Слушать книги Владимир Кантор (4)

Предложение нестандартной книги, аналогичной "Арабескам" Гоголя, где художественная проза переплетается с научными исследованиями и эссе, утверждает единство писателя как художника и мыслителя. В новой книге Владимира Кантора, писателя и философа, восстанавливается жанр "арабесок", объединяющий философские и художественные узоры в общей канве человеческой судьбы.

В своей новой книге Владимир Кантор, писатель, доктор философских наук, заведующий Международной лабораторией исследований русско-европейского интеллектуального диалога Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (НИУ-ВШЭ) и ординарный профессор Школы философии того же университета, предлагает уникальный мастер-класс, демонстрируя, что литература и философская рефлексия взаимосвязаны. Автор подчеркивает, что только в философском контексте можно полностью понять художественный текст. Книга содержит тексты, опубликованные в различных журналах и газетах в Москве, Санкт-Петербурге, Ярославле, Чехии и США. В качестве дополнения представлен издательский макет книги в формате PDF A4.

В своей работе Владимир Кантор, доктор философских наук, заведующий Международной лабораторией исследований русско-европейского интеллектуального диалога Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (НИУ-ВШЭ) и ординарный профессор Школы философии того же университета, занимается изучением связи литературы с философией. По его мнению, все великие литературные произведения пронизаны философскими идеями. Он утверждает, что настоящая литература становится непонятной без учета этого контекста. Примером служат диалоги Платона, которые являются и философией, и замечательной литературой. Достоевский говорил, что мысль должна чувствоваться, но для этого в произведении должна присутствовать философская мысль. Так, например, "Гамлет" Шекспира непонятен без обращения к текстам Эразма Роттердамского, Пико дела Мирандола, Мартина Лютера, которые повлияли на принца. Хайдеггер утверждал, что в поэтических изречениях древнегреческих философов рождается западный мир и его культура, поскольку философия и поэзия выражают одно и то же. Задача исследователя заключается в том, чтобы увидеть это и передать читателю. В книге рассмотрены произведения Шекспира, Гофмана, Бальзака, Достоевского, Кафки, Вл. Соловьёва, В. Брюсова, Е. Замятина, А. Кёстлера, И. Эренбурга, В. Кормера и других мастеров литературы в философском контексте их времени. В книге представлен издательский макет в формате PDF A4.

Вниманию читателя предлагается второе издание книги Владимира Кантора – известного писателя, доктора философских наук, ординарного профессора НИУ ВШЭ, историка русской культуры – «Русская классика, или Бытие России». Первое издание вышло девять лет назад и было распродано всего за неделю, что обусловило необходимость выпуска второго издания. Автор основывается на своей давно сформировавшейся идее о том, что только культура, обладающая высокой классикой, может истинно существовать в полном смысле этого слова. Существуют этнографические культуры, которые представляют собой материал для полевых исследований археологов и культурологов, и есть культуры, которые создают духовную жизнь человечества. Присутствие высокой классики, способной создать свою страну для всего мира, позволяет преодолеть не только пространственные, но и историко-временные ограничения и сохранить такую культуру как событие мирового значения. Автор значительно переработал свою книгу, уточнив и развив свою мысль. В PDF формате A4 сохранен оригинальный макет издания.

В этой книге автор пытается разоблачить мифы о выдающемся мыслителе России, который имел трагическую судьбу. Власть приговорила его к 20 годам ссылки в Сибирь, отдаляя его не только от книг и литературной среды, но и от образованных людей. Он был реформатором и постепеновцем, блестящим мыслителем, который привнес идеи христианства в Россию, но в современном обличье позитивизма, что было редкостью. Он был литератором, который воскресил в России идеологический роман, согласно мысли Бахтина. Он был человеком, который ни разу не унизился, чтобы просить о помиловании, что было неприемлемо в автократическом режиме. Но власть создала образ революционера, что способствовало развитию сил, против которых выступал этот мыслитель. Вместо реформатора на его место пришли "бесы" (используя его нравственный авторитет). Василий Розанов писал: "Мы приблизились к Древу Жизни, но его срубили". Долго его имя служило его противникам. Пора раскрыть истинную сущность этого человека, разоблачив фантом, который ему подарила злая судьба. Автор пытается сделать это в своей книге, которая доступна в формате PDF A4.

Каждый истинный писатель, фактически, отражает свою собственную жизнь через автобиографическую призму. Он использует свой собственный опыт в качестве экспериментального поля, на котором исследует и пытается понять природу и сущность человека. Независимо от того, насколько отстраненно он передает свои открытия в различных образах. Николай Гоголь заявил, что его литературные персонажи, такие как Чичиков, Манилов, Ноздрев и Хлестаков, вышли из его собственной души. Важно отметить, что художественная автобиография не означает простого пересказа реальных событий, произошедших с автором. Писательское произведение не может существовать без вымысла. Автобиографические элементы и художественная конструкция всегда составляют единое целое. Автор известных произведений, таких как "Крокодил", "Крепость" и "Победитель крыс", предлагает читателю книгу, состоящую из рассказов, связанных темой жизни человека - его взросления и старения. Если хотите, это книга о жизни, разделенная на несколько эпизодов, иногда грустных, иногда смешных, иногда трагических. Как сказал Пушкин, "собрание разноцветных глав".

В романе "Крепость" от известного писателя и философа Владимира Кантора, жизнь изображается в своей трагической реальности, где каждое действие человека несет высшую ответственность - ответственность за судьбу. Этот короткий отрывок времени позволяет понять движение времени, как писал Блок. Если бы в нашей стране существовала живая литературная критика и свободное выражение общественного мнения, этот роман вызвал бы бурю - и хулы, и хвалы. Автор романа с жестокой беспощадностью вглядывается в человека - в его интимные, низменные и высокие поступки и переживания. Основные темы романа просты и жутковаты: любовь, насилие, смерть. Издательство имени Сабашниковых в 1992 году анонсировало этот роман как "документ эпохи", и художественное начало романа отошло на второй план. Наше издательство предлагает новое издание "Крепости" в полном авторском варианте и уверено, что роман будет прочитан людьми, ценящими высокую трагедийно-философскую прозу.