А. Мирт – Маг трех стихий. Книга 2 (страница 20)

— Я про заклинание для того, чтобы ускорить тело в воздухе.

— А-а-а, — улыбнулся Сур. — Ты потрясён моей изворотливостью?

Корн хмыкнул:

— Можно сказать, и так. Но одной её недостаточно, чтобы такое провернуть. Ты создал печать очень быстро.

— А, ну да… В этом нет ничего такого… У меня низкий запас маны, но печати я умею создавать, правда, такие маленькие, что их применение больше похоже на шутку, чем на настоящую атаку, — улыбка алхимика стала печальной. — Когда ты откроешь стихию, ты быстро меня переплюнешь.

Корн едва заметно улыбнулся. Сур сказал «когда», а не «если».

— С чего ты так решил?

— Шар, — алхимик кивнул на тумбу, на которой лежали белый и чёрный артефакты. — Ты весьма талантлив. Раньше ты ничего не мог, а теперь запросто высвечиваешь фигуру по своему усмотрению, да ещё и на чёрном шаре. Я пробовал, это сложно, а ведь я уже много лет управляю своей стихией, у тебя же её даже нет. У тебя пугающе хороший контроль энергии. Если ты сохранишь его, будучи магом, ты станешь монстром. Кстати, относительно этого… есть какие-то подвижки?

Корн помотал головой и задумался. Казалось, Сур действительно хотел, чтобы у него открылась стихия, и даже когда Корн пострадал из-за аморфотита, алхимик навещал его и даже создал антидот. Тот Сур, который сейчас сидел перед ним, походил на хорошего парня. Но когда он говорил, что готов на всё ради цели, он был полностью другим, ощущение от его присутствия неуловимо резало и давило, Корну было некомфортно находиться рядом. Тот парень пугал. Корн не понимал Сура.

Какой же он настоящий?

— Ты смотришь на меня, будто задумал препарировать. Перестань. Я не лягушка, а ты даже не лекарь!

Корн проигнорировал его шутку:

— Над каким зельем ты сейчас работаешь? Ты так увлечён, но перестал варить в нашей комнате. Тэрия обмолвилась о лаборатории.

— Эм… — Сур отвёл взгляд и уткнулся в тетрадь. — Понимаешь, то, что я делаю, действительно не совсем безопасно… Поэтому я не могу совершенствовать рецепт здесь. Думаю, ты просто убьёшь меня, если я так поступлю… Или как минимум пожалуешься преподавателям, и меня исключат, — алхимик мельком глянул на Корна и с виноватым выражением лица развёл руки в сторону.

— Я могу поучаствовать?

Сур уставился на него, как на сумасшедшего, смотрел на него так несколько секунд, а затем заливисто расхохотался:

— Ох, пресветлая Рэя, — он отсмеялся и с улыбкой продолжил. — Ты создаёшь впечатление суперправильного студента. Я думал, дело в твоём аристократическом воспитании, они же строго относятся к правилам, нормам, приличиям и прочей, извини уж, возне, — он махнул руками, как будто эта «возня» была ниже его. — А тут я только сказал, что меня могут исключить за зельеварение и ты уже хочешь поучаствовать? — Сур хитро прищурился. — Ты уверен? Разве у тебя нет более важных дел, чем дурачиться с зельями?

— Не похоже, что ты дурачишься…

— Я — нет. Но ты… другое дело. Ты можешь получить всё, лишь открыв магию. Тебе не нужны для этого зелья. Я же уже испробовал с заклинаниями всё, что было в моих силах, и понял, что с моими мизерными способностями, они не смогут мне помочь.

Корну было не по себе. Потому что Сур был абсолютно прав, сейчас ему нужно было сосредоточиться на открытии магии. Корн понимал это, но в то же время ему не хотелось, чтобы алхимик занимался опасным делом в одиночестве. Если он опять потеряет сознание, но только на этот раз его никто не найдёт вовремя?

Хотя, с другой стороны, разве это вообще его дело?

Сур вздохнул:

— Какой же ты упёртый. Я признателен, что ты готов мне помочь, даже не зная сути дела, но ты в любом случае не разбираешься в этом, — отрубил алхимик. — Будешь только мешаться и лишь замедлишь меня.

— Понял, — недовольно ответил Корн и замолчал.

Сур говорил факты, но всё равно было обидно. А ещё Корну показалось немного странным, насколько его сосед берёг тайну зелья, над которым работал. Корн решил при случае заглянуть в тетрадь алхимика.

Что было ещё более подозрительно, удобного случая просто не подворачивалась! Как только Корн отвлёкся, тетрадь исчезла. Он понятия не имел, куда она делась. Рыться в чужих вещах ему показалось слишком грубым, а Сур больше не доставал при нём её. Поэтому Корну стало ещё любопытнее, что же в ней такого секретного было написано.

Глава 12

Стать Ниро?

Корну передали, что директор ждёт его на отработку. Он шёл в подвал и не мог скрыть радостной улыбки. Он понимал, что у Лорда Ниро и своих дел по горло, а тут ещё и отпрыск Массвэлов, не имеющий магии… Корн был благодарен ему за то, что он выделял на него время. Но почему так мало? Корн боялся, что такими темпами он не успеет открыть стихию до экзамена. А значит, вообще не откроет её. Как же можно ускорить этот процесс?

Войдя в знакомую просторную комнату, Корн ожидаемо увидел на полу печать. На этот раз она была той же, что и в первый раз. Корн припомнил, какие она вызывает ощущения и поморщился.

Директор усмехнулся, оценив гримасу Корна:

— Похоже, это было действительно неприятно.

— Неприятно немного неподходящее слово, — Корн не смог сдержаться, чтобы не уточнить этот «небольшой» факт. — Светлой Рэи, директор.

— И тебе, и тебе… Что ж, как ты уже наверняка понял, — он кивнул на печать, — я просто решил проверить, какова твоя ситуация с каналами внутренней энергии. По изменениям в них, я могу рассчитать параметры, которые помогут определить… Ну… Думаю, не так важно вдаваться в подробности. Мне нет надобности объяснять тебе весь процесс, ты уже участвовал в этом, — он улыбнулся и приглашающе указал на печать.

Корн скинул обувь и верхнюю часть одежды, взял два металлических артефакта — по одному в каждую руку и пошёл в центр круга. Пол холодил босые ступни, они ощущали небольшие щербинки и рытвины в камне. Пахло свежестью, как после грозы. Наверное, это от использования молнии…

— Корн, — тихо позвал лорд Ниро, но потом замолчал. Корн уже находился в центре узора, но ещё не успел лечь. Он обернулся и вопросительно посмотрел на директора. Тот продолжил: — Я понимаю, что мой вопрос прозвучит нетактично, но всё-таки не могу его не задать. Если ты станешь магом, и я предложу тебе войти в мою семью, ты согласишься?

Корн не смог сдержать своего удивления и широко распахнул глаза, его брови поднялись.

Стать Ниро?

У аристократов была такая практика — принимать в семью сильных магов, после чего они становились родственниками лорда. В зависимости от договорённостей, вновь принятый мог стать даже приёмным ребёнком. Он всё ещё не мог получить титул наследника, если в семье был кто-то из кровных родственников лорда. Но тем не менее положение у такого человека было довольно высоким.

Лорд Ниро намекал на очень выгодное предложение, которого Корн никак не ожидал. Но задумавшись, он понял, что на самом деле оно бесполезно для него и его планов. Он бы предпочёл вновь стать Массвэлом.

— Ты ведь не хочешь вернуться к Стедду? Сейчас обе семьи и Ниро и Массвэлы в равных условиях, но если ты присоединишься к одной из них, будучи сильным магом, она получит преимущество. Если я помогу тебе открыть стихию, то заслуживаю первоочередного рассмотрения, не так ли? — директор улыбнулся.

— Думаю, это рано обсуждать.

— Я хочу, чтобы ты ответил на мой вопрос, — лорд продолжал улыбаться, но глаза его чуть сузились.

Корн мысленно проклинал свою неспособность солгать. Если бы он мог это сделать, он бы точно сказал, что такой вариант возможен, но он не мог! Он успокоился: от судьбы не сбежишь, и твёрдо встретил взгляд проницательных серых глаз:

— Я не присоединюсь к Ниро. Если у меня будет возможность, я вернусь в свою семью.

— А ты довольно смел, чтобы говорить такое, стоя на созданной мной печати, — лорд перестал улыбаться и осматривал Корна, будто раздумывал, что с ним делать.

У Корна по спине до самых пят пробежали мурашки, но он спокойно стоял, а голос его стал ещё равнодушнее, чем обычно:

— Если бы вы хотели меня убить, вы бы убили. Нет никакой разницы, где я нахожусь: в пределах действия вашей печати, в столовой на тренировке или в собственной комнате.

— Зачем же ты так, Корн? — он улыбнулся. — Какой директор убьёт своего ученика? Не говоря уж о том, что я ещё не закончил исследование твоего случая.

Корну стало не по себе, когда он понял, что тот взгляд означал не задумчивость по поводу его дальнейшей судьбы, нет, он был похож на взгляд исследователя, наконец, нашедшего достойную его внимания загадку. Корн закусил губу, чтобы не поддаться панике.

Как он мог подумать, что директор хорошо к нему относится? Помогает практически задаром? Разве он не такой же лорд великого дома, как его собственный отец? А тот пугал даже своих детей. Лорда Ниро стоило опасаться даже больше! Но вместо этого Корн полностью доверил ему свою жизнь. С другой стороны, у него просто не было других вариантов. Корн вздохнул.

— Ты так и будешь стоять? Ложись, — скомандовал директор.

Корн послушно лёг на печать. Вспыхнул свет, тело пронзили миллионы раскалённых игл, его выгнуло дугой, и Корн отключился.

«Хоть бы ещё раз открыть глаза…» — думал он, уносясь в тёмный туннель.

— Я знаю, ты пришёл в себя. Поднимайся, — по залу прокатился глубокий голос директора.

Корн шевельнул пальцами рук. Тело онемело и не хотело слушаться.