Манн Генрих - Молодые годы короля Генриха IV

Мальчика звали Генрих. Его мать доверила его заботам родственницы и наставника, чтобы он рос так, как растут обычные дети. Он провёл свои дни в замке Коаррац, расположенном в регионе Беарн. После смерти деда, Генриха д’Альбре, мать забрала его домой, в По, где они имели небольшой двор. Генрих д’Альбре, старший сельский правитель, владел склоном Пиренеев и всем, что на нём росло. Он носил титул короля Наварры. Во Франции шла борьба между католиками и протестантами, в результате которой происходили грабежи и убийства в имя обеих сторон. Генрих д’Альбре был умеренным католиком, который позволял слушать протестантские проповеди. Его главное беспокойство заключалось в том, чтобы король Франции не стал слишком могущественным.

После смерти деда его дочь Жанна взяла на себя королевский титул Наварры. Её муж, Антуан Бурбон, служил генералом французского короля и часто находился в походах. Жанна любила его, пока он не завёл любовниц, но не возлагала на него больших надежд. Мать Жанны, д’Альбре, была сестрой короля Франции Франциска I. Жанна стала королевой, но этого ей было недостаточно. Хотя у короля Франции из династии Валуа было ещё четыре сына, амбициозная Жанна предсказывала своему сыну Генриху необыкновенное будущее. Однажды Жанна обняла Генриха и свою дочь Катрин и объявила, что они вскоре отправятся в Париж. Перед поездкой королева приняла протестантство, что усилило влияние новой религии. Перед отъездом в Париж мать рассказала Генриху о королеве-матери, Екатерине Медичи, которую Жанна презирала. На восемнадцатый день пути они переправились через Луару и остановились в замке Сен-Жермен, где проживала королева-мать.

Сразу по приезду Генрих встретился с юным королём Карлом IX и принцами — старшим Генрихом, которого называли монсеньором, и младшим д’Алансоном. Вскоре он познакомился с принцессой Маргаритой Валуа, которая произвела на него глубокое впечатление. Екатерина Медичи предложила Жанне «выкупить» её веру, но, поняв, что Жанна не поддаётся, решила с ней подружиться. Королева-мать игнорировала протестантские проповеди, которые Жанна проводила во дворце. Вместо того чтобы выразить недоверие, королева предложила объединиться против общих врагов. Наибольшую угрозу для правящего дома представляли Гизы. Их богатая Лотарингская ветвь претендовала на французский трон и пользовалась поддержкой испанского короля Филиппа. Бедных Бурбонов королева не считала серьёзными соперниками. Она сама надеялась на поддержку испанского монарха. Жанна старалась угодить королеве Екатерине, ведь интересы её сына и веры требовали самопожертвования.

Генрих стал главой группы, в которую вошло всё молодое поколение двора, включая короля и принцев. Одетые в рясы, они вмешивались в важные заседания и мешали влюблённым. Екатерина узнала об этом, когда шайка во главе с Генрихом Бурбоном ворвалась к ней верхом на ослах. Вскоре Жанне предложили покинуть двор. Генриха оставили с отцом, чтобы переделать его в католика. Перед отъездом Жанна запретила мальчику посещать мессу. Генриха отправили в Наваррский колледж, самую аристократическую школу Парижа. Монсеньор и младший из Гизов также учились там. Оба были тёзками принца Наваррского и назывались «три Генриха». Жанна развязала открытую междоусобную войну. Протестантские войска возглавил её деверь Конде. Генрих терпеливо сносил наказания, лишь бы не ходить к обедне. Он сопротивлялся с марта и сдался первого июня. Отец сам отвёл его на мессу. Жанна потерпела поражение и была вынуждена бежать на юг, в свою страну, ускользнув от генерала Монлюка, отправленного Екатериной в погоню.

Среди сверстников Генрих не пользовался особой симпатией, хотя ему удавалось вызывать у них и страх, и смех. Даже внешне он отличался от них. Он был ниже большинства сверстников, очень смуглый, с русыми волосами и живым умом. В его речи ещё сохранялся родной акцент. Из-за тоски по родине Генрих заболел. Отец увёз его в деревню, а сам отправился в поход. Не прошло и полутора месяцев, как Антуана не стало. За это время Генрих так и не увидел свою мать. После смерти отца Генриха назначили губернатором провинции Гиеннь, его заместителем стал Монлюк. Взамен Жанне разрешили воспитывать сына, не присутствуя при этом лично. Генрих вновь стал протестантом, но это уже не волновало его; его девизом стало: «Победить или погибнуть».

Когда Генриху исполнился 11 год, его взяли в большое путешествие с королём Карлом IX по Франции. Жанна требовала осуществления своих материнских прав, но Екатерина оставалась равнодушной. В городе Байона Екатерину посетил испанский посол герцог Альба. Встреча прошла наедине в охраняемом зале. Екатерина и Альба говорили шёпотом, но Генрих, спрятавшись в огромном камине, услышал, как они обсуждали цену удара кинжалом и узнал два имени: Колиньи и Жанна. Генрих столкнулся с человеческой злобой и принял вызов судьбы. В тот день закончилось его детство.

Возможность пообщаться с матерью Генрих получил лишь в Париже. Он рассказал ей всё, что слышал, сидя в камине. Затем Жанна организовала побег. Это было в феврале, когда они прибыли в По. Принцу Наваррскому исполнился 14 лет. Вскоре принц Конде задумал напасть на короля Франции. Жанна запросила у Екатерины наместнические полномочия над провинцией Гиеннь. Екатерина отказала. Колиньи и Конде начали военные действия. Чтобы защитить сына, Жанна переехала в местность Сэтонж на побережье океана, где находились главные протестантские крепости. Тем временем Генрих увлёкся играми, женщинами и азартными играми. Ему постоянно не хватало денег. Лишь война могла помочь ему расплатиться с долгами. Жанна тем временем достигла Ла-Рошели, где находилась в полной безопасности. Генрих стал одним из тех, кто возглавил военный поход. Он внешне напоминал мать: у него были те же высокие узкие брови, нежные глаза, спокойный лоб, тёмно-русые волосы и решительный рот. Он был здоров и стройным, его плечи становились всё шире, хотя высоким он не обещал стать. Нос был длинноват, его кончик слегка сгибался к губам.

Война началась. Протестанты потерпели поражение, хотя численно превосходили католическое войско. Маршал Колиньи был вынужден пожертвовать принцем Конде. Настал черёд Генриха стать вождём. В это время Генрих близко сошёлся со своим кузеном Конде, сыном погибшего принца. Протестантские войска объединились и стали угрожать Парижу. Екатерина и Жанна подписали мирный договор, который предоставлял протестантам свободу вероисповедания. Генрих сомневался, что этот договор принесёт что-то хорошее. Затем последовал недолгий период мира. Жанна управляла своей маленькой страной, а Генрих — провинцией Гиеннь. Он всё больше увлекался женщинами и всё чаще их менял.

Екатерина узнала, что у Марго роман с Гизом. Эта маленькая толстая женщина с тусклыми чёрными глазами крепко держалась за власть и не желала ею делиться. Такой зять, как Гиз, не устраивал Екатерину. Она хотела, чтобы Марго вышла замуж за обычного и послушного молодого человека из хорошей семьи и выбрала Генриха Наваррского. В это же время королева Елизавета Английская решила предложить Генриху свою руку, чтобы помешать браку Генриха и Марго, поскольку этот союз укреплял бы Францию. Генриху предоставили право выбора, и он выбрал Марго Валуа. Король Карл был болен, принцы также испытывали проблемы со здоровьем. Генрих понимал, что, женившись на Марго, он ещё на шаг приблизится к трону. Чтобы не дать Екатерине заманить Генриха в ловушку, Жанна решила сама отправиться ко двору Медичи. Жанна д’Альбре пожертвовала своей жизнью.

Встретившись с мадам Медичи, Жанна потребовала, чтобы Марго приняла протестантскую веру. Всю зиму она торговалась с мадам Екатериной, ощущая, как с каждым днём её силы убывают. Марго хотела предупредить Жанну об опасности, но вскоре её порыв прошёл: в конце концов, она была дочерью Медичи. А мадам Екатерина решила раз и навсегда избавиться от надоевших протестантов в день, когда ко двору прибудет принц Наваррский со своей гугенотской свитой. Оставалось только убедить короля Карла, что его любимец адмирал Колиньи — враг. Это было несложно, поскольку болезненный Карл был боязлив и легко впадал в ярость.

Генрих тронулся в путь вместе со своей весёлой и молодой свитой. Он понимал, что совершает это путешествие по приказу мадам Екатерины. Он умел трезво смотреть на жизнь, и его было трудно обмануть. Однажды утром, проснувшись, Генрих увидел свою мать в каком-то пространстве, которое не было сероватым утренним воздухом. Внутри у него вспыхнул яркий, страшный свет, и он увидел Жанну уже усопшей. По дороге Генрих встретил гонца, который сообщил, что королеву Наваррскую отравили. Генрих поклялся отомстить. Гонец привёз ему завещание матери и рассказал, что его сестра тоже хотела ехать, но её задержали. Гугеноты стекались к Генриху со всех сторон. Ему хотелось явиться в Париж с большими силами, как того требовала Жанна. Генрих вступил в противостояние с главными опасностями, которые посылает жизнь — быть убитым или преданным.

Генрих ехал на свою свадьбу, временами поддаваясь мстительному настроению, царившему в его свите. Так он и достиг места, откуда поздно было возвращаться. Здесь Генриха ждали придворные, которым была поручена торжественная встреча жениха во главе с его дядей — кардиналом Бурбоном. С этого момента отряд непокорных гугенотов оказался как бы в плену у кардинала. На следующий день они достигли предместья Парижа, где их встречал сам Колиньи. Несмотря на пышную встречу, улицы Парижа были пустынны, товары в лавках убраны, ставни заперты. Генриху доносились враждебные возгласы. Остановившись у принца Конде и поприветствовав сестру, Генрих направился в Лувр, где сидела, как паук, старая ведьма, которая лишила его матери.

Екатерина Медичи была в трауре. Она заверила Генриха, что глубоко скорбит о Жанне. В этот миг Генрих почувствовал, что убийца его матери заслуживает сожаления. Зло, когда оно уже старо, вызывает смех, даже если продолжает убивать. Желая обвинить королеву в убийстве, Генрих потребовал объяснений. Екатерина представила ему двух уважаемых врачей, которые поклялись, что королева Жанна умерла естественной смертью.

Встретив Марго, Генрих воспылал к ней страстью. Марго поняла, что стала по-новому дорога сыну бедной Жанны. В ней проснулись чувства, прежде ей неведомые. После церемонии помолвки и торжественного банкета Генриху удалось тайком выбраться из Лувра. Во дворце Конде Генрих встретился с маршалом Колиньи. Старик считал, что Екатерина принимает Генриха по единственной причине: чтобы религия Жанны лишилась своего вождя, и советовал принцу вернуться домой, в Наварру. Генриха же этот брак приближал к трону. Он мечтал сплотить Францию против её истинного врага — Испании. Он остался. Отныне его жизнь будет протекать по краю разверстой бездны.

18 августа Марго вышла замуж за принца Генриха Наварского. По Парижу бродили монахи, предсказывая горе и смерть, которые принесут гугеноты, заполнившие город. Этим браком были недовольны все фанатики веры. На следующее утро после свадьбы Генрих встал рано и начал бродить по коридорам Лувра. Молоденькая фрейлина, которую он успел покорить, отвела Генриха на чердак, откуда сквозь небольшое отверстие была видна тайная комната. В ней Генрих обнаружил мадам Екатерину, д’Анжу и Гиза. Они планировали чьё-то убийство. Генрих так и не понял, кого именно хотели убить: короля Карла, Колиньи или его самого. Вскоре все разошлись. Вернувшись к себе, Генрих обнаружил около своей двери труп молоденькой фрейлины. Тем временем Марго приснился вещий сон, в котором Бог велел ей: «Не убий!». Быстро одевшись, она отправилась к матери. У Екатерины находился Карл IX. Вдвоём они попытались заставить Екатерину отменить свои кровавые планы. Они требовали оставить в живых Генриха и Колиньи. Екатерина позволила Марго увезти мужа в Англию. После этой маленькой победы Марго и Карл вернулись к тому подчинённому положению, в котором прожили всю жизнь.

Марго попыталась уговорить мужа уехать вместе с ней в Англию. «Всё зависит от адмирала Колиньи» — ответил Генрих. Позже Марго поняла, что эти слова были лишь отговоркой, Генрих был слишком храбр, чтобы бежать. Из дворца герцога Анжуйского гости перекочевали в Лувр, где праздник продолжился. Там Генриха окружили его дворяне и попытались силой увезти из Парижа. Король Наваррский отказался наотрез и вернулся к празднику.

22 августа адмирал Колиньи был ранен в руку. Карл IX был взбешён и напуган этим происшествием. Вскоре стало известно, что убийцу подослал Гиз. Король поклялся отомстить за это злодеяние. Неожиданно его поддержала мадам Екатерина. Она почти убедила Генриха, так как была по-своему искренна. Покушение на Колиньи произошло слишком рано. Город был охвачен волнением. Во всех домах, находившихся поблизости от жилища Колиньи, Карл разместил гугенотов. Мадам Екатерина выжидала. Она дала поручение младшему сыну, и начальником отряда, охранявшего Колиньи, стал злейший враг адмирала, некий Коссен. Ночью мадам Екатерина в сопровождении д’Анжу вошла в опочивальню Карла. Они стали доказывать королю, что Колиньи угрожает его жизни и престолу. Постепенно Карл был сломлен. «Пусть все гугеноты во Франции погибнут!» — кричал он, в бешенстве топая ногами. Екатерина воспользовалась этим. Наступило 24 августа 1572 года, день святого Варфоломея. Зазвонил колокол в монастыре Сен-Жермен л’Оксерруа. Это был сигнал. На улицы вышли горожане-добровольцы, которые узнавали друг друга по белой повязке на рукаве и белому кресту на шляпе. Всё было предусмотрено заранее. Колиньи был предоставлен господину Гизу. Тело адмирала выбросили на улицу, к ногам столпившихся там дворян.

Проснувшись рано утром, юный король Наварры вместе с Конде и сорока дворянами направился к Карлу. По пути к королю они услышали звук набата. В этот момент на гугенотов напали вооруженные люди. Кто-то схватил Генриха за руку и потянул в одну из комнат, Конде последовал за ним. Это была спальня Карла. Он сам закрыл за ними дверь. Стоя у двери, они прислушивались к звукам битвы. Некоторое время спустя в комнату вошла королева Наваррская. Она попросила Карла пощадить нескольких гугенотов. Но Карл был охвачен безмерным отвращением к происходящему. Вспомнив о матери, он разыграл приступ ярости, который исполнил в совершенстве, и стал таким, каким его заставляли быть — жестоким Карлом Варфоломеевской ночи.

Сквозь оглушительный звон колоколов доносились истошные крики, вопли, вой. Все были заняты лишь одним: убивали или умирали. Уважаемые горожане уносили с собой тяжелые мешки, полные денег. Генрих наблюдал за этим из окна Лувра. После смерти Колиньи он остался один.

Генрих думал о матери, Колиньи. Его охватило жгучее раскаяние. Мысли его переполнили каким-то хмелем. Генрих вскочил и начал биться головой о стену. Его удержал верный слуга, д'Арманьяк. Вскоре на пороге комнаты появились дворяне, которые сопроводили короля Наварры в большую залу Лувра. Внутри было темно: огромная стая ворон заслонила солнце над Парижем. Карл IX гордо заявил, что он сам стрелял с балкона по гугенотам. На самом деле он старался не попасть в них, но этим не хвастался.

Екатерина Медичи воспринимала себя как главное оружие, призванное подчинить себе Францию ради правящего дома. Даже в Варфоломеевскую ночь она действовала с чистой совестью. Вечером Екатерина устроила роскошное зрелище, которым управляла из своих покоев. По главной зале проходили королевы, герцогини и принцессы, сверкающие драгоценностями. Генрих ничего не видел, не воспринимал ни звуков, ни запахов благовоний. Он чувствовал запах крови и слышал истошный вой. Весь вечер Генрих сдерживал себя и избегал общения с людьми, дрожа от ненависти.

Вскоре пришли известия из Европы. Оказалось, что резней возмущены далекие и слабые страны. Елизавета Английская отнеслась к событиям очень деловито, и мадам Екатерина вскоре успокоилась. С Наваррой и Конде Екатерина обращалась как любящая мать. Генрих притворялся послушным, но туповатым. Вскоре всему королевству стало очевидно, что Варфоломеевская ночь ни к чему не привела. «Свалить врагов — дело несложное; но нужно быть уверенным, что они не поднимутся вновь и не окажутся при этом вдвое сильнее» — пробормотал себе под нос Карл IX.

29 сентября, в день святого Михаила, Генриху Наваррскому пришлось посетить мессу. Его заставили написать указ относительно протестантов из Беарна и отправить повинное письмо к папе. Екатерина задумала обвинить Генриха в мужском бессилии и добиться от Рима развода. От зятя больше не было пользы, а Марго можно было снова выгодно выдать замуж. Екатерина пренебрежительно называла Генриха корольком. В тот вечер Генрих вновь лег на супружеское ложе. Он не забывал, что дочь проводит дни в покоях матери. Теперь хитрость управляла его жизнью.

В стране снова началась религиозная война, и наступил голод. Герцогу Анжуйскому все больше хотелось в Польшу, престол которой выхлопотала для своего любимца Екатерина. В Париж прибыли поляки, приехавшие за своим королём. Весь двор проводил польского короля до самой границы. Карлу это обернулось против него, и его пришлось оставить в местечке Витри. С ним остался только Генрих, который надеялся сбежать, но мадам Екатерина не спускала с него глаз. 31 мая 1574 года Карл умер. Врач не смог остановить кровь, которая шла через поры кожи. Ему было 23 года.

Генрих постоянно выдумывал планы побега, но они неизменно срывались. Однако постепенно он успокоился. Одни видели в нем придворного шутника, другие искали возвышенные чувства, но он всех обманывал и использовал любую возможность, чтобы выразить свое восхищение перед мадам Екатериной. Оба испытывали друг к другу любопытство и держались настороже. На французском троне воцарился Генрих III, бывший король Польши. В Лувре король оказался в плену у своей матери. Наложницы короля злоупотребляли его безволием.

Генрих сблизился с Гизом из ненависти: он хотел лучше узнать своего врага. Но когда узнаешь врага, существует опасность, что найдешь его не таким уж плохим. Распутство двора тем временем достигло крайних пределов. Король тратил миллионы на своих любовников и сомнительные развлечения. Именно в это время Гизы с помощью испанского золота основали Лигу, чтобы получить власть в стране. Парижская толпа поддержала Генриха де Гиза, ведь он был кумиром простолюдинов. Генрих Наваррский ненавидел Филиппа Испанского, потому что из-за него страдала Франция. Он пытался предупредить мадам Екатерину, но она верила, что Филипп ее друг и не понимала, что испанский король ищет себе во Франции наместника, но Генрих начинал это осознавать. По всей стране бродячие монахи подстрекали народ против короля, и распространялись листовки со списками сторонников Лиги.

Марго и Генрих связывала искренняя дружба, которую Екатерина не могла разрушить. Они даже предостерегали друг друга, когда одному из них грозила опасность. 15 сентября 1575 года младший сын мадам Екатерины бежал, чтобы восстать против короля. С этого дня Екатерина установила за Генрихом еще более жесткий контроль. Принц чуть не разрушил все планы Генриха. Тем не менее, Генрих не сомневался в своем успехе: школа мадам Екатерины была пройдена не напрасно. Чем больше ложных вождей отринет народ, тем неотвратимее появится его настоящий вождь.

Побег Генриха состоялся 3 февраля во время охоты. Беглецы решили искать убежища в укрепленных городах гугенотов. В Алансоне отряд Генриха насчитывал около 250 дворян. Лагерь остановился в Сомюре, в дневном переходе от Ла-Рошели. Двор Генриха оказался двором без религии. Кузен Конде был непримирим, но с Ла-Рошелью Генрих поддерживал связь. Он вызвал к себе сестру и 13 июня отрекся от католичества. 28 июня Генрих торжественно вступил в Ла-Рошель.

Своей резиденцией король Наварры выбрал Нерак. Этот город находился примерно посередине страны, которой ему предстояло теперь управлять. В неё входили Наваррское королевство и провинция Гиеннь, в столице которой до сих пор сидел наместник французского короля. Генрих охотно посещал бедняков, а они не знали, что принимают короля: в потертой куртке, в фетровой шляпе и с бородой, он выглядел не слишком знатно. Генрих понимал, что иначе ему не быть. Он жил в деревне и молол муку на своей мельнице. Так его и называли: «Мельник из Барбасты». И всё же он был обязан оставаться королём, и это удавалось ему без труда. Католиков при дворе Генриха было не меньше, чем протестантов, и он старался, чтобы это было замечено.

Лига Гиза не прекращала сеять смуту, поэтому Генрих III собрал в своем замке в Блуа Генеральные штаты. Генрих Наваррский написал послание в защиту мира. Он старался сделать всё возможное, чтобы междоусобная война не вспыхнула вновь. Генрих добивался от французского короля, чтобы ему вернули сестру и супругу. Верный Фервак доставил Катрин в целости и сохранности, и брат проводил её в По. Марго же умчалась во Фландрию вместе с монсеньором, которому помогла сбежать. Войско короля Наварры кочевало по стране, не уставая мстить, насаждать мир и водворять порядок. Вскоре Генрих III назначил нового наместника Провинции Гиеннь — маршала Бирона. Ему давалось право распоряжаться провинцией в отсутствие короля Наварры.

Генрих не мог не заметить, что его почитают всё меньше, не только из-за любовных похождений, но и как правителя. Близился день, когда наместник Бирон заберёт всю власть в свои руки. Генрих начал странную войну против наместника. Он позаботился, чтобы в стране узнали, какой ловкий ловец до вина маршал Бирон. Эти слухи восстановили против наместника дворянскую молодёжь, которая уже не пила без меры. Вскоре стало известно, что Бирон обещал поймать Генриха и доставить к мадам Екатерине. Тут Генрих испугался и решил поставить маршала в смешное положение. Для этого д'Обинье переоделся в мадам Екатерину и напугал маршала до полусмерти. Над Бироном смеялись, а сам он заболел от злости и унижения. Пока маршал болел, Генриху удалось отплатить ему за многие злодеяния.

Вскоре Екатерина узнала, что города переходят на сторону Генриха. Этого она допустить не могла и решила явиться туда собственной персоной под предлогом того, что везёт королю Наваррскому жену. Генрих добился встречи с Екатериной на мызе «Кастера» — той самой, где опозорился Бирон. Генрих обвинил маршала в предательстве, он говорил от имени королевства, которое защищал, говорил уже с высоты престола. Слыша это, Екатерина ещё больше позеленела. Генрих снова сблизился с Марго. Она ему поведала о произволе, царившем в королевстве, о том, что вместо короля всем заправляет Лига. До сих пор её родня видела в Генрихе врага, который стремится отнять у них власть, но для Марго он был спасителем. Мадам Екатерина говорила о мире, но ходившая о ней слава противоречила её словам.

Отношения супругов не складывались. Марго отказалась жить в По, потому что терпела обиды от гугенотов — она по-прежнему оставалась католичкой. Затем с Генрихом случился его обычный приступ слабости и необъяснимой лихорадки. Он пролежал в постели 17 дней. Всё это время Марго не отходила от него. По возвращении в Нерак королеве Наваррской было разрешено завести свой двор и даже сделать из короля Наваррского молодого щёголя. В течение 10 месяцев они были счастливы.

Оправившись после болезни, Бирон стал ещё более злобным, изо всех сил стараясь оклеветать Генриха перед Генрихом III. В свою очередь Марго ненавидела брата и старалась настроить Генриха против него. Генрих решил покарать маршала Бирона. Над наместником была одержана победа, которая принесла Генриху славу. Двор в Париже узнал об этом и отозвал Бирона. Герцог Анжуйский поспешил заключить с зятем мир и союз. Непримиримым остался лишь принц Конде — трудно примириться с тем, что ты на всю жизнь останешься на втором месте, хотя исполнял свой долг не хуже соперника. Из-за того, что Генрих не отказывался от помощи папистов, Конде настаивал на чистоте протестантского учения. Он пошёл и на заговор против кузена. Заговорщики хотели, чтобы Генрих повёл свои войска на помощь архиепископу Кельнскому, который стал протестантом. Идти в Германию — значило отказаться от завоеванного, потерять королевство. Именно этого они и хотели, требуя от Генриха покинуть свою страну ради борьбы за религию. Но так Генрих не поступит. Они хорошо знали это и могли вызвать к нему ненависть среди протестантов, а сообщение о том, что Генрих всё-таки выступает, могло подтолкнуть Филиппа Испанского к решительным действиям.

Наконец, всё королевство Генриха стало принадлежать ему. Новый наместник не был его врагом. Обычные люди называли его просто: наш Генрих. Они чувствовали, что опасности отступают, а мир становится устойчивым. Марго узнала, что Генрих изменяет ей с её же фрейлиной и воспитанницей, юной Фоссезой. Марго вела себя осторожно, она не могла забыть годы счастья и надеялась, что Генрих вернётся. Вскоре она обнаружила, что Фоссеза беременна. Марго горько осознала, что не смогла подарить Генриху наследника. Она поняла, что её счастью пришёл конец. Вместе с надеждой она утратила выдержку, дала волю своему темпераменту и перестала хранить верность мужу.

Генрих увёз Фоссезу в уединенное селение О-Шод, а Марго жила в городке Баньере и лечилась от бесплодия местными водами. Когда Марго вернулась в Нерак, ей пришлось помогать Фоссезе во время родов. Опасность миновала — родилась девочка. Чтобы сохранить достоинство, Марго уехала в Париж и увезла с собой Фоссезу. Она уже не надеялась родить, и удалилась ради того, чтобы между ней и Генрихом не вспыхнула ненависть. Марго пытались использовать, чтобы заманить Генриха в старую клетку. Она писала мужу, что Гиз постарел, а остальные враги совсем выдохлись. Она и сама не знала, зачем делает это. Читая письма Марго, Генрих невольно воспринимал их как предательство. В то время у него появилась новая возлюбленная — графиня Диана де Грамон, богатая, умная и утончённая женщина. Вскоре Марго вернулась домой, и Генрих простил её.

Герцог Анжуйский умер. Генрих III остался единственным из рода Валуа, и у него не могло быть детей. Он превратил похороны брата в роскошный пир. Король Генрих III развлекался — только это ему и оставалось. Лига разрасталась, охватывая своими щупальцами всё государство. Короля защитить было уже некому. Марго снова покинула мужа и укрепилась в городе Ажене. Вскоре Генриха посетил король Генрих III. Он решил назло Гизам назначить своим наследником Генриха Наваррского. Вернувшись в Париж, король объявил об этом Гизам. Всё запуталось окончательно. Король посылал войска то против Гизов, то против Наварры. Это была война за существование.

У Генриха было слишком много врагов. Единственным спасением для него было — наступать, перенести войну к Парижу. У короля Генриха III закончились деньги, наёмники разбежались. К Генриху Наваррскому же отовсюду притекали люди, а он рыл окопы, ел и спал вместе с ними. Он легко мог бы разбить Генриха III, но не стал этого делать: им вдвоём ещё надо было одолеть Гиза.

9 мая 1588 года герцог Гиз тайно вошёл в Париж, несмотря на незначительное сопротивление Генриха III. Народ и уважаемые горожане единодушно презирали бедственного короля, в то время как парламентарии и высшие судьи королевства оставались на его стороне. Толпа поддерживала Гиза. «Гиз — это опора моей старости», — говорила весьма пожилая королева Екатерина. Гиза навестил Мендоса, посол дона Филиппа. Настоящий владелец Гиза приказывал: через три дня Франция должна быть охвачена гражданской войной. Испанская Армада была готова к походу на Англию. От Гиза требовалось обеспечить ей пристани во французских портах. Король, оказавшись в безвыходном положении, призвал в город немецких и швейцарских наёмников. Это послужило последним поводом для восстания. Наёмники потерпели поражение, и Генриху III пришлось умолять о милости для своих солдат. Гиз уже не мог поднять руку на короля, хотя Мендоса настаивал именно на этом. Так началась великая смута. Улицы наполнились монахами, которые под звуки набата призывали к расправе. Сестра Гиза, герцогиня де Монпансье, подговорила монаха Якова убить короля. Гиз тайно оставил для Генриха III один незанятый выход, и король бежал с одобрения своего врага. Он вспоминал о своём кузене Наварре и хотел, чтобы тот был рядом.

Сам Генрих сильно боялся яда с тех пор, как погиб принц Конде. В тот период 24 убийцы по очереди подсылались к королю Наваррскому. Генрих III отправил к нему своих посланцев, чтобы уговорить его перейти в католицизм. Лишь после этого Генрих становился бесспорным наследником престола. Но Генрих понимал, что это можно трактовать как проявление слабости. Только спустя много лет, когда он, уже поседев, завоюет и объединит королевство, он по собственному желанию примет участие в обеде.

Генрих III переехал в Блуа, и сразу же за ним последовал Гиз и лидеры Лиги. Кроме того, туда были направлены различные элементы из столицы. Король собрал Генеральные штаты, и учёные юристы также были вынуждены участвовать в беспорядках. Тем временем поступила новость о победе Англии над испанской Армадой. Воодушевлённые примером Англии, придворные Генриха III начали умолять его призвать короля Наваррского. Вскоре Генрих узнаёт о том, что король убил герцога Гиза. Лига 14 лет натравливала народ на короля, и в конечном итоге лишила королевство последней силы. Король в то время испытывал такую же нищету, как и Генрих Наваррский. Гиз поселился в замке, где жил король, чтобы более крепко удерживать его в своих руках. Гиза убили в спальне короля, а сам король наблюдал из-за полого кровати. Брата Гиза, кардинала Лотарингского, король приказал удавить в темнице, третьего брата, Майенна, разыскивали. Хоровод мертвецов не останавливался весь 1588 год. В тот же год скончалась Екатерина Медичи. Эта новость поразила Генриха.

Вскоре оба короля заключили перемирие на год, и Генрих отправился в путь со своим войском. Чем ближе он подходил к Туру, где Генрих III собрал свой парламент, тем смелее становились учёные мужи. 29 апреля они включили договор между королями в свод законов французского королевства, а 30-го прибыл Генрих Наваррский со своим войском. Короли встретились в парке замка Дю Плесси и обнялись как братья. Лига в страхе бежала. Армия короля увеличивалась, а силы Майенна уменьшались на глазах. Даже в осаждённом Париже начали открыто выражать недовольство. Лига теперь состояла наполовину из безумцев, наполовину из трусов. 30 июля королевская армия захватила Париж. Два дня спустя было совершено покушение на Генриха III. Его ударил ножом в живот монах по имени Яков. Рана оказалась смертельной. Придворные решили предать королевство и примкнуть к Лиге. Они потребовали, чтобы Генрих немедленно сменил веру — король Франции должен быть коронован церковью. Генрих отказался.

Армия нового короля начала таять. Верность Генриху сохранил только Бирон. Генрих написал обращение к французам, в котором заявил, что гарантирует обеим религиям их прежнее положение. 8 августа Генрих снялся с лагеря и направился на север, надеясь получить помощь от английской королевы. 26-го он оказался у стен Дьеппа, и город сразу же открыл ему ворота. Состоялась битва с Майенном. Гугеноты сражались под звуки псалмов и одержали победу. В 36 лет Генрих стал королём Франции.

Слишком много участников его судьбы были унесены катастрофами, и смерть слишком усердно старалась расчистить ему путь. На поле битвы король Генрих плакал под звуки песни победы. В тот день закончилась его молодость.