18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню
Дмитрий Иванов
Последние
Юми - Маньяки Японии. Убийцы страны харакири, самураев и саке
Юми - Маньяки Японии. Убийцы страны харакири, самураев и саке
Япония. Загадочная и древняя цивилизация. Глубокая созерцательность здесь сочетается с лихой удалью, тонкая этика – с сексуальной раскрепощённостью, а строгое следование общественным нормам – с индивидуализмом и даже ницшеанством.Естественно, в японском обществе, где человек зажат в рамки патриархальной семьи и корпоративной культуры, возникли сложные общественные проблемы. Эти недуги подчас приобретают самый жуткий и гротескный характер, вырываются на поверхность: выползают из темных подворотен бескрайних токийских трущоб, из заброшенных колодцев, из крохотных замусоренных каморок…Будьте готовы окунуться в настоящую пучину безысходности, тлена, деградации и морального разложения. Здесь погибают все добрые человеческие чувства. Здесь наступает граница между человеком и демоном.Эта книга откроет вам пугающий мир боли и страданий.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
Владимир Богомолов - Зося
Владимир Богомолов - Зося
В повести Владимира Богомолова «Зося» рассказывается о трёх скоротечных днях отдыха группы из тридцати красноармейцев, оставшихся в живых из состава батальона. Но стоило лишь измождённым от месячных боёв людям выспаться, как они сразу забыли о том, что идёт война. Их взоры обратились в сторону мирных занятий: ловлю рыбы, заготовку дров для польского населения, танцы… А где танцы, там и девушки… Автор очень наглядно показал трагедию молодых людей военного поколения: встав из-за парт, они быстро научились хорошо воевать, но очень плохо понимали, что значит любить. А так как жизнь брала своё, то молодые люди на инстинктивном уровне делали робкие шаги по зову Природы, которая звала их к продолжению жизни. Но, обожжённые войной люди, были почти лишены романтики и комплексовали по любым пустякам. Спустя много лет, главный герой пожалел о своей нерешительности в отношениях с польской девушкой, считая, что потерял что-то такое, что никогда в его жизни уже не повторится.