам рос без отца, и неплохо с этим справился. Знаю, на тебе ещё сестра и мачеха… Это проблема, обуза. Пристрой их на какую-нибудь работу, простую и не сильно пыльную. Они у тебя чистокровные, мыть туалеты или мести улицы не станут. Да и в кафе или за прилавок на рынок тоже их не поставишь. Хотя, жизнь заставит – не так раскорячишься.

Он выкинул бычок и раскурил ещё одну сигарету.

— Ты уже взрослый, придумаешь что-нибудь. Может можно пристроить их в офис, делать кофе, подавать бумажки, или может у них есть какие-то навыки, переводчицы или референтки. Подумай. Всё в твоих руках. Но если и ты опозоришь Фамилию, пойдёшь по пути своего родителя, не обессудь. Тебе вообще повезло с Фамилией. Будь ты обычным человеком, у тебя бы не осталось ничего. Завидую вам, благородным. — Без зависти сказал он.

Что-то много трепета в этом мире к фамилиям. Или так – к Фамилиям!

— Спасибо!

— Да не за что! Пользуйся, это бесплатно. — Он усмехнулся, выкинул бычок в урну и зашёл в здание.

Как-то слишком легко я отделался. Всего лишь выговором и порицанием. Странно это. С учётом того, что отец перешёл дорогу серьёзным людям. Может, правда что-то с Фамилией? Слишком древняя и значимая? Хотя нет, отца ведь это не спасло. Да и копы чересчур хорошие, заботливые и вежливые. Странно всё это…

Я увидел стоящее неподалёку такси, прыгнул в машину, назвал адрес и откинулся на заднем сидении, прикрыв глаза и мысленно коснувшись Узора Взора.

Белый песок, яркое солнце, ласковый океан, две юные красотки, домик на берегу. На столе холодный, покрытый инеем бокал с трубочкой и зонтиком, над головой зонтик побольше, закрывающий от палящего солнца.

— Алекс! Давай к нам, мы тебя ждём!

Одна из красоток скинула свой купальник и заманчиво помахала им над головой, сверкая белоснежными, почти не тронутыми загаром грудями.

Хорошо этот ублюдок устроился! Интересно, этих денег ему надолго хватит? Я прервал связь с отцом и открыл глаза на заднем сидении такси. Мы почти приехали.

Водитель высадил меня на спортивной площадке. Я кинул рюкзак под скамейку, размялся и побежал. Мысли лезли в голову одна за другой…

Получается, мы остались без денег, сестрёнка учится, Эля… я даже не знаю, что она умеет и куда её пристроить, да и захочет ли она. Вот, она хорошо готовит, например. Может согласится попробовать?

Бля! Хер знает, что мне делать! Нужно не мельтешить и делать всё по порядку. Во-первых, собрать сегодня всех домашних поговорить, выслушать. Во-вторых, найти работу или подработку. Не думаю, что смогу заработать много, но нужно хотя бы попробовать.

Может, пойти по стопам Ромки, поучаствовать в подпольных боях? Ну да, с одним лишь Узором Регенерации! Сука! Как я умудрился запороть Скорость!? Ладно, бои точно не мой вариант. Значит, снова возвращаемся к варианту с обычной работой, другого я пока придумать ничего не могу…

Наверное, следующие несколько недель стали для меня самым тяжёлым в этом мире.Поиск работы, работа, учеба... На тренировки не оставалось времени, если не считать те жалкие пару часов утром и пару часов вечером и то не каждый день. Хорошо, что я успел в первые недели сделать самое важное и с узорами и с телом...

Семейный совет, собранный мною в тот же вечер, прошёл даже лучше, чем я надеялся. Девчонки просто молодчинки, не ныли, не отчаивались, не ругались и не злились, восприняли всё спокойно и стойко. То ли мой новый статус главы семьи на них так повлиял, то ли эволюция характера Майки с капризного нытика до спокойного меня, то ли снятие с них отцовского поводка. А может всё это вместе взятое.

— Майки, всё будет хорошо, не переживай! — Утешали они меня. — Прорвёмся!

Мой транш налички, снятый с трупа жирдяя, закончился быстро. Казалось, нормальная такая пачка, но хватило меньше чем на неделю. И ведь не на еду, не на дорогие рестораны, наряды и походы по косметологическим салонам – тут придраться не к чему. Ни Эля, ни Олька не потратили на ненужную чепуху ни рубля.

Элеонора отказалась от доставки еды, отключила какие-то ежемесячные автоматические платежи, о которых раньше мы даже не задумывались. Телевизионные каналы, подписка на погоду, автопополнение запасов кофе, доставка утренних газет, стрижка газона, абонемент на такси и куча всякой ненужной херни, о которой я даже не подозревал.

И сразу распределила деньги на обязательные платежи на ближайшие два месяца, без которых нормальной семье не прожить – свет, телефоны, вода… У Эли точно был склонность к этому – планирование доходов и расходов, распределение бюджета.

Я нашёл три работы. Две мне подогнали Ромка с Андрюхой, а одну я нашёл самостоятельно. Грузчик на вокзале. Всю ночь я разгружал вагоны с железяками, платили не много, но каждый день. 100-150 рублей за смену – это три ведёрка мороженого, автоматически конвертировал я в уме в понятные для себя величины. Это охрененно мало, но это живые деньги каждый день, вернее каждую ночь.

После школы я забегал в дом престарелых, и помогал там пять часов. Платили примерно столько, как за ночную разгрузку вагонов, но раз в две недели.

А на третьей работе я не продержался и одного дня. Магазин по продаже ковров. Не хочется это вспоминать, но меня взяли туда видимо потому, что почувствовали родственную гомо-душу. Именно поэтому я оттуда и свинтил спустя пару часов, как только понял, что от меня там ещё требуется, кроме продажи ковров. Сука! Даже вспоминать противно. Но настоящему Майку там бы точно понравилось!

В конце недели Олька укатила на учёбу, но обещала устроиться на работу там, назвав себя взрослой, самостоятельной личностью, которая сможет себя обеспечить. Ну посмотрим, надеюсь это так.

С Элей было сложнее. Не потому, что она не хотела работать, она хотела. Вот только с такой внешностью, её не воспринимали как обычную работницу. Женщины категорически не хотели брать к себе высокую, шикарную блондинку с большой грудью, а мужчины наоборот, охотно брали, но думали вовсе не о работе.

«Холёная, ухоженная, эффектная и породистая кобылка – вот бы объездить её!» – Я прям представлял эти мысли каждого, кто видел её на пороге своего кабинета. Скоты!

Отчаявшись найти работу обычным путём, Эля дёрнула своих подруг, те ожидаемо отказали, не желая устраивать потенциальную угрозу их семейному счастью на работу к своим мужьям. И только одна откликнулась, предложив Элеоноре работу у своего отца.