реклама
Бургер менюБургер меню

Слушать книги Наталия Соколовская (7)

На этой странице Вы можете бесплатно слушать аудиокниги Наталия Соколовская онлайн. Также Вы найдете и других авторов книг схожих с Наталия Соколовская

Последние
Наталия Соколовская - Вид с Монблана
Наталия Соколовская - Вид с Монблана
Действие повести «Вид с Монблана» разворачивается в блокадном Ленинграде и современном Петербурге. "Здесь присутствует нечто, что выходит за рамки ностальгического реализма и социального протеста: обычные “коммунальные” люди в любой момент могут стать мифологическими героями, а места их обитания превращаются в библейское “место безвидное и пустынное”, где рядом с домами течет неназванная Река, а обитают те, у кого уже или еще нет имен – Мальчик, Девочка, Старик. …Стиль иногда достигает невиданного величия: “Когда они были на полпути к дому, настала ночь, и все вокруг стало черным. И только снег излучал слабое сияние, а кроме снега, никакого огня рядом не было, чтобы осветить их дорогу”» (Андрей Степанов). Повесть «Вид с Монблана», а также «Моя тетка Августа», «Моцарт в три пополудни», «Винтаж», «Сука в ботах» и роман «Рисовать Бога», входящие в цикл «Третий подъезд слева», объединены не только системой лейтмотивов, местом действия и тоном повествования, но и общими героями. Все эти произведения складываются в единый эпический текст.
Наталия Соколовская - Сука в ботах. повесть
Наталия Соколовская - Сука в ботах. повесть
Повесть «Сука в ботах» стала частью книги «Вид с Монблана», наряду с произведениями «Моя тетка Августа», «Моцарт в три пополудни», «Вид с Монблана» и «Винтаж». Эти повести, а также роман «Рисовать Бога», изданный отдельно, объединены не только системой лейтмотивов, местом действия и тоном повествователя, но и общими героями. Таким образом, повести и роман формируют единый эпический текст. Проза Наталии Соколовской характеризуется реализмом, обладая в то же время необычной, «галлюциногенной» точностью деталей. Однако в ней присутствует нечто, что выходит за рамки реализма и социального протеста: обычные «коммунальные» жители в любой момент могут превратиться в мифологических героев, а их жилища – в библейское «место безвидное и пустынное», рядом с которым протекает неназванная Река и живут существа, у которых уже есть или еще нет имен – Мальчик, Девочка, Старик… Поэт Марина Кудимова отмечает: «В книге есть новеллы, написанные с такой болью и в такой прекрасной русской традиции, такие тонкие, что они меня просто поразили».
Наталия Соколовская - Моцарт в три пополудни
Наталия Соколовская - Моцарт в три пополудни
Повесть «Моцарт в три пополудни» была включена в сборник «Вид с Монблана» вместе с такими произведениями, как «Моя тетка Августа», «Винтаж», «Вид с Монблана» и «Сука в ботах». Эти повести, а также роман «Рисовать Бога», который вышел отдельной книгой, объединены не только системой лейтмотивов, местом действий и тоном рассказчика, но и общими героями. Как повести, так и роман образуют единый эпический текст. Проза Наталии Соколовской отличается реализмом при невероятной, «галлюциногенной» точности деталей. Однако в ней присутствует нечто, что выходит за рамки реализма и социального протеста: обычные «коммунальные» люди в любой момент могут превратиться в мифологических героев, а их места проживания – в библейское «место безвидное и пустынное», где рядом с домами течет неназванная Река, и живут те, у кого уже или еще нет имен – Мальчик, Девочка, Старик… Поэт Марина Кудимова отмечает: «В книге есть новеллы, написанные с такой болью и в такой прекрасной русской традиции, что они меня просто поразили».
Наталия Соколовская - Винтаж. повесть
Наталия Соколовская - Винтаж. повесть
Повесть «Винтаж» включена в сборник «Вид с Монблана» наряду с произведениями «Моя тетка Августа», «Моцарт в три пополудни», «Вид с Монблана» и «Сука в ботах». Эти повести, а также роман «Рисовать Бога», который вышел отдельной книгой, объединены не только системой лейтмотивов, местом действия и тоном рассказчика, но и общими героями. Как повести, так и роман формируют единый эпический текст. Проза Наталии Соколовской отличается реализмом, при этом обладает необычной, «галлюциногенной» точностью деталей. Однако в ней присутствует нечто большее, чем просто реализм и социальный протест: обычные «коммунальные» люди могут в любой момент превратиться в мифологических героев, а места их обитания могут стать библейским «местом безвидным и пустынным», где рядом с домами течёт неназванная Река и живут те, у кого уже есть или ещё нет имён – Мальчик, Девочка, Старик… Поэт Марина Кудимова отмечает: «В книге есть новеллы, написанные с такой болью и в такой прекрасной русской традиции, такие тонкие, что они меня просто поразили».
Наталия Соколовская - Литературная рабыня
Наталия Соколовская - Литературная рабыня
Премия им. Н. Гоголя (2008)Длинный список премии «Большая книга 2008» Иногда лаконичный медицинский диагноз дает почувствовать истинную ценность жизни, а гул томографа оказывается самым подходящим фоном для воспоминаний…Героиня по профессии редактор, а по призванию – поэт. Она закончила знаменитый и полускандальный московский Литературный институт на излете советского строя, а к началу повествования работает в издательстве образца «постсоветского капитализма с получеловеческим лицом». После окончания Литературного института Даша оказывается в Грузии. Туда привела ее любовь к поэту Борису Пастернаку. Но в этой стране она находит и собственную, уже реальную любовь, которая развивается на фоне трагических событий апреля 1989 года и гражданской войны 1991 – 1992 годов, в которые вовлечена она сама и в которой принимает участие ее возлюбленный, журналист Ираклий. Даша возвращается в Ленинград, который за это время стал Петербургом. Ираклий остается в Тбилиси. Скоро у Даши рождается сын. Так начинается ее «обычная» жизнь в распадающейся стране.В роман вплетены судьбы женщин, чьи книги переписывает Даша. Это эксцентричная полуавантюристка Каталина Хуановна (бывшая Катя) и немая певунья из горной азербайджанской деревушки Айдан, чья трагическая судьба занимает в книге едва ли не такое же важное место, как судьба самой героини, может быть, потому, что это связано с «кавказской тематикой». Рассказ об издательском бизнесе девяностых, об отношениях с начальством и авторами, об особенностях отечественного книгоиздания – это смех сквозь слезы. Любимая русская реакция на трагическое.В оформлении обложки использована работа Екатерины Посецельской.