18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню
Олег Исаев
Последние
Мурад Ибрагимбеков - Мадагаскар. Кинематографический роман
Мурад Ибрагимбеков - Мадагаскар. Кинематографический роман

Европа, конец 30-х – начало 40-х годов прошлого века.

Еще вчера Штефан Шустер был довольно известным в Германии режиссером эротических фильмов, а ныне по заказу нацистов он вынужден снимать пропагандистскую киноленту о жизни в изолированном трудовом лагере для представителей национального меньшинства. Будучи сам сегрегированным, пораженным в гражданских правах, он поначалу с энтузиазмом берется за съемки, однако каждый новый день убеждает Шустера в том, что сценарий лжив, а внешняя благоустроенность еврейской общины – лишь декорация. И тогда он решается на безумную, отчаянную авантюру.

Слушателю придется перенестись на десять, двадцать пять, сорок лет вперед, пересечь границы и океаны, отыскать живых свидетелей тех событий и вместе с героями книги склеить из разрозненных кусочков цельную историю о том, чем обернулось для обитателей трудового лагеря обещание фюрера подарить им целую страну – Мадагаскар.

Федор Достоевский - "Братья Карамазовы (Часть 4) "
Федор Достоевский - "Братья Карамазовы (Часть 4) "

"Братья Карамазовы" (1880 г.) – последний роман Достоевского, вершина его творчества, в каком-то смысле главный труд всей его жизни и одно из величайших произведений в истории мировой литературы.

Загадка, связанная со смертью и кражей, полная накала и страстей любовная история, разворачивающаяся на глазах читателя семейная драма, сложные психологические перипетии, множество вплетенных в основную канву других остросюжетных линий – все это вместилось в роман «Братья Карамазовы», главной проблематикой которого является вопрос о Боге и бессмертии души. А в центре повествования, как всегда у Достоевского, – человек, терзаемый сомнениями, раздираемый страстями, жаждущий любви, власти, денег, мечущийся от добра ко злу и от зла к добру, ищущий свой путь, свою веру, своего Бога.

Роман лег в основу десятков экранизаций – отечественных и зарубежных – и все время становится предметом режиссерских экспериментов. Но, наверное, правы те, кто считает, что ни одна, даже самая талантливая, постановка не в силах передать всей глубины этой прозы.

Лев Толстой - Севастопольские рассказы
Лев Толстой - Севастопольские рассказы

Лев Толстой

«Севастопольские рассказы»

«Знаешь, я до того привык к этим бомбам, что, я уверен, в России в звёздную ночь мне будет казаться, что это всё бомбы: так привыкнешь» - пишет молодой поручик граф Толстой. Позже его назовут первым русским военным корреспондентом. Полухудожественные, полурепортажные очерки из горячей точки 1855 года. Толстой показывает войну, как никто до него, и врывается в первые ряды русской литературы. «Севастополь в декабре месяце» появился в журнале «Современник» с подписью «Л. Н. Т.» с незначительными правками, «Севастополь в мае» подвергся чудовищной цензуре - в результате редакция сама сняла подпись автора и извинялась перед Толстым, что иначе поступить не могла. И лишь под третьим рассказом - «Севастополь в августе 1855 года» - впервые в печати появляется подпись «граф Л.Толстой». Слушайте же «Севастопольские рассказы» без цензуры и купюр!

 

Климович Люциан - Книга о Коране, его происхождении и мифологии
Климович Люциан - Книга о Коране, его происхождении и мифологии

"Братья Карамазовы" (1880 г.) – последний роман Достоевского, вершина его творчества, в каком-то смысле главный труд всей его жизни и одно из величайших произведений в истории мировой литературы.

Загадка, связанная со смертью и кражей, полная накала и страстей любовная история, разворачивающаяся на глазах читателя семейная драма, сложные психологические перипетии, множество вплетенных в основную канву других остросюжетных линий – все это вместилось в роман «Братья Карамазовы», главной проблематикой которого является вопрос о Боге и бессмертии души. А в центре повествования, как всегда у Достоевского, – человек, терзаемый сомнениями, раздираемый страстями, жаждущий любви, власти, денег, мечущийся от добра ко злу и от зла к добру, ищущий свой путь, свою веру, своего Бога.

Роман лег в основу десятков экранизаций – отечественных и зарубежных – и все время становится предметом режиссерских экспериментов. Но, наверное, правы те, кто считает, что ни одна, даже самая талантливая, постановка не в силах передать всей глубины этой прозы.