А. Дж. Риддл – Пандемия (страница 99)

– Мы возьмем ее с собой? – спросила Дхамирия.

– Да. Иначе она не выживет.

Спать ночью почти не пришлось. Элим был занят миллионом насущных дел, писал записки медсестрам, которым предстояло взять на себя обязанности врача после его отъезда (тысячи людей все еще были слишком больны, чтобы куда-то ехать). Он лично проверил все запасы, поделив их на те, что они возьмут с собой, и те, что оставят в лагере.

Из окна небольшого кабинета Элим наблюдал за толпой, собирающейся у грузовиков. Люди выстраивались в очередь с мешками и рюкзаками, толкали тележки с пожитками. В небо поднимался дым от костров, черными клубами нависая над лагерем.

Дхамирия открыла дверь и встала рядом с доктором.

– Ханну погрузили.

Элим кивнул и поднялся.

– Ты уверена?

Дхамирия поцеловала его и сжала его руку.

– Пошли.

На улице Элим оценил размеры толпы. Уму непостижимо: явилось больше половины людей, слушавших вчера его речь – не меньше четырех тысяч человек.

– Надо найти дополнительные грузовики, – обратился он к водителю первой машины.

Глава 87

В конференц-зале Центра чрезвычайных операций ЦКПЗ Миллен Томас с остальными начальниками смен продолжал слушать инструктаж стоящего у большого экрана Фила Стивенса.

– Два часа назад с правительством Соединенных Штатов, как и с правительствами остальных стран мира, связалась организация, именующая себя «Китион». Дежурные руководители смен были проинформированы час назад. Мы запросили и получили разрешение на воспроизведение сообщения, полученного Белым домом.

Стивен сел и коснулся сенсорной панели ноутбука. Динамики конференц-зала начали воспроизводить запись:

– «Китион» – группа ученых и представителей интеллигенции, преданных делу усовершенствования человеческого бытия посредством науки. Мы в ужасе наблюдали, как пандемия Х1-Мандера косит население мира, и больше не можем оставаться в стороне. Нами разработано лекарство от вируса, которое мы испытали в ходе опытов, вылечив тысячи человек. Мы предлагаем это лекарство вам и вашим гражданам.

В обмен мы всего лишь просим принять меры, чтобы подобная глобальная катастрофа больше никогда не повторилась, а заодно были устранены прочие угрозы человечеству. Мы хотим видеть мир свободным от армий, границ, дискриминации; мир, где к человеку относятся порядочно и по справедливости. Мы преданы идее такого мира; более того – мы настаиваем на ее осуществлении.

В обмен на дозы антивирусного препарата мы требуем следующего: ваш конгресс или парламент должен принять закон, передающий все государственные ведомства и функции под международный надзор комиссии «Зеркало». По этому же закону под начало комиссии должны перейти все энергосистемы и интернет. Приложения Rook Quantum Sciences должны использоваться населением для прямого голосования по законопроектам, проведения референдумов либо изменения конституций в соответствии с требованиями системы государственного управления вашей страны. Побудить население к одобрению и принятию закона – ваша задача.

Как только законы «Зеркала» вступят в силу, мы немедленно приступим к распределению лекарственного препарата.

Не все правительства примут нашу помощь, однако многие присоединятся к нам в создании такого мира, какого заслуживает человечество. Если вы или ваш народ откажетесь от нашей помощи, бессмысленно погибнут миллионы людей. Надеемся, что вы нас поддержите и начнете сотрудничество для построения лучшего мира для всех.

Запись закончилась. Стивенс поднялся.

– «Китион» не признал свою ответственность за распространение вируса, но всем вам известно, что антивирусные препараты невозможно создать за неделю, а тем более наладить их массовое производство.

– Как отреагировал Белый дом? – спросил Милен.

– Оттуда запросили образец лекарства. Запрос отклонен.

– Боятся, что мы сможем восстановить лекарство по образцу.

– Именно. После чего Белый дом заявил, что не пойдет на уступки, пока не будет доказана действенность лекарства. У меня есть сведения, что демонстрация состоится через час.

Миллен был ошеломлен.

– Белый дом готов принять их условия? Отдать террористам государственное управление, армию, интернет, энергосистемы?

– Нет, мы еще поборемся. Президент надеется выведать информацию о лекарстве и о том, где оно хранится. Демонстрация дает возможность сбора разведданных.

Следующий вопрос задала еще одна участница инструктажа, худая чернокожая женщина с поседевшими волосами, которая работала в ЦЧО с тех пор, как Миллен стал интерном.

– А что делают правительства других стран?

– Великобритания, Австралия, Канада, Германия, Япония и Россия решили до конца противостоять «Китиону». Франция и Греция воздержались от комментариев. По нашим сведениям, обе уже пошли на попятную.

В конференц-зале воцарилась тишина. Положение в мире совершенно изменилось. Что дальше? Война? Непостижимо. Каким станет человечество, когда все это закончится? В каком мире придется жить уцелевшим?

Стивенс тяжело вздохнул.

– США стремятся привлечь на свою сторону Китай, Индию, Индонезию, Бразилию, Пакистан и Бангладеш – в этих шести странах обитает почти половина населения мира. Если Индия либо Китай – или хотя бы меньшие по размеру страны – присоединятся к «Китиону», жребий будет брошен. В случае войны на их стороне окажется подавляющее преимущество.

– У нас есть мощное оружие, – заметил кто-то из зала.

– И очень скоро закончатся люди, способные им управлять, – ответил Стивенс.

Милен понял, к чему все идет. Остальные начальники смен, похоже, также это почувствовали. Они перестали перебивать Стивенса.

– Белый дом распорядился, чтобы ЦКПЗ и все агентства, участвующие в операции «Биощит», начали подготовку к военным действиям на территории США обычными средствами.

– Какую еще подготовку? – не понял Миллен.

– В настоящее время «Биощит» собирает людей, имеющих высокую ценность для выживания страны. В дальнейшем ресурсы будут выделяться только им.

Юноша не поверил своим ушам.

– А как же остальные?

Стивенс молча посмотрел на начальников смен.

– Такова реальность, с которой мы столкнулись. США без своей армии долго не протянут. Если мы пойдем на уступки в обмен на лекарство, «Китион», по сути дела, оккупирует нашу страну.

Милен вспомнил об отце и матери в Кливленде. Он знал, что родители находятся внутри санитарной зоны. Никто из них не имел ценных рабочих навыков.

– Что будет с нашими семьями?

– Они занесены в список. Непосредственные члены семей: супруги, дети, родители, братья и сестры, а также их супруги и дети – все в списке.

Ишь ты, и об этом подумали.

– То, что я рассказал вам, час назад стало страшным ударом для меня самого. Я понимаю, как вам тяжело. Еще труднее будет объяснить положение подчиненным вам операторам. Если вы считаете, что не справитесь или не сможете выполнять приказы, которые я сейчас отдам, лучше скажите сразу.

Начальник смены, сидевший рядом с Милленом, спросил, что случится с членами семей в случае отказа выполнять приказ.

– В случае отчисления из «Биощита» статус сотрудника возвращается к тому, что существовал до особого положения.

Коллега Миллена испуганно сел.

– Надеюсь, наши разведслужбы обнаружат место, где «Китион» хранит лекарство. А тем временем мы обязаны исполнять приказы. Борьба за жизнь подчас заставляет нас совершать нежелательные поступки.

Когда инструктаж закончился, Миллен собрал свою группу операторов и начал планерку. Ему не нравилось то, о чем он должен был объявить, но иного выхода не было. Юноша не мог покинуть «Биощит» из-за родителей и Халимы с Тианом.

– У меня крайне важные новости. Произошел сдвиг национальной стратегии. Я не могу открыть все подробности. Могу лишь сказать, что мы столкнулись с новой угрозой. С настоящего момента «Биощит» нацеливается на спасение лиц с высокой вероятностью выживания и начинает подготовку к военному конфликту.

Глава 88

Ветер трепал самолет с эмблемой Красного Креста, как корабль во время урагана. Уильям сначала приблизился к одной из четырех посадочных полос, затем сменил вектор и сделал заход на другую полосу. В пассажирском отсеке Эйвери, Десмонд и Пейтон пристегнули ремни и наклонились вперед, упершись в подголовники. Пейтон сидела в кресле посреди салона, в самом надежном месте, Десмонд – рядом, подпирая ее туловище своим. Эйвери сидела по другую сторону прохода.

Десмонд положил на колени Пейтон открытую ладонь, Пейтон вложила в нее свою, и Десмонд крепко сжал ее руку. Напряжение заметно схлынуло. Прикосновение напомнило давно не действовавший, а теперь снова пробудившийся к жизни электрический контур. Нахлынул поток эмоций и воспоминаний.

Пейтон смотрела прямо перед собой. Краем глаза она заметила, что Эйвери наблюдает за ними, посылая в сторону Пейтон кинжальные взгляды.

Самолет тряхнуло, шасси коснулись аэродромного покрытия. Посадка прошла более мягко, чем у Эйвери на Шетландских островах.

Через десять минут самолет остановился у дальнего края взлетно-посадочной полосы, и Уильям вышел в пассажирский отсек.

– Мы с Десмондом проверим диспетчерский пункт.

Эйвери вскочила в готовности выразить несогласие, но Уильям остановил ее поднятием руки.