— Если ты согласишься на одно условие, Маша останется с тобой, — прошептала я, не произнося ни слова, в ожидании ответа от Германа. Пытаясь скрыть дрожь в своем теле, я смотрела ему прямо в глаза, словно хотела передать ему свою искренность. Боясь, что он сможет распознать мою ложь. Воздух становился все тяжелее, и страх охватывал меня все сильнее. Я понимала, что не смогу выполнить его условие, и для меня это было эквивалентом смертного приговора... Но сейчас не было времени на раздумья. Герман все равно не услышит меня сейчас, поэтому мне нужно было сказать "да" и попытаться выиграть время. Позже я могла признаться во всем.
