А Карст – Warsword story II (страница 18)

Титанида Комета — сияющая, как раскалённая звезда, — первой выбрала обратиться к Батори:

— Пускай готовят войско, — сказала она негромко. — А мы с тобой отойдём. Нам нужно поговорить.

Они отошли к скальному уступу, где ветер уносил звуки вдаль. Лишь здесь, наедине, Батори позволила себе показать удивление.

— Я думала, ты не придёшь лично, — призналась она.

Титанида посмотрела на неё серьёзно, без привычной боевой бравады:

— Если бы я не пришла, — сказала она тихо, — мы бы проиграли. Сейчас решается не исход войны, а судьба всего мира.

Она опустила взгляд в огненный горизонт.

— Бог… тот, что стоит за всем этим, — находится в другом измерении. Если мы не одолеем его там, его бесконечная армада поглотит все наши армии. Здесь его не победить.

Титанида подняла руку и мягко положила её Батори на плечо. Её голос стал почти материнским:

— И только я смогу телепортировать тебя к нему. Только ты можешь сделать то, что не под силу другим. Я верю в тебя, дитя.

Батори чуть опустила голову, сдерживая эмоции.

— Спасибо… — прошептала она. — Я не подведу.

Ветер донёс гул далёких армий.

Битва, от которой зависело всё, приближалась.

Батори сделала шаг вперёд. Пламенное небо отражалось в её глазах, когда она подняла взгляд на собравшиеся войска — драконов, титанов, людей, джинов, механиков, рой и бесчисленные флаги разных Королевств.

Она подняла руку, и шум стих.

— Воины!

Сегодня мы стоим здесь не как разрозненные народы.

Не как империи, королевства и кланы.

Мы стоим как последний щит между нашим миром и вечной тьмой!

Она обвела взглядом лидеров, стоящих рядом:

— Мы пережили хаос, потери, предательства.

Наши армии порой малы, наши технологии не всегда равны, но у нас есть то, чего нет у врага: воля, единство и свобода.

Ветер принёс эхо множества голосов — армии слушали.

— Наш враг прячется в другом измерении. Он думает, что мы дрогнем.

Что мы сломимся.

Что мы — слабее.

Батори ударила наконечником копья в землю — звук разнёсся по равнине, словно раскат грома.

— Но он ошибается!

— Перед нами стоит путь, который не каждый сможет пройти. Но мы — смогли собраться здесь, на краю континентана,на краю двух миров , чтобы сказать одно:

Мы не покоримся.

Мы не склонём головы.

Мы не позволим быть уничтоженными.

Она подняла клинок вверх, и его отблеск пересёк небо:

— Мы идём не умирать.

Мы идём — побеждать!

Пламя драконов взвилось к облакам.

Рой зашипел.

Большие армии ревели, маленькие стояли крепко.

Даже машины подняли оружие.

Батори вдохнула и выкрикнула:

— За наши миры! За свободу!

Освободим Толемак!

И вся равнина ответила единым боевым ревом.

Армии союзников ступили на обожжённую вулканическую равнину

Толемака. Под ногами потрескивал застывший чёрный камень, а воздух был густым от серного жара.

Впереди, словно рана на самой ткани мира, пылал огромный пламенный портал. Его края извивались, как живые, и каждый всплеск огня рождал стон боли из иных миров.

И вот — из раскалённого пламени начали выходить легионы.

Сначала — ряды демонов, покрытых пеплом и шипами. Их рёв потряс землю.

Затем — строй ангелов: их крылья были из расплавленного света, а глаза холодны, как клинки света.

И впереди, величаво и ужасно, вышли генералы.

Архидемон Баал шагнул первым.

Его тело высилось над остальными, словно живой вулкан. Из его груди сочилась лава, которая стекала вниз, застывая на кожистых пластинах. На голове — корона из чёрного обсидиана, внутри которой бушевал огонь.

Его три глаза светились разными цветами:

— один пылал яростной алой яростью,

— второй — жёлтым безумием, — третий — мертвенно-синим холодом.

Каждый его шаг оставлял кратеры.

Мефисто был тонким, вытянутым, будто высохшим существом, однако от него исходило ощущение бездны.

Его кожа была как обугленная бумага, под которой мерцали тени, искажённые лица, шепоты погибших.

В руках он держал посох из человеческих позвоночников, а на голове носил маску, которая меняла выражение сама по себе: то смеялась, то плакала, то кричала.

От его голоса умирали птицы, а слабые воины падали на колени.

Ксасеопея,она парила над землёй, завернувшись в плащ из тёмного пепла. Её фигура была изящной, почти прекрасной, но чересчур вытянутой, с суставами, которые гнулись неестественно.

Её волосы были созданы из чёрного дыма, а глаза — как два провала в реальность.

Ксасеопея управляет гравитацией и тьмой, и её присутствие давило на сердца, словно громадная плита.

Под её шагами сама земля проваливалась.