А. Байяр – Система стратегии: Лорды тоже судят. Том 3 (страница 8)

— Ты только к нам прибыл, и еще спорить со мной собираешься? — насмешливо поинтересовался Максим. — Сбежавший от своего лорда генерал, обязанный служить ему верой и правдой, хочет более серьезных назначений, чем пляска с манекенами. Слышали? — скользнул он взглядом по остальным подчиненным. — Удивительная самонадеянность. Одно мое слово, Широков, — процедил он сквозь зубы, упершись лбом в лоб Владимира, — и Александр церемониться с тобой больше не будет. За казармы здесь отвечаю я, и если я сказал, что ты будешь практиковать бой с тенью, значит будешь. Вопросы?

— Никак нет, — играя желваками, ответил в той же манере мужчина.

— Вот и отлично.

Пожалуй, лазарет был одной из немногих городских построек, способной меня удивить и восхитить. Здание само по себе выглядело небольшим, зато внутри казалось чуть ли не произведением искусства. Но обо всем по порядку.

Переступая порог лечебницы, ты оказывался в длинном коридоре, заставленном деревянными скамьями у стен. Здесь ничего необычного. Отдельные помещения предназначались под кабинеты, смотровую и операционную. А вот в конце коридора за тяжелыми двустворчатыми дверями располагалась просторная палата.

Потолки ее уходили ввысь, образуя купол. Напротив дверей же на дальней стене находилось величественное витражное окно от пола до потолка с желтым крестом и фоном из разноцветной стеклянной мозаики.

Коек я здесь насчитал два десятка и тогда же задался вопросом, увеличится ли их число при повышении уровня постройки. С одной стороны, куда же еще больше? С другой — чем дальше в лес, тем злее волки. Это сейчас много времени не уходит на то, чтобы согнать подданных в замок, тем самым обеспечив их безопасность. Но опыт показал, что обезопасить людей в принципе получается не всегда, и жертвы среди мирного населения рано или поздно найдутся.

— Вот с этим уже можно работать, — вошел Герман в палату следом за мной и придирчиво осмотрелся по сторонам. — И всё равно нехватка современного оборудования стоит остро.

— Тогда самое время начать осваивать народную медицину, — развел я руками. — Слышал, во времена Средневековья популярной была процедура лечения пиявками.

— Я не специалист по гирудотерапии.

— А мне никогда не приходилось жить в замке, но всё ведь когда-то бывает впервые. Можем хоть сейчас отправить фермерш за листьями подорожника. Не так эффективно, как антибиотики, зато… довольно скрепно.

— Скрепно? — поморщился дипломированный врач, как от удара.

— Ну да. Ромашка, чистотел, зверобой… А веники из крапивы при болях в суставах.

— И откуда же такие «глубокие» познания?

— Выживалками в свое время увлекался. Да и бабуля моя в редких случаях признавала таблетки. Только если для сердца и давления, но это ведь святое.

— Понял. Зря спросил…

Обшарив каждый уголок лазарета, остался доволен новым приобретением. Зато теперь, случись какая-нибудь нежданная эпидемия, мы уже будем вооружены. По крайней мере целым зданием под карантинную зону, что уже очень даже неплохо. У советника по вопросам медицины появилось оборудованное рабочее место для осмотров, медсестра наконец-то была назначена на пост. Казалось бы, за сегодня я сделал всё возможное и теперь можно было спокойно выдохнуть, но нет.

Меня всё еще накаляла ситуация с преобразившимся всего за сутки Цибульским. За столь короткий срок люди так быстро не меняются. И либо он сам безо всяких на то причин поехал крышей, либо ему в этом любезно помогли. Всё же хотелось переговорить со своим боевым товарищем один на один и разобраться в этом вопросе. Может, наедине Лёха окажется более сговорчивым?

Идею свою решил претворить в жизнь, как только дела сектора на сегодня были улажены. Марса оставил на попечение Анны, уведомил о своем позднем визите генералов. Так, на всякий случай. Предупрежден — значит вооружен. Ну и отправился на сектор Цибульского, будучи готовым ко всему.

Ко всему, но далеко не к той картине, которую по итогу застал в его городе.

Начнем хотя бы с того, что у ворот меня никто не встретил. Обычно, едва завидев системное уведомлении о прибытии гостей, Лёха бросал все дела и, как гостеприимный хозяин, радушно принимал визитера в своих стенах. Но только не в этот раз. Пришлось дожидаться одного из подданных, направлявшихся в жилище после рабочей смены. Предположим…

Но это служило лишь началом. В городе была удивительная для окончания трудового дня тишина. Что-то вроде затишья перед бурей, что опять-таки наводило на недобрые мысли.

Я знал, что большую часть времени местный лорд проводит в Цветущем саду, в компании наложниц и наследников. Семьянин ни дать ни взять. Так что первым же делом отправился туда. И, честно говоря, офигел не по-детски, когда встретил за одним из столиков на первом этаже Марию — первую наложницу и мать его самых талантливых наследников. С фингалом под глазом размером с доброе куриное яйцо.

— Юра?.. — вскочила она с места, бросив пяльцы с вышивкой, едва завидев меня.

— Эт-то… кто тебя так? — моментально напрягся я. Хотя и до момента посещения сада очко было уже слегка сжато. — Только не говори, что об дверь ударилась.

— Да если бы… — приблизилась девушка ко мне и тут же уткнулась головой в мою грудь.

— Это значит «нет»? — не решившись на ответные объятия, сцепил руки за спиной.

— Это значит… — подняла она взгляд покрасневших и заплаканных глаз на меня, — … тебе лучше взглянуть самому, если всё еще не в курсе.

Не дожидаясь ответа, Мария взяла меня за руку и повела прочь из своей обители. Кроме нее не застал тут больше ни души, хотя обычно здесь было достаточно шумно. Женщины, дети, питомцы детей… Да, и такое, кстати, было. Короче говоря, беспорядок полнейший. Но веселый же беспорядок.

Совпадением ли было то, что девушка привела меня к дверям лазарета, который я сам всего около часа назад возвел на своем секторе? Не думаю…

Тем не менее, Цибульского я обнаружил в палате на ближней к дверям койке. Сказать, что парень выглядел хреново — ничего не сказать. Бормоча что-то нечленораздельное под нос, Лёха вертел головой из стороны в сторону. Пот градом катился по его вискам, губы неестественно посинели, но, видать, даже местный доктор, суетящийся возле своего лорда, облегчить его состояние не мог.

— Что с ним? — осведомился у женщины в белых одеждах, и та резко с ужасом в глазах на меня обернулась. Словно призрака увидала, ей богу. Хотя у нее сейчас схожести с призраком было побольше.

— Здесь все свои, — подсказала Мария врачу, и та тяжело выдохнула.

— Не знаю, — честно призналась женщина, глядя на валяющегося в бреду парня.

— А хотя бы примерно?

— Что-то среднее между отравлением и бешенством.

— Нихеровый, блин, такой разброс! — моментально оценил я ее предположения.

Не думаю, что в данной ситуации уместно было бы прикладывать ко лбу Цибульского подорожник.

— Отравление бешенством… Такое вообще возможно в принципе? — попытался узнать я больше.

— Симптомы скачут от первого ко второму, иногда проявляясь одновременно, — протараторила лекарь. — До летальной стадии еще не дошло, но это только вопрос времени. Эх… хотя ничего подобного за годы работы я не видела. А у меня ведь терапевтом в городской поликлинике лет двадцать стажа будет!

— Верю, — согласился я.

Дальнейшие расспросы решил отложить до более хороших времен, пока с ситуации критической не съедем. И я видел лишь один проверенный вариант исцеления. Живая вода из моих запасов, разумеется. Да, они были сильно ограничены, и, да, источник до сих пор не восстановился. Способен ли он восстановиться вообще — вопрос открытый. Но… я что, оправдываю сейчас свое желание помочь другу? Серьезно?

Много времени на то, чтобы проделать обратный путь, взять бутылку с алой водой и вернуться на сектор Цибульского не ушло. Торопился как мог. И успел.

Крючило парня на тот момент всё так же скверно, как и до этого. Пришлось прикладывать недюжинную силу лишь ради того, чтобы заставить его сделать несколько глотков. Вода как будто комом вставала у него в горле. Он задыхался, пытался выплюнуть ее, сопровождая всё это действо потоками белой пены изо рта.

— Когда мы пытались напоить его в прошлый раз, он укусил Аньку — нашу медсестру, — тараторила врач, придерживая голову Лёхи, чтобы та не металась по подушке.

— А потом напоить его попыталась я… — выражая в своем голосе всю вселенскую скорбь, произнесла Мария, занявшая позицию у изножья койки и удерживая нашего пациента за ноги.

Полагаю, теперь можно не спрашивать, откуда у любимой наложницы под глазом фингал нарисовался. Дедукция — это наше всё!

Картина маслом длилась до того момента, пока я всё же не изловчился настолько, чтобы чуть ли не силой пропихнуть живительную влагу Цибульскому в глотку. Пусть парень продолжал настойчиво сопротивляться, спустя некоторое время тело его размякло. Глаза закрылись, а на побледневшей физиономии слегка заалели щеки.

— Ну… дело сделано? — поднял глаза на женщину, сосредоточенно наблюдавшую за метаморфозами пациента.

— Похоже… похоже на то, — пробубнила та. Прислушалась к дыханию, прощупала пульс, оттянула верхнее веко. — Это же необычная вода? — наконец-то вновь обратилась она ко мне.

— Необычнее не бывает, — покачал я в руке бутылку с остатками системного лекарства.

Всего я успел набрать две штуки, и одна из них уже опустошена меньше, чем наполовину. Мог бы перелить ее в емкость меньшего объема, но прям как чувствовал, что этот гад сопротивляться начнет! Ну и хрен с ним. Главное, чтобы выкарабкался. Ну и по возможности поведал о том, где заразу странную подцепил. Подозреваю, что беспорядочные половые связи тут не при чем, хотя… всё может быть.