А. Байяр – Я вернулся. Том 6 (страница 5)

Помимо Ёнми за сдвинутыми столиками ближе ко входу сейчас выпивала шумная компания мужчин. Контингент для раннего утра такой себе, однако хозяйку могли порадовать и столь неоднозначные посетители. Деньги, как-никак, чем бы они ни пахли.

А пока Мигён суетилась на кухне, я не стал затягивать со знакомством. Удостоив выпивох коротким взглядом, сразу направился к давней подруге Хёншика. Уселся напротив нее и молча дождался, пока женщина спустит капюшон и стянет маску.

— Здравствуйте, господин Валкер.

— Алекс, — решил обойтись без лишнего официоза. — Можно просто Алекс.

Хозяйка была права. Для женщины тридцати четырех лет Ёнми выглядела довольно молодо. Видимо, так на ее внешности сказывались перенесенные пластические операции и утомительные косметические процедуры.

Иссиня-черные волосы плавно переходили в белоснежные, создавая эффект омбре. Светлая кожа без видимых изъянов, искусственно сглаженные мимические морщинки, ну а так… женщина как женщина. Может, танцует и поет хорошо. Не особо вникал в тему к-поп индустрии, да и не было повода.

Однако в одном я был уверен наверняка — она та самая. Вся комнатушка Хёншика была обклеена постерами с изображением девчачьей к-поп группы, и только лицо Джу Ёнми на них не было закрашено черным маркером.

— Что ж, Алекс… — отвела девушка взгляд, и глаза ее забегали по помещению. Наверное, в привычку уже вошло назойливых папарацци высматривать. — Госпожа О сказала, что это вы сообщили ей о Хёншике. Вернее, о его… смерти.

— Да, — кивнул.

— Тогда не могли бы вы рассказать мне, что произошло с ним… на самом деле?

— На самом деле? — изогнул я бровь. — В каком смысле?

— Как он умер?

— Я сказал хозяйке всё, что знаю, но могу и повториться. Хёншик покончил с собой. Вот и всё.

Честно говоря, поначалу я хотел снизить психологический удар для его матери, солгав, что сын ее умер от болезни. Онкология, терминальная стадия. Да что угодно, лишь бы это помогло ей пережить утрату. Однако полиция оказалась быстрее, связалась с Мигён и пригласила ее на опознание.

Хорошо хоть мой пистолет никак не фигурировал в деле, благодаря стараниям Джинхёка. В противном случае вряд ли я когда-нибудь сумел бы переступить порог «Анекан Джансо».

— Но… по какой причине он пошел на такое? — непонимающе захлопала глазами Ёнми.

Искренняя скорбь отражалась на ее лице. Можно было подумать, что ее, действительно, волнует случившееся, но поспешных выводов я делать не спешил. Ведь издевательства над Хёншиком со стороны ее приятелей продолжались до самого выпуска из школы, в то время как она никоим образом не вмешивалась в происходящее.

— Выходит, у него были причины, распространяться о которых он не хотел, — уклончиво ответил я.

— Вы были друзьями?

— Не сказал бы.

— И всё же пришли сюда, — прищурилась женщина. — Сообщили обо всем, оказали поддержку, помогли с организацией похорон…

Эх, не думал, что мой жест доброй воли когда-нибудь обернется такой головомойкой…

— Не понимаю, чего вы от меня добиваетесь, госпожа Джу.

— Хотя бы правды, — слегка повысила она голос.

— А достойны ли вы услышать эту правду? — припечатал я, и глаза Ёнми в тот же момент заблестели от слез. — Сами знаете, что нет. И это всё, ради чего вы пригласили меня на другой конец города?

— Вы приехали на другой конец города, а я прилетела из Сеула. Сбежала сюда из агентства, от девочек…

— Тогда вам следовало сделать это раньше. Когда Хёншик был еще жив. Понятия не имею, что он нашел в вас, госпожа Джу, но я вот зацепиться ни за что не могу.

Я встал из-за стола, намереваясь оставить ее наедине с сожалениями. В конце концов, у меня и своих проблем в личной жизни хватает. Зачем еще и чужие на себя брать?..

— Вы можете хотя бы отвезти меня на кладбище, Алекс? — выпалила женщина, когда я уже повернулся к ней спиной. — Я попрощаюсь и сразу же вернусь в Сеул. Хотя бы на несколько минут. Не хочу… не хочу ехать туда одна.

— Да мало ли, чего вы не хотите?.. — процедил сквозь зубы.

— Пожалуйста! — уже с отчаянием в голосе попросила та, резко вскакивая из-за стола.

Даже компания выпивающих мужчин затихла, синхронно поворачивая к нам головы.

С другой стороны, может, простившись с Хёншиком хотя бы таким образом, Ёнми перестанет задаваться глупыми вопросами, ответы на которые я не могу ей дать? Поведать кому-либо о зависимости Хоука от сыворотки было бы верхом безрассудства. И в Хвангапуре ей оставаться тоже небезопасно.

На этом острове, в принципе, небезопасно оставаться, учитывая, какие твари здесь обитают.

— Поехали, — наконец согласился я, и женщина с благодарностью мне улыбнулась. — Только недолго. У меня тоже есть дела.

Всю дорогу до городского кладбища мы проехали молча. До него отсюда было всего двадцать минут езды, но атмосфера в автомобиле сгустилась настолько, что расстояние это казалось вечностью.

Сам я оказался здесь лишь во второй раз. Первый был в день похорон.

— Знаю, что я ничего не сделала, — нарушила Ёнми молчание, когда мы уже стояли напротив серого надгробного камня. — Его ведь из-за дружбы со мной так…

— … унижали? — подсказал, когда женщина не нашла нужного слова. — Избивали до потери сознания? Или запирали с вечера в подсобке, предварительно окатив водой из унитаза, чтобы нашли его там только к утру? В то время как вы всё время стояли в стороне, госпожа Джу, и наблюдали за этим издалека?

— Как много вы знаете? — понизив голос, задала она встречный вопрос.

— Достаточно.

— И о том, как Хёншик помогал мне уже после выпуска? Каким-то образом умудрялся предотвращать скандалы, разбираться с которыми даже агентство отказывалось? Поначалу… — с грустной улыбкой продолжила женщина, — … я упорно ломала голову, пытаясь догадаться, кто же этот таинственный Хоук. Мой тайный благодетель. Но когда начала догадываться…

Не справляясь с охватившими ее чувствами, Ёнми дрожащей рукой прикрыла рот, и плечи ее содрогнулись от беззвучного плача.

— Я так… так хотела приехать. Лично высказать ему благодарность за помощь… — затараторила айдол, борясь с рыданиями. — Но плотный график, тренировки, репетиции… И вот я смогла вырваться, чтобы… чтобы сказать спасибо куску камня! Боже… — замотала она головой. — Я не ищу оправданий. Их нет. Я попросила Хёншика о помощи всего лишь раз, чтобы он подтянул меня по учебе, но вместо этого он оберегал меня всю… всю мою жизнь. Столько, сколько мог, пока не…

Чтобы хоть как-то успокоить Ёнми, приобнял ее за плечо, но та окончательно потеряла над собой контроль и уткнулась мне в грудь, разразившись неудержимым плачем.

— Ну почему я всегда… всегда опаздываю со своей бла…бла…благодарностью⁈ Он ведь не из-за…за…за меня решил так уй…уй…уйти⁈

«Может, отдать ей дневники?» — проскочила в голове шальная мысль, но я тут же отмел ее в сторону.

Слишком уж много там информации о сыворотке, последствиях ее приема и не только. Все преступления Хоука, на которые он успел пойти в качестве хакера, там тоже описаны во всех подробностях. Пусть хоть для кого-то этот мужчина останется ангелом во плоти.

— Нет, не из-за вас. Наоборот. Возможно, забота о вас продолжала держать его здесь, — произнес первое, что пришло в голову.

— Вы… правда, так считаете? — подняла на меня Ёнми раскрасневшиеся глаза.

Искра, буря…

Бей или беги!

Интуиция никогда меня не подводила, а потому я резко натянул на лицо женщины капюшон толстовки и, приобняв за плечи, повел прочь от надгробия.

— Что?.. Куда?.. — озадаченно принялась она засыпать меня вопросами.

— Уходим, — громко шепнул ей. — Так надо. И маску наденьте.

— Но я еще не…

И как раз в этот момент за нашими спинами раздались звуки вспышек фотокамер.

Вот же суки… Ничего святого для них нет. Вот прям будто заранее знал!

Глава 4

Настырный журналист продолжал следовать за нами по пятам, пока мы двигались к воротам кладбища по мощеной дорожке. Как только я ускорил шаг, он ускорил свой, продолжая «постреливать» в нас вспышками камеры. Но что меня удивило больше, чем его настойчивость — так это то, что мужчина был совершенно один. Они ведь кучкуются, обычно, подстерегая свою добычу целой толпой.

Опасения мои подтвердились, как только мы с Ёнми дошли до машины и уселись в салон.

Едва я успел пристегнуть ремень безопасности, мужик с камерой тут же прильнул к заднему окну. К тому, где сидела женщина, сжавшись в комок и обнимая себя руками.

— Знаете его? — бросил я взгляд в зеркало заднего вида.

Что-то подсказывало мне, что с большой вероятностью айдол даст утвердительный ответ.

— Да, — сдавленно произнесла та, повыше натягивая на лицо черную тканевую маску. — Это… один из моих сасэнов.