
42 г. н. э. Бесстрашный центурион Макрон, опытный солдат, закаленный в боях, находится в самом сердце Германии со Вторым легионом — гордостью римской армии. Катону, новому рекруту и недавно назначенному заместителю Макрона в кровопролитной схватке с местными племенами предстоит доказать справедливость этого назначения.

Когда в 43 г. н. э. центурион Макрон получает назначение в земли британских племен, он и не подозревает, что здесь ему, видавшему виды воину, предстоит одна из самых сложных кампаний. Макрон и его молодой подчиненный Катон должны найти и победить врага, прежде чем он окрепнет достаточно, чтобы сокрушить римские легионы. Но британцы не единственный противник, противостоящий Макрону и Катону: в тени кровопролитных схваток зреет заговор против самого Императора.

Это история о тех временах, когда датские викинги поставили под сомнение само существование Британии, когда все английские королевства оказались на волосок от гибели. И только король Альфред, единственный правитель в истории Англии, названный Великим, был намерен отстоять независимость родного Уэссекса и острова в целом.
Герой романа Утред, в младенчестве похищенный датчанами и воспитанный ими как викинг, почитающий северных богов, повзрослев, вынужден решать, на чьей стороне сражаться. Защищать ли свою истинную родину или встать на сторону завоевателей? Он должен сделать этот выбор сам, не рассчитывая на то, что все уже предопределено судьбой.

Это история о тех временах, когда датские викинги поставили под сомнение само существование Британии, когда все английские королевства оказались на волосок от гибели. И только король Альфред, единственный правитель в истории Англии, названный Великим, был намерен отстоять независимость родного Уэссекса и острова в целом.
Герой романа Утред, в младенчестве похищенный датчанами и воспитанный ими как викинг, почитающий северных богов, повзрослев, вынужден решать, на чьей стороне сражаться. Защищать ли свою истинную родину или встать на сторону завоевателей? Он должен сделать этот выбор сам, не рассчитывая на то, что все уже предопределено судьбой.















