А. Байяр – Пожиратель демонов. Том 2 (страница 14)
— А ты собери информацию обо всех вольных отрядах, что прошли регистрацию на турнир, — мысленно отдал распоряжение рогатому. — Лучших из лучших возьми на заметку и позже доложись.
Пусть, как высокородному, принимать участие непосредственно в турнирных поединках мне было запрещено, но на сегодня меня ожидали битвы иного рода. Дипломатической направленности для начала, а дальше уж как пойдет…
Глава 8
— … и стали они жить-поживать, да добра наживать! — с улыбкой захлопнула гувернантка увесистую книгу сказок.
Но когда женщина оторвалась от пожелтевших страниц и обратила взор на юного воспитанника, то заметила, что сна у мальчика всё еще нет ни в одном глазу. Влад смирно лежал в кровати, сложив руки перед собой, и буравил свою гувернантку пронзительным взглядом, слишком взрослым для столь юного возраста.
— Что-то не так, мой юный господин? Или, быть может, сказка вам не понравилась?
— Не понравилась, — честно признался мальчик.
— Отчего же?
— В жизни так не бывает, Мария Антоновна. Не бывает так, чтобы глупому человеку всё так легко удавалось. А если же он с самого начала умным был, за что его тогда дураком прозвали?
— Ну так… — призадумалась женщина. Отложила книгу в сторону и машинально поправила белый чепец. — Хоть и дураком он был, но… добрым ведь.
— А вот отец сказал, что нужно усердно учиться, и только тогда проживешь достойную жизнь, — укоризненным тоном произнес Влад. — Так где же тогда правда? Умным быть нужно или добрым?
— Наверное… и то и другое? — попыталась Мария найти баланс. Однако чьи-то громкие возгласы и крики с улицы вынужденно прервали возникший между ними спор. — Обождите-ка минутку, юный господин… — медленно поднялась женщина с кресла, обошла кровать и осторожно приблизилась к приоткрытому окну.
Мальчишка терпеливо наблюдал за гувернанткой с кровати.
— Никак не пойму… — спустя некоторое время покачала женщина головой. — Праздник, что ли, затеяли какой ближе к ночи? Совсем из ума выжили со своими пьянками…
— Мария! — в тот же миг распахнулась дверь покоев нараспашку, а на пороге показалась одна из служанок. Растрепанная, побледневшая и запыхавшаяся. — Хватай юного господина и немедленно убирайтесь отсюда! Оба убирайтесь!
— Да что происходит-то⁈ — всплеснула гувернантка руками. — И почему ты в таком?..
— Пожар! Пожар в восточном крыле! Я предупрежу остальных, а вы… вы сейчас же бегите, пока еще можете! — сбивчиво протараторила девушка, мельком глянув на озадаченного мальчика, лежащего в кровати. — Бездной заклинаю, Мария Антоновна! Прошу, быстрее!
После чего дверь за ней захлопнулась так же быстро, как и отворилась до этого.
Буквально на несколько секунд гувернантка замерла на месте. Прислушиваясь, шумно втягивая носом воздух с теперь уже едва уловимой примесью гари. Глаза ее лихорадочно принялись бегать по комнате, пока не остановились на Владе.
— П-пожар? — пролепетал тот, и вот тут в голове Марии будто бы что-то щелкнуло.
— Нет-нет, какой еще пожар, юный господин?.. — нервно рассмеялась женщина. — Это ж поди из-за праздника всё. Чучело подожгли какое или за лампами не уследили… — затем она вновь неторопливо обошла кровать, откинула одеяло, аккуратно взяла мальчишку за руку и потянула за собой. — Но лучше бы показаться вам матери, пока она переживать не начала. Пойдемте-пойдемте.
Слова гувернантки разительно отличались от охвативших ее эмоций, и Влад отчетливо чувствовал это, но пререкаться на всякий случай не стал. Послушно опустил босые ноги на пол и засеменил в коридор следом за женщиной.
Если там, действительно, праздник затеяли, а его не позвали, он обязательно пожалуется на это и отцу, и матери. Они ведь так давно не устраивали в стенах поместья ничего интересного… С тех самых пор как Алиса отбыла на учебу в столицу.
— Держитесь поближе ко мне, юный господин, и не отставайте, — предупредила Мария, прижимая мальчишку к себе. — Ни на шаг не отставайте.
— Понял, — послушно кивнул Влад. Хотя сам прекрасно понимал, что заплутать в стенах родного дома не сможет при всем желании.
Когда они вышли к центральной лестнице, ведущей в холл, глазам их сразу же предстала странная картина. Супруга главы рода, облаченная в полный комплект начищенных до блеска доспехов, стояла внизу и раздавала мельтешащим вокруг нее слугам распоряжения.
Звонкий голос хозяйки поместья смешивался с пронзительным треском входных дверей и звоном стекла, доносящимся из дальних коридоров. Легкая дымка уже заволокла первый этаж, а запах гари здесь стоял такой резкий, что мальчишка невольно поморщил нос.
— Ваше Светлейшество! — окликнула Мария госпожу, и та резко обернулась к ней. Секундное облегчение, промелькнувшее на лице статной женщины, сменилось выражением необъяснимого сожаления и скорби.
Влад впервые видел свою мать такой. Это удивило его и одновременно зародило где-то в глубине души чувство, которому он не мог дать названия.
— Ваше Светлейшество! — повторила гувернантка и поспешила вниз, настойчиво ведя воспитанника за собой. — Аннушка сказала, что пожар…
Однако госпожа тут же ринулась им обоим наперерез.
— Боюсь, что пожар — меньшее из всех зол, что обрушатся на нас этой ночью, Мария, — громким шепотом произнесла княгиня и всучила ей в руки что-то тонкое и блестящее. Полученный предмет быстро исчез в рукаве черного платья.
— Неужели?.. — расширились глаза гувернантки от ужаса.
— Времени мало, — взяла госпожа ее дрожащие руки в свои, скользнула взглядом по съежившейся фигурке своего сына, — и сейчас я доверяю тебе самое дорогое, что у меня есть. Ценой своей жизни, Мария…
— Матушка?.. — тихо произнес Влад.
— Вам нет нужды повторять дважды, — шумно выдохнула женщина.
— … сделай всё, чтобы он пережил эту ночь. Мы задержим их ровно настолько, насколько сможем, а вы… бегите, — закончила княгиня и закусила губу.
— Матушка, но… — снова попытался мальчик привлечь к себе внимание.
— А ты, Снежинка моя, во всем слушайся Марию Антоновну, — опустилась княгиня перед ребенком на корточки и чмокнула его в макушку. — Однажды настанет время, когда ты всё поймешь. Поймешь, что отец твой ни в чем не виновен, даже если злые языки станут нашептывать тебе обратное.
Наспех протараторив это, мать надела на его шею овальный кулон из черного золота, запятнанный свежей кровью, и быстрым движением спрятала его под одеждой.
— Кайрос — единственный, кому ты сможешь довериться безоговорочно, — заглянула она в льдисто-голубые глаза сына, которые непонимающе смотрели на нее. — Единственный, кому под силу сберечь и тебя, и твою сестренку. Но пока он не войдет в твою жизнь…
Входные двери заходили ходуном, а слуги, вооружившиеся тем, что первым попалось под руку, собрались в центре холла, готовые к встрече со своими палачами.
— … просто будь сильным и никому не давай себя в обиду, — мазнула женщина большими пальцами по щекам Влада, вытирая ему слезы. — Род Морозовых будет жить, и ты тот, кто продолжит его, несмотря ни на что.
— Ваше Светлейшество! — окликнули княгиню, и лицо ее скривилось, как от болезненной пощечины. — Долго они не продержатся!
— Пора!
— Пусть уходят! — вторили другие голоса.
— Гвардию отрезали от нас в первую же очередь, — поднялась она с колен, вновь обращаясь к Марии. — Еще немного, и поместье окружат со всех сторон. Окно в конце коридора западного крыла — последняя возможность выбраться. Скатитесь по скату крыши, бегите так далеко и долго, как только можете. И да хранит вас Бездна от чужого меча…
— Да сохранит Бездна всех нас, моя госпожа… — нехотя отвернулась от нее гувернантка и, подхватив своего воспитанника под руку, поспешила вверх по лестнице.
Но Влад еще долго упирался и смотрел вслед удаляющейся от них спине матери. Матери, которой даже не дали возможности как следует попрощаться с сыном.
Последнее, что он увидел, прежде чем его чуть ли не силком утащили на верхний этаж, как входные двери с оглушительным грохотом разлетелись в щепки.
Воинственные крики слуг, огненные всполохи и тошнотворный запах горелой плоти настолько ярко запечатлелись в сознании мальчишки, что он впал в некоторый ступор. Ноги его продолжали двигаться чисто на автомате, а остекленевший взгляд ни за что конкретно уже зацепиться не мог. Да и не хотел.
Тяжело дыша, Мария стремглав бросилась в упомянутый Ее Светлейшеством коридор, ставший для нее сейчас единственным ориентиром. Ключом к спасению юного господина, отданного на поруки.
Однако было уже поздно. Как раз через разбитое окно, послужившее бы для них черным выходом, чужаки и проникли на второй этаж.
— Нет, не сюда! Назад, назад! — наперебой принялись орать слуги их рода.
Вооружившиеся канделябрами, метлами и столовыми ножами — кто чем успел — женщины представляли собой слишком уж легкие для неприятеля мишени, но они и не стремились оказать экипированным бойцам достойное сопротивление. Хотя бы потянуть время.
Некоторые из них сами остервенело бросались на мечи, выигрывая для Марии и юного господина лишние секунды на побег из тупика, и гувернантка, скрепя сердце, приняла их жертву. Подхватила воспитанника на руки и ринулась прочь.
Сейчас шестилетний мальчишка казался хрупкой женщине не тяжелее пушинки.
Из соседнего крыла им так же пришлось бежать обратно, ведь госпожа ошиблась! Поместье уже было окружено, и недруги, приставив лестницы к окнам, бесцеремонно забирались в дом, круша и поджигая всё на своем пути. Превращая его в ловушку, выбраться из которой им теперь было не суждено.