Евгений Джугашвили "Запретные мемуары" книги по порядку (2)

Евгений Джугашвили - Мой дед Иосиф Сталин. «Он – святой!»

Единственный внук И.В. Сталина из восьми, Евгений Джугашвили, является сторонником и духовным наследником своего выдающегося деда. Эта книга – не просто сенсационные мемуары, которые раскрывают кремлевские тайны и семейные секреты. Это – дань памяти Вождю и его славной эпохе. Почему внук впервые увидел деда на трибуне Мавзолея, а второй раз – уже в гробу? Знаете ли вы, что после смерти Сталина на его сберегательной книжке обнаружили всего 30 тысяч рублей (для сравнения, самый дешевый автомобиль тогда стоил 8000)? Почему автор уверен, что его отец Яков Джугашвили не сдался в плен, а погиб в бою? Правда ли, что Жуков несет ответственность за катастрофу 1941 года и как главный заговорщик «достоин расстрела»? Как «украинская мафия» во главе с Хрущевым убила Берию, а «проклятая каста» оклеветала Вождя? К кому были адресованы пророческие слова Сталина: «Я знаю, что после смерти не один ушат грязи будет вылит на мою голову, но ветер истории всё это развеет»? Как отправили в отставку маршала Рокоссовского, который в разгар антисталинской кампании бросил Хрущеву: «Иосиф Виссарионович для меня святой!» И в чем заключается главная ложь Путина? Эта бесстрашная книга готова отвечать на самые запретные и опасные вопросы.

Историческая литература

Фаина Раневская - «Моя единственная любовь». Главная тайна великой актрисы

Ранее считалось, что Фаина Раневская была не просто «старой девой», а почти мужененавистницей, которая никогда не испытывала любви и не выходила замуж. Ей даже приписывали известную фразу: «Хорошее дело браком не назовут». Однако в жизни Раневской была одна единственная, но великая любовь – любовь-наваждение, любовь – «солнечный удар», любовь на всю жизнь. Кому же отдала свое сердце замечательная актриса? Кого она не могла забыть до конца своих дней? Кому была верна «и в радости, и в печали»? И почему эту тайну она хранила почти полвека? Когда она все же решилась рассказать – сквозь привычную иронию и «фирменные» остроты и афоризмы Раневской пробилась такая неподдельная боль, такая скорбь, такой «плач Ярославны», что захватывало дух. Много лет эта исповедь считалась пропавшей, утерянной, сожженной самой Раневской. Но рукописи не горят!

Электронные книги (5)

Историческая литература

Любовь Орлова - О Сталине с любовью

Ее называли «иконой советского кино» и «первой звездой СССР». Она стала символом великой эпохи и была любимой актрисой Сталина. Существовали даже слухи о романтических отношениях Вождя с Любовью Орловой… Как выяснилось, это были не просто слухи, что подтвердила сама актриса! Любовь Петровна решила написать о своих отношениях со Сталиным после того, как его тело было вынесено из Мавзолея, а «разоблачение культа личности» превратилось в информационную войну против «сталинизма». Она стремилась восстановить справедливость и рассказать правду о человеке, который ей был дорог… Естественно, эту книгу невозможно было опубликовать ни в СССР, ни на Западе. Однако существовала страна, которая хранила добрую память о Вожде и испортила отношения с Кремлем именно из-за клеветы на Сталина. Мемуары Любови Орловой, тайно переданные китайскому дипломату, были изданы в Пекине уже после ее смерти. Лишь сейчас эта книга наконец возвращается к русскому читателю. Это – исповедь не только знаменитой звезды советского кино, но и любящей женщины, с которой Сталин позволял себе быть не таким, каким его знали все. Это – откровенный рассказ о «светлом пути» легендарной актрисы и всей Советской державы. Это – правда о Сталине и его великой эпохе.

Историческая литература

Симон Тер-Петросян - Сталин. Мой товарищ и наставник

Незадолго до своей трагической гибели в июле 1922 года Симон Аршакович Тер-Петросян, более известный под партийным псевдонимом «Камо», завершил работу над книгой воспоминаний об Иосифе Виссарионовиче Сталине, своем земляке, наставнике и товарище по революционной борьбе. Обстоятельства сложились таким образом, что рукопись мемуаров была опубликована лишь в 2013 году, а до этого времени хранилась в семейном архиве его близкого друга, ставшего редактором. Ценность этих воспоминаний заключается в том, что они охватывают юные годы Сталина, наименее освещенный период его биографии, а также в том, что автором является не просто современник Вождя, а его друг и соратник по революционной борьбе, пламенный революционер, которого Владимир Ильич Ленин называл человеком «совершенно исключительной преданности, отваги и энергии».

Историческая литература

Екатерина Фурцева - «Я плачу только в подушку». Откровения «первой леди СССР»

«Вы мой добрый гений» – так говорила Фаина Раневская о Екатерине Фурцевой. В народе Фурцеву называли Екатериной Великой, намекая как на её выдающуюся политическую карьеру (никто из женщин в СССР ранее не достигал таких высот – секретаря ЦК и министра культуры), так и на её насыщенную личную жизнь (первый муж ушел, оставив Фурцеву с 4-месячным ребенком, а второй ради неё бросил свою семью). Как простая ткачиха стала «первой леди ЦК», «первой красавицей Кремля» и «самой стильной женщиной СССР»? (Фурцева ежедневно занималась бегом и гимнастикой, была отличной пловчихой, теннисисткой и планеристкой, имела великолепный и стильный гардероб, первой пришла на кремлевский прием в бальном платье.) Всегда ли она придерживалась своих принципов: «не делать карьеру через койку» и «плакать только в подушку»? Что заставило её попытаться покончить с собой, вскрыв вены? И стоит ли верить слухам, что её ранняя смерть (по официальной версии, от сердечной недостаточности) на самом деле была самоубийством? Эта книга – не политические мемуары, а личная исповедь «Екатерины Великой», поэтому первая публикация состоялась за границей. И только теперь эти сенсационные откровения «самой удивительной женщины СССР» возвращаются к российским читателям.

Историческая литература

Фаина Раневская - «Моя единственная любовь». Главная тайна великой актрисы

Прежде считалось, что Фаина Раневская была не просто «старой девой», а чуть ли не мужененавистницей, никогда не влюблялась и не выходила замуж. Ей даже приписывали авторство общеизвестной остроты: «Хорошее дело браком не назовут».Но, оказывается, в судьбе Раневской была единственная, зато великая любовь – любовь-наваждение, любовь – «солнечный удар», любовь на всю жизнь.Кому отдала свое сердце гениальная актриса? Кого она не могла забыть до конца своих дней? Кому была верна «и в радости, и в печали»? И почему хранила эту тайну почти полвека?А когда все же решилась рассказать – сквозь привычную иронию и «фирменные» остроты и афоризмы Раневской прорвалась такая неподдельная боль, такая скорбь, такой «плач Ярославны», что комок в горле…Много лет эта исповедь считалась пропавшей, утерянной, сожженной самой Раневской. Но рукописи не горят!

Историческая литература

Ангел Юрич - В окопах Донбасса. Крестный путь Новороссии

Эта книга – настоящая «бомба». Читать эти мемуары физически больно. Это – запретная «окопная правда» Новороссии. Горькая правда о подвиге Русского Мира и предательстве Кремля. О том, как дрались и погибали герои Донецка, пока Москва сливала Донбасс. О том, как наши мочили карателей в Дебальцевском котле, готовы были брать Мариуполь и освобождать Украину от бандеровской нечисти, но Кремль не позволил добить врага, позорно «прогнулся» перед «западными партнерами» и продал эту победу.«Фраза «вокруг стоял кромешный ад» от частого использования литераторами поблекла и подутратила свою яркость. Нет слов в человеческом языке – даже самом выразительном, русском, – чтобы рассказать, что мы там увидели. Поле настолько уставлено горящей техникой, что проехать можно было лишь с огромным трудом. Везде – в технике и рядом с ней – обгорелые тела ее экипажей и десанта: черные, скрюченные, иногда с полопавшейся кожей, под которой сочится слизью и лимфой алое мясо. Проклятые Богом хохломутанты трое суток шли на прорыв – обкумаренные американской боевой наркотой, подпираемые заградотрядами из «правосеков» и наемной западной нечисти всех мастей. А наши ребята без всяких заградотрядов, без выучки и подготовки, стояли в Логвиново насмерть – в упор жгли из гранатометов и расстреливали из автоматов всю эту свору. Некоторые «умники» в Интернете не раз писали, что «противник в Дебальцево сдался и оказывал лишь вялое сопротивление». Чтоб я так жил, как тамошнее сопротивление было «вялым»! Противник так пер, что некоторые танки и бэхи наши сожгли метрах в двадцати от крайних домов. Для гранатомета это не то что «в упор», а даже «за пределом фокуса» – стандартная граната взводится, лишь пролетев метров тридцать…»