Предисловие. Три фотографии
Рассказчик вспоминает о трёх снимках.
Рассказчик — известный японский автор, в возрасте около сорока лет, женат, имеет детей, в нём можно угадать Осаму Дадзая.
На первом снимке — мальчик примерно десяти лет, окружённый сёстрами и братьями, улыбается неискренне, как будто на лице у него гримаса. На втором — тот же мальчик в форме гимназиста. Его улыбка уже не вызывает отторжения, но выглядит неестественно, как будто юноша на фотографии не ощущает «вкуса к жизни».
На третьем снимке голова этого же человека поседела, а его возраст невозможно определить. Лицо безжизненно, невыразительно, оно вызывает раздражение, страх и отвращение.
Тетрадь 1. Детство
Ёдзо Ооба родился в большой обеспеченной деревенской семье. Он часто болел и с ранних лет ощущал, что не вписывается в общество.
Ёдзо не понимал, что именно заставляет людей страдать или приносит им радость, какие сны им снятся, о чём они думают. Это волновало его, пугало, не давало спокойно спать по ночам, сводило с ума.
В итоге Ёдзо решил стать шутом, надеясь скрыть под этой маской свою истинную сущность и «примириться с... унылым существованием» своей семьи. Он научился искусно лгать, однако постоянное ношение маски давалось ему тяжело. Злоба людей так сильно пугала Ёдзо, что он не защищался, а ещё больше отдалялся от всех наивным оптимизмом.
Обычно свой звериный нрав люди стараются спрятать поглубже, но бывают моменты, когда он проявляется — подобно тому, как корова дремлет, …и вдруг — бац! — бьёт хвостом севшего ей на брюхо слепня.
Чтобы рассмешить окружающих, он надевал тёплый свитер летом, изображая «индейский танец», обмотавшись платком. В школе за успехи в учёбе и достаток семьи Ёдзо начали уважать. Это смутило его и заставило вести себя как клоун. Он рисовал карикатуры, писал смешные и дерзкие сочинения и вскоре также прослыл шутом в школе.
Примерно в это время домашние служанки и слуги совратили Ёдзо. Он, разучившись говорить правду и доверять, никому не пожаловался. Живя вне общества, Ёдзо заметил, что люди постоянно обманывают друг друга.
Тетрадь 2. Юность
Ёдзо переехал к тётке, легко поступил в старшую школу и стал любимцем класса. Ему казалось, что он «научился надёжно скрывать своё „я“», но его неожиданно разоблачил Такэити.
Такэити — одноклассник Ёдзо, самый слабый в классе, почти идиот, бедно одетый, худой, с бледным одутловатым лицом.
Однажды на уроке физкультуры он заметил, что Ёдзо упал нарочно, и тихо сказал ему об этом. Ёдзо испугался, что Такэити раскроет его, и решил подружиться с ним.
Зазвав Такэити в гости, Ёдзо увидел, что у него загноились уши, и промыл их спиртом. Такэити сказал, что Ёдзо «бабы будут обожать». И действительно, женщины тянулись к нему, им больше, чем мужчинам, нравилась его клоунада. Ёдзо же считал женщин загадочными и опасными.
Женщины… Они то привлекают к себе, то отталкивают. Вдруг в присутствии людей обращаются с тобой крайне презрительно, совершенно бессердечно, но когда рядом никого нет, крепко обнимают…
Двоюродные сёстры, заходившие к Ёдзо, чтобы поболтать и развлечься, вызывали у него ужас. Но в полной мере пророчество Такэити сбылось позже и самым ужасным образом.
Однажды Такэити принёс Ёдзо книгу с автопортретом Ван Гога, который назвал «приведением». Ёдзо признался, что ему тоже «хотелось бы писать такие приведения». Ещё в младшей школе он увлекался рисованием, но только сейчас понял, в каком стиле должен рисовать.
Ёдзо изобразил истинного себя с вечной тоской в душе и показал его лишь Такэити. Тот выдал второе пророчество: из Ёдзо получится великий художник.
По настоянию отца Ёдзо поступил в столичную гимназию, хотя сам хотел пойти в художественное училище. Недолго прожив в грязном общежитии, он получил диагноз: инфильтрат в лёгких, и переехал на дачу отца под Токио.
В гимназию Ёдзо ходил только одну-две недели в месяц, когда в Токио приезжал отец. В остальные дни он посещал художественную студию. Там Ёдзо познакомился с Масао Хорики, который научил его пить сакэ, развлекаться с проститутками и закладывать вещи в ломбард.
Хорики показал Ёдзо Токио. Тот боялся кондукторов, билетёрш и официантов, поэтому во время прогулок отдавал свой кошелёк другу. Ёдзо считал Хорики дураком, но любил бродить с ним по Токио.
Ёдзо стал часто посещать проституток. Он считал их умственно отсталыми, но находил в их компании покой и освобождение от страха перед людьми. Другие женщины чувствовали исходящую от него ауру порочности и тянулись к нему.
Не выдержав, Ёдзо прекратил посещать проституток и начал ходить на заседания коммунистического кружка. Он привлекал Ёдзо не идеями, а успокаивающей атмосферой нелегальности. Он выполнял поручения товарищей по кружку и быстро стал там популярным и необходимым.
Тем временем отец покинул политику и продал дачу, где сын жил на всём готовом. Ёдзо снял комнату, и денег стало не хватать. Учёбу и живопись он практически бросил, зато стал начальником опергруппы. Вскоре «товарищи» заговорили о вооружённом восстании, Ёдзо порвал с ними, «почувствовал себя отвратительно и задумал умереть».
В это время за Ёдзо ухаживали три женщины. Он выбрал Цунэко.
Цунэко — официантка из кафе, старше Ёдзо на 2 года, замужем, одинокая, с мягким голосом.
Цунэко родилась в Хиросиме, её муж сидел в тюрьме. Она успокоила и расположила к себе Ёдзо, который раскрыл ей свою суть.
Однажды Ёдзо зашёл к ней в кафе вместе с Хорики. Тот начал приставать к Цунэко, и Ёдзо сильно напился. Очнулся Ёдзо у Цунэко дома, и она предложила ему совершить двойное самоубийство, утопившись в море.
Вечный страх перед людьми, бесконечное плутание по жизненным лабиринтам, безденежье… — всё это пронеслось в голове, и я понял: нет сил жить дальше. Я с лёгкостью принял её предложение умереть вместе.
Ёдзо выжил, а Цунэко погибла.
Поднялась шумиха, отец отрёкся от Ёдзо. Некоторое время он просидел в полицейском участке, потом его перевезли в Йокогаму, и до окончания разбирательств он перешёл под опеку поручителя.
Тетрадь 3. Взрослая жизнь
Поручителем Ёдзо стал Сибута по прозвищу Палтус.
Сибута (Палтус) — прихвостень отца Ёдзо, владелец магазинчика и посредник в тёмных делах, скользкий и фальшивый, напоминающий рыбу-палтус.
Он поселил Ёдзо у себя. Из гимназии Ёдзо отчислили, Палтус запретил ему выходить из дома, а суд всё откладывался. Каждый месяц, тайком от отца, братья присылали Ёдзо немного денег.
Вскоре Палтус сообщил, что суда не будет, спросил, что Ёдзо собирается делать дальше, и предложил свою помощь, если тот образумится. Позже выяснилось, что семья решила содержать Ёдзо, если тот снова начнёт учёбу, но Палтус этого не сказал — он захотел выступить благодетелем за чужой счёт.
Ничего не понимая, Ёдзо заявил, что хочет быть художником. Палтус ехидно рассмеялся.
Если наш мир сравнить с морем, то как сквозь толщу воды просматриваются фантастические колеблющиеся блики, так же сквозь смех проглядывает запрятанная вглубь сущность взрослых людей.
Рано утром Ёдзо сбежал от Палтуса и направился за советом к Хорики. Друг не обрадовался его приходу и попытался его выгнать.
У Хорики Ёдзо познакомился с Сидзуко и стал жить у неё.
Сидзуко — сотрудница редакции детского журнала, 28 лет, вдова, имеет 5-летнюю дочь, высокая, стройная, не глупа, жалеет Ёдзо.
Прожив некоторое время альфонсом, Ёдзо начал рисовать комиксы для детского журнала. Вскоре появился Хорики, Ёдзо простил его и снова начал пить с ним. Поняв, что приносит Сидзуко несчастье, он ушёл и поселился у мадам — хозяйки маленького бара.
Целый год Ёдзо рисовал комиксы для низкосортных журналов. Затем он познакомился с Ёсико.
Ёсико — продавщица из табачного киоска, единственная законная жена Ёдзо, 18 лет, симпатичная, наивная, доверчивая.
Они быстро поженились, а мадам помогла молодожёнам снять комнату. Ёдзо бросил пить и наслаждался семейной жизнью.
Мне казалось, что я стою на пороге новой жизни — постепенно становился человеком «как все», душу согревала сладкая мысль о том, что впереди нормальная жизнь, что не придётся подыхать скотской смертью.
Но вскоре снова появился Хорики и начал таскать его по барам. Сопротивляться его влиянию Ёдзо не мог.
Однажды Ёсико изнасиловали практически на глазах у Ёдзо и Хорики, и те даже не попытались её спасти. Ёдзо начал седеть, уверенность в себе покинула его. Он не мог смириться с тем, что Ёсико пострадала из-за своей доверчивости — того самого качества, к которому Ёдзо стремился всю жизнь. Жить с ней Ёдзо становилось всё тяжелее.
Найдя сильное снотворное, припрятанное женой, Ёдзо выпил его. Три дня он был на грани смерти, но выжил. Палтус дал ему немного денег, и Ёдзо отправился на минеральные источники. Там он тоже пил, его здоровье полностью расстроилось, и он вернулся в Токио.
Однажды на улице Ёдзо стошнило кровью. Хозяйка ближайшей аптеки пожалела его и предложила морфий. Ёдзо быстро пристрастился к нему.
Тревога, раздражение, робость — всё моментально исчезло, и я почувствовал себя весёлым человеком, ощутил прилив сил, способность искусно рассуждать на любые темы…
Чтобы раздобыть дозу, он рисовал порнографию и спал с аптекаршей-калекой.
Поняв, что морфий разрушает его, Ёдзо в отчаянии попросил помощи у отца. Вместо ответа явились Палтус с Хорики и отвезли его в психиатрическую больницу.
Через три месяца за Ёдзо приехал старший брат. Сообщив, что отец скончался, он перевёз Ёдзо в деревню, купил старый дом и нанял пожилую служанку. Смерть отца потрясла Ёдзо, он окончательно уверился в своей неполноценности, утратив даже способность страдать.
В 27 лет он поседел и выглядел как сорокалетний человек.
Рассказчик не был знаком с Ёдзо, но знал мадам. Ёдзо прислал ей три тетради со своей исповедью. Где сейчас Ёдзо и жив ли он вообще, мадам не знала, и поэтому отдала тетради рассказчику. Тот опубликовал их в неизменённом виде.
Комментарии